- Светлана Николаевна, выступая в Центральном Доме ученых, вы выдвинули довольно оригинальную гипотезу, суть которой, если я правильно понял, сводится к следующему: мужчины живут меньше потому, что у них с головой возникают проблемы. Их мозг в отличие от женского не всегда справляется с выработкой оптимальной стратегии приспособления к резко меняющимся условиям внешней среды. Это ведет к излишним энергозатратам для обеспечения адаптации организма, снижению его резервных возможностей и иммунной защиты.

- Скажу сразу, что с головой у мужчин все в порядке, но функционирование их мозга имеет особенности по сравнению с мозгом женщин. Такими Адам и Ева сформировались в процессе антропосоциогенеза. Проще говоря, мужчины и женщины созданы Природой для выполнения различных эволюционных и социальных целей и задач. Любая популяция живых организмов, в том числе и человеческая, - неоднородна. И первый биологический признак этого - половой диморфизм, что означает “два типа строения”. Естественно, что мужчины и женщины по-разному реагируют на изменение внешних условий. Влияние фактора пола на жизнедеятельность людей в экстремальных условиях хорошо показано учеными новосибирской школы академика РАМН Влаиля Казначеева, к которой я принадлежу. Этот коллектив уже более 30 лет комплексно занимается проблемами приспособления человека к неблагоприятным условиям окружающей среды и, как мне представляется, приблизился к созданию общей теории адаптации. В ходе многолетних исследований в Заполярье, на полуострове Таймыр, получен гигантский эмпирический материал, используя который я попыталась осмыслить происходящие в нашей стране демографические процессы.

Образно говоря, в последние 15 лет население России стало своеобразным тест-объектом по оценке социально-экологических нагрузок в виде возрастающего прессинга внешней среды. К природно-климатическим и урбоэкологическим (население России живет в городах) добавились социально-экономические и психологические воздействия, вызванные масштабными трансформациями базовых структур нашего общества. Все неблагоприятные нагрузки суммируются и оказывают мощнейшее давление на российскую популяцию.

Безусловно, большое воздействие на людей оказывают климат и географическое положение нашей северной страны. Например, в заполярном Норильске природные условия настолько экстремальны, что первые русские путешественники отмечали: пребывание в этой местности несовместимо с жизнью. Мы обстоятельно изучали реакцию мужской и женской части популяции на комплекс экстремальных и сверхэкстремальных эколого-техногенных факторов, вызывающих у приехавших на промышленный Север людей системные адаптационные перестройки. При этом удалось выявить резкое снижение иммунологических возможностей организма мужчин по сравнению с женщинами. Так, инфекционными заболеваниями они болеют на Севере (как, впрочем, и в средней полосе) чаще женщин. Заболеваемость туберкулезом мужчин в России в четыре раза выше, чем женщин. Смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в три раза, а на Севере в 4,4 раза выше по сравнению с представительницами слабого пола.

- Чем же все-таки вызывается столь выраженное снижение потенциала здоровья у мужчин?

- Мужская часть нашего общества более остро, драматически реагирует на комплекс социально-экологических нагрузок, которые для многих становятся “запредельными”. Существенную роль играют особенности функционирования головного мозга мужчин, который обеспечивает биологическую, психосоциальную и культурную адаптацию.

Между тем механизмы участия мозга в процессах адаптации изучены мало. Мозг как парный орган, включающий правое и левое полушария, получает и обрабатывает информацию о состоянии внешней среды, ее опасностях и рисках для человека. Он также осуществляет нейроэндокринную регуляцию внутренней среды организма: от молекулярно-клеточного уровня до функциональных систем: сердечно-сосудистой, дыхательной, иммунной, выделительной и других. То есть одна из задач мозга - обеспечить гармоничное соответствие организма и среды его жизнедеятельности.

Понятие “функциональная асимметрия мозга” означает различие функций правого и левого полушарий в обеспечении двигательных, сенсорных, психических функций и, как выяснилось, процессов адаптации. Индивидуальность каждого человека в том числе проявляется в особенностях межполушарного взаимодействия, присущем ему преобладании активности правого или левого полушария мозга. Данные свидетельствуют, что среди мужчин европеоидной расы, к которой принадлежит большая часть населения России, преобладают люди (до 75%) с доминированием функциональной активности левого полушария (левополушарные). Среди женской половины населения такого выраженного доминирования активности левого полушария нет, у них активность полушарий сбалансирована (эквипотенциальна) или отмечается преобладание активности правого полушария (правополушарные).

В настоящее время активно изучается специализация полушарий и их влияние на половые, возрастные, когнитивные, поведенческие, адаптационные и другие характеристики людей. Установлено, что левое полушарие отвечает за речь, письмо, счет, логическое мышление. Правое полушарие реализует мышление на уровне чувств, эмоций, образов.

В ходе проведенных нами в Норильске исследований удалось установить, что экстремальные природные условия являются своеобразным фильтром, просеивающим прибывающих на работу людей. Изучение популяционных изменений показало, что за 15-20 лет проживания мигрантов в Заполярье количество “левополушарных” среди них неуклонно снижается и в нем начинают преобладать “правополушарные” и лица с отсутствием явного доминирования одного из полушарий головного мозга.

Благодаря этим механизмам “селекции” пришлое население в течение 15-20 лет проживания на Севере по такому параметру, как функциональная активность мозга, начинает приближаться к аборигенному населению. То есть соотношение типов асимметрии полушарий головного мозга у приезжих становится подобным тому, что наблюдается у коренных народов Севера, которые адаптировались в течение нескольких тысяч лет к жизни в суровых климатических условиях и в их популяции преобладают “правополушарные” типы асимметрии мозга.

- Какие же механизмы влияют на популяционные изменения у людей, приехавших в экстремальные природные и социально-экологические условия Заполярья?

- У “правополушарных” и людей, у которых одинаково работают оба полушария, переезжающих в контрастную климатогеографическую среду, например, из комфортных городских условий в горы или на Север, регистрируется возрастание активности правого полушария. Можно предположить, что это является приспособительным изменением мозга. Ведь чтобы регулировать процессы адаптации, сначала сам мозг должен приспособиться к экстремальным условиям - иначе он будет не в состоянии эффективно управлять процессами адаптивной перестройки всего организма. У людей с высокой активностью левого полушария, к которым относится большинство мужчин, приспособительные изменения мозга затруднены. Наши исследования показали важную роль функциональной активности правого полушария мозга в обеспечении адаптации человека к экстремальным экологическим условиям. Именно оно отвечает за запуск различных нейроэндокринных процессов, позволяющих организму приспосабливаться к различным неблагоприятным условиям. Возможно, в процессе антропосоциогенеза, создавшего Homo sapiens, мозг приобрел выраженную специализацию: правое полушарие совершенствовалось в обеспечении адаптации к природным условиям, а исторически более “молодое” левое полушарие благодаря его “речевой специализации” получило преимущество в социальной адаптации человека. Такое деление, конечно, очень условно, поскольку жизнедеятельность человека обеспечивается мозгом как единым целым на основе межполушарного взаимодействия.

У людей с доминирование левого полушария, к которым относится большинство мужчин, механизмы нейроэндокринной перестройки менее эффективны - организм быстрее тратит свои энергетические и метаболические ресурсы. Вследствие этого их организм действует не оптимально, происходит перенапряжение функциональных систем и нарушение их взаимодействия. Это, в конечном счете, ведет к структурно-функциональным дефектам, дезадаптации и болезням.

Дезадаптивные стратегии “левополушарных” людей реализуются также при проживании в неблагоприятных экологических условиях мегаполисов. Так, в районах города с высоким уровнем техногенной нагрузки на жителей у женщин не выявляются нарушения уровня “гормонов стресса”. А у мужчин, начиная с юношеского возраста, наблюдается картина экологически обусловленной стресс-реакции с повышением в крови концентрации “гормонов стресса”. Сильный пол реагируют на экологические нагрузки напряжением нейроэндокринных механизмов регуляции, что особенно выражается на фоне климатических воздействий в осенне-зимний период. Следовательно, сочетание климатических и техногенных нагрузок на организм мужчин приводит к возрастанию напряжения адаптационных механизмов.

Адаптация к экстремальным условиям связана со сложной перестройкой систем организма. Ведущую роль в этом процессе выполняет головной мозг, особенно правое полушарие. Очень велика и роль психоэмоциональной сферы в нарастании дезадаптации и болезней населения. Источником чрезмерного психоэмоционального напряжения чаще всего являются социальные условия, вызванные трансформацией и модернизацией социально-политического строя нашей страны в последние десятилетия. В свою очередь психические перегрузки - спусковой механизм для дезадаптации всего организма, а не только нервно-психических функций.

Российские мужчины более уязвимы и в силу традиционно присущих им гендерных ролей. Неписаные правила требуют от них материально обеспечивать семью, делать карьеру, быть сильными и выносливыми в любых ситуациях. А стрессоустойчивость и резервы адаптации у мужчин не очень высоки и уж совершенно точно - не безграничны. Им бы надо изменить образ жизни, обратиться к помощи врачей... Но мужское левополушарное мышление продуцирует завышенную оценку самого себя и своего здоровья и не позволяет это сделать вовремя. Поэтому “молодеют” инфаркты, ухудшается психическое и репродуктивное здоровье, общество несет невосполнимые потери настоящих и будущих поколений. И мы с горечью говорим, что у российской смертности мужское лицо.