Чего только не бывает! Состоявшийся ученый-эколог неожиданно переключился на, казалось бы, далекую от его интересов область - историю и стал основателем целого научного направления - клиодинамики. Однако обо всем по порядку.
Петр Турчин поступил на биофак МГУ, но спустя два года, в 1977-м, так уж случилось, оказался в США. В тамошних университетах доучивался и окончил аспирантуру. Его специальность - популяционная экология - наука о динамике популяций, изучение происходящих с ними изменений во времени и пространстве. Работал как эколог-экспериментатор и как разработчик математических моделей. Они помогли ему изучить взаимоотношения между хищниками и жертвами, условия, при которых размножение животных достигает пика. Последняя проблема уже лет 80 интересовала ученых. Вчерне Турчин ее решил (осталось вместе с коллегами отработать несущественные детали и красиво оформить новую теорию).
Так он проработал лет 20, накопив соответствующий научно-производственный опыт. Поднимаясь по научной лестнице, стал полным профессором-экологом Коннектикутского университета США. И тут неожиданно обнаружил, что ему скучно, и стал подумывать, чем бы ему заняться помимо экологии. Как у исследователя, у него чрезвычайно выгодное положение: он и теоретик, и практик, работает на стыке математических методов с эмпирическими. Взвесив все это, Турчин решил, что осталась всего одна область науки, до сих пор не охваченная математикой, где его разносторонний подход можно приложить с наибольшей отдачей, - это история. И взялся за ее изучение, стремясь понять, какие глубинные силы влияют на те или иные процессы, происходящие в жизни общества. Клио захватила его. Со временем определилась интересующая его область исследований - он назвал ее клиодинамикой, которой он занимается уже 11 лет, приобщив к ней немало энтузиастов: на Урале и в Сибири, на Дальнем Востоке и в СНГ, “технарей” и гуманитариев, молодых и не очень. Денег на исследования нет, ведутся они на голом энтузиазме. Правда, РФФИ иногда предоставляет гранты.
Итак, клиодинамика.
История в уравнениях?
- Один немецкий ученый подсчитал, - рассказывает Петр Валентинович, - сколько существует теорий падения Римской империи. Оказалось ни много ни мало 220 - невероятное количество! Возможно потому, что в истории в отличие от многих других наук теории не отвергаются и не сталкиваются лбами. Тем более если речь идет о Риме. Как могло случиться, что сначала римляне всех, кого хотели, завоевали, никто не мог устоять против них, но лет через 300 Рим сам стал добычей варваров и пал? Приблизительно такая же участь постигла не десятки, а сотни разных государств и империй. Почему они погибли? Пытаясь понять причины, мы выявляем динамику их становления, развития и упадка. Наш подход совмещает математику и эмпирику. Для математики нужны хотя бы относительно точные данные. Скажем, в первом году новой эры Рим контролировал 3 млн кв. км, в 100 году н. э. - 5 млн, а к концу V века уже практически ничего (правда, существовала Восточная Римская империя со столицей в Константинополе). Так на нашем графике появилась соответствующая кривая. Следующий график - численность населения, потом количество ВВП, другие основополагающие показатели.
Понятно, что все государства развивались по-разному. Но есть общие интересующие нас основные показатели, определяющие их состояние. Это количество и состав населения, экономическое положение общества и, конечно, становление и закат правящих элит. На основе этих данных строятся динамические модели. Безусловно, они имеют определенную погрешность. Но нам важно получить многомерную модель, для описания которой используем математические уравнения.
В конце года выйдет книга, написанная мной в соавторстве с историком (в прошлом математиком) Сергеем Нефедовым из Екатеринбурга. В ней мы демонстрируем наш динамический подход на восьми исторических примерах: Рим эпохи республики и империи (а это разные циклы), средневековые и раннего Нового времени (XVI-XVII века) Англия и Франция, Московский и имперский периоды становления России, а также средневековый Китай - его отдельно изучал С.Нефедов. Мы предлагаем общий научный подход, не учитывающий специфику и особенности, скажем, китайского общества, в котором знать одевалась в шелка, а крестьяне жили в фанзах. Мы закодировали известные данные, относящиеся к истории интересующих нас государств. Проанализировали, как они взаимодействуют друг с другом, для чего построили математические модели. Мы не стремимся получить точные окончательные ответы - да это и вряд ли возможно. Наш динамический метод - всего лишь инструмент. С его помощью мы стараемся не объяснить единичные примеры истории отдельных государств, а выделить их в определенную группу. И получается, что у имперского Рима, средневековых Китая и Франции есть общее. Его можно выявить и описать.
Модельный ряд
Представим абстрактное сильное аграрное государство. Его население живет в достатке, потому что земли хватает на всех, крестьяне собирают большие урожаи. Расслоение в обществе невелико. Элита не очень богатая - не жирует и не грабит. Хотя бы потому, что попробуй феодал слишком сильно “прессовать” своих крестьян - и они разбегутся. В общем, государство находится в идеальном положении: в нем нет внутренних противоречий, народ далеко не бедствует. Но вечно так продолжаться не может - неминуемо происходит рост населения. И через два-три поколения общество начинает переживать спад. Перестает хватать земли, снижается средний уровень потребления, происходит расслоение общества: одни делаются беднее, другие живут в достатке и даже богатеют. Элиты переживают золотой век: ведь они потребляют чужой труд, а он становится дешевым, еда же - дорогой. Элиты жируют, но постепенно намечается их перепроизводство. Возникают конфликты, появляются враждующие фракции, они борются за власть, за теплые местечки, стараясь протиснуться поближе к кормушке. А она оскудевает - налогов ведь меньше. Короче, пик благосостояния общества прошел, власть делается слабой - и государство клонится к закату. Налицо все предпосылки для начала гражданской войны. И именно в этот период очень часто возникают эпидемии. Кризис, упадок продолжаются десятки лет. Население сокращается... и мы снова наблюдаем начало следующего, уже описанного нами цикла.
Безусловно, модель эта умозрительная, но во многом верная. Накладываем ее на Русь в период, приведший к Смутному времени, после того как московское царство при Иване III (конец XIV - начало XV века) освободилось от татаро-монгольского ига. Государство сильное, элиты немногочисленные и скромные, население невелико. С конца XIV - начала XV века до 1570 года население выросло в два-три раза. Еще быстрее элита, то есть дворянство, она умножилась в четыре-пять раз. В обмен на служение царю дворянам раздавали земли, а их уже не хватало. И в 1570 году разразилась катастрофа. В течение двух-трех лет случились неурожаи. В благословенные времена дело ограничилось бы временными трудностями. Но был кризис - и система, не выдержав удара, развалилась. Население сократилось минимум в два раза. Началась борьба элит. Иван Грозный науськивал опричнину на бояр. При сыне Грозного Федоре лет 15-20 было относительно спокойно, затем противоречия вспыхнули с новой силой. Разразилась гражданская война, продолжавшаяся около 10 лет и разорившая центральную часть России. Поистине Смутное время.
Так работает и предсказывает дальнейшие события чисто умозрительная модель, записанная математическим языком. Накладываем ее на реальные факты, относящиеся к ключевым моментам истории Московской Руси. И видим, что они в принципе совпадают с очертаниями модели. То же делаем со всеми выбранными нами “историями”. Конечно, реальность не во всем сходится со схемой. Скажем, перепроизводство элиты присутствовало во всех моделях. Это универсальный момент. Хуже обстояло дело с финансовым положением государств - здесь на поверку различные варианты. Так что мы удовлетворены не всеми аспектами теории. Зато видим, в каких случаях они работают хорошо, практически совпадая с действительностью, а где не очень. Понимаем, как надо совершенствовать схемы, в каком направлении следует двигаться дальше. Это стандартный научный подход. Просто раньше никто не использовал его систематически при исследовании исторических событий, хотя попытки были.
Версия в трубе
Облегчает ли наша клиодинамика жизнь историкам? Сомневаюсь. Подозреваю, что большинству она просто неинтересна, кроме, возможно, пяти процентов. Правда, самых сильных, известных ученых, интересующихся общими направлениями и тенденциями. Большинство же занимается лишь частными вопросами. Помогут ли наши модели разрушить мифотворчество? Думаю, да. Вернемся к истории падения Рима. Есть ведь и такая теория: будто римляне постепенно отравились свинцом, поскольку из него были сделаны водопроводные трубы. Эта точка зрения не противоречит фактам. Правда, у китайцев вообще не было труб, а коллапс произошел. Как и во Франции, и в Англии. Это наводит на мысль о единой модели развития и крушения государств. Нам кажется, что клиодинамика имеет некоторые преимущества перед такими частными теориями. Их выдвигается масса, и наша модель, мы уверены, помогает их анализировать, отбирать наиболее жизненные. В первую очередь это касается образования и перепроизводства элит, предшествовавших кризису общества, поскольку эта теория присутствует во всех восьми случаях.
Думается, клиодинамика представляет интерес для обществоведов и социологов, экономистов и географов. Ведь понимание глубинных процессов, на мой взгляд, вещь чрезвычайно полезная. В статье, недавно опубликованной в журнале Nature, я пишу, что мы тратим большие деньги, скажем, на медицину, экологию, потому что хотим понять, как работает наш организм, как мы взаимодействуем с природой. Знаний о том, по каким законам развиваются наши общества, у нас недостаточно. А они необходимы. Обстановка во многих государствах нестабильна. Во внутренних войнах, революциях, междоусобицах гибнут десятки тысяч людей. Однако мы не всегда верно понимаем причины происходящего. Потому и не можем решить множество насущных проблем.
Если у нас нет исторического понимания прошлого, мы вряд ли поймем, как, почему оказались на нынешнем витке истории и что последует дальше. Применимы ли наши теории к современному миру? У нас есть, как мы считаем, несколько очень важных теорий, которые при определенной доводке могут работать на современном этапе. С их помощью можно понять динамику движения современных государств. Это позволит ученым анализировать современные проблемы. Это база для прогнозов. Возможность предсказать, каковы будут последствия тех или иных исторических сценариев. Пока мы еще не столь хорошо разобрались в исторической динамике, чтобы делать серьезные прогнозы. Но видим: в начале XX века Россия вошла в период кризиса, продолжающегося обычно лет сто. Сейчас, похоже, мы его пережили. Если так, то теперь нас ожидает подъем.
