Давид Эпштейн: О проекте Положения о ФАНО и путях его доработки
РЕФОРМА РАН
№ 42(2013)

27.10.2013

Давид Эпштейн: О проекте Положения о ФАНО и путях его доработки

1.    Существующий проект положения о ФАНО противоречит принятому Закону ФЗ 253, так как этим положением ФАНО передается не только функция управления имуществом научных организаций (далее НО), но и функции управления их научной деятельностью.
2.    Данный проект отводит РАН в управлении исследованиями функции исключительно рекомендатель-ные, причем по ограниченному кругу вопросов, а именно:
-    по бюджетным корректировкам,
-     по определению направлений фундаментальных исследований,
-    по расходам на НИР,
-    по формулировке государственного задания на НИР, 
-    по проведению исследований,
-    по закреплению имущества   (функция РАН – согласование),
-    по кандидатурам руководителей НО (назначает их ФАНО, при этом они избираются коллек-тивами НО).
3. Предполагаемый проектом Научно-координационный совет также не играет в  соответствии с Положе-нием сколь-нибудь значимой роли   в управлении научными организациями, так как ему отведен еще бо-лее узкий набор функций, а именно,
-    согласование предложений ФАНО о реорганизации и ликвидации НО,
-    согласование предложений по проведению внешнего аудита НО,
-    согласование предложений по уточнению тематики,
-    согласование программ развития НО.
3.    Вне внимания Научно-координационного совета (и РАН) остаются, в соответствии с проектом,  такие важнейшие функции, как  выработка и утверждение критериев оценки  научной работы, критериев оценки  научных работников, научных подразделений, а также, главное, процедуры этой оценки и  сама оценка, которая, безусловно, должна проводиться не административным органом и чиновника-ми, а экспертными коллективами ученых.  А это одна из центральных  проблем управления наукой и научными организациями.
Критерии, вырабатываемые чиновничьим аппаратом, неизбежно будут формализованными, бюрократическими, задания – излишне  детализированными, а процедура приемки научных работ – формальной, что будет вынужденно приводить к подстраиванию тематики под эти формализованные критерии и соответствующему  измельчению научной тематики и научных публикаций. Разумеется, часть ученых будет стремиться к полноценной работе, но они будут оказываться в худшем положении по сравнению с  теми, кто следует формальным конъюнктурным критериям. 
4. В Положении нет ни слова о праве НО и исследователей на поисковую тематику, которая не проходит через государственное задание. Без такого права невозможна ни свобода научного творчества, ни под-линная наука, ни самостоятельное, не следующее в фарватере иностранных школ развитие науки в стране.
 5. Возможное возражение против негативного отношения к указанным недостаткам Положения о ФАНО состоит в том, что Министерство образования и науки (то есть, чиновники) управляет наукой в вузах, и, по мнению чиновников, делает это вполне успешно, оно не нуждается в помощниках от науки. На самом деле, это возражение не учитывает того, что в большинстве случаев наука в вузах функционирует в виде небольших подразделений. В 1080 вузах, по данным статистики за 2011 год, занято исследованиями и разработками 59,4 тыс. человек, то есть, в среднем 55 человек на один вуз. При этом в вузах имеется не-сколько исследовательских подразделений,  что означает в среднем на одно подразделение не более 10 человек. В РАН – около 100 тыс. работников на 483 НИИ, то есть, около 210 человек на один институт. Разница двадцатикратная.  
К сожалению, качество исследований (а не количество публикаций) не сопоставлялось с качеством ис-следований в академических научных организациях. Но результат (с целом, не по отдельным подразделениям) нетрудно предвидеть: качество исследований в РАН существенно выше.  В данном случае двадцатикратная количественная разница переходит в качественную.
По отношению к небольшим вузовским научным коллективам чиновники и не пытаются диктовать какие-то задания,  они в основном утверждают то, что идет снизу.  У крупных научных организаций своя специфика, они в состоянии решать масштабные задачи при качественном руководстве.  Для таких орга-низаций государственные задания и программы имеют большое значение, и правильно формироваться  они могут лишь учеными и коллективами экспертов, также как и приемка результатов по этим програм-мам должна осуществляться не чиновниками. То есть, существовать научные организации (в посте-пенно уменьшающемся числе из-за уже планируемого сокращения) смогут  и под бюрократическим управлением, но это будет неизбежно приводить к измельчению и ухудшению качества исследова-ний, что неприемлемо с позиций развития отечественной науки. Каждый из секторов отечественной науки (вузовский и академический) должны управляться в соответствии со спецификой данного сектора, без слепого копирования чужого опыта.

6. В связи с изложенным считаю необходимой принципиальную доработку Положения в следующих на-правлениях.

6.1. РАН (в виде отраслевых отделений и групп экспертов по направлениям науки) должна получить пра-во решающего голоса:
-    при утверждении критериев оценки научных исследований, научных работников, научных подразделений и научных организаций,
-    при утверждении государственных заданий и тематических планов работ,
-    при проведении оценки научных исследований, научных работников, научных подразделе-ний и научных организаций,
-    при распределении бюджетных средств по направлениям науки и научным организациям.

6.2. В Положении о ФАНО следует указать, что научные организации, подразделения и исследователи имеют право на проведение поисковых исследований в пределах   20% рабочего времени и финансирова-ния в соответствии с решениями Ученых советов НИИ.

6.3. Научно-координационный совет должен быть органом, разрабатывающим научные основы и утвер-ждающим направления и критерии деятельности ФАНО, а также участвующим в формировании Наблю-дательных советов НО (см. п. 6.4.).

6.4. Для выполнения функций по оценке выполнения научных исследований и их результатов, проведе-нию и утверждении результатов классификации научных учреждений, качеству исследований и типам финансирования (казенные, бюджетные,  автономные), принятия решений о ликвидации, слиянии и реор-ганизации научных учреждений в Положении о ФАНО должно быть предусмотрено для   каждого (!) на-учного учреждения формирование Наблюдательного совета, состоящего  из 8-12 человек.
Из них не менее 50% - ученые РАН, авторитетные ученые из других секторов науки  и иностранные уче-ные, являющиеся специалистами в данной отрасли науки, но не являющиеся сотрудниками данного НИИ,
25%  - представители Научно-координационного совета, оставшиеся   - сотрудники ФИАН (не более 10%), работники смежных областей науки или бизнеса, органов управления данного субъекта федера-ции.
На первый взгляд, создание порядка 800 Наблюдательных советов (число НИИ РАН, РАСХН, РАМН) не-возможно. На самом деле, часть экспертов могут сотрудничать в нескольких наблюдательных советах, так как их задача – рассматривать результаты работы НИИ по итогам года, а также, более детально, - раз в три года. В трех академиях работает 14,5 докторов наук, также к этой работе могут и должны быть привлечены наиболее квалифицированные исследователи вузовской науки.

7. Полагаю, что, учитывая многократное игнорирование властями позиции ученых и РАН, членам РАН (Президиуму, академикам, членам-корреспондентам) необходимо отказаться от участия в работе по со-гласованию Положения о ФАНО и потребовать приведения его проекта в соответствие с законом ФЗ – 253, оставляющим ФАНО лишь функции управления имуществом. Только это способно остановить губи-тельный для науки процесс. Предложения же по изменению положения о ФАНО, которые должны посту-пать в Минобрнауки и Правительство, в этом случае будут исходить от общественных объединений и от-дельных ученых.


Эпштейн Д.Б., проф. .дэ.н


Вернуться к статье