Курсом кройки и шитья. Стране предстоит выбрать модель развития науки.
Научная политика
№ 08(2014)

21.02.2014


Олимпийские игры так захватили умы россиян, что речь о них идет даже в Госдуме, причем иногда в контексте проблем, казалось бы, далеких от спорта. Так, на недавнем пленарном заседании председатель Комитета по науке и наукоемким технологиям академик Валерий Черешнев обратил внимание коллег на совпадение: Олимпиада в Сочи открылась в канун Дня российской науки. Это, по мнению депутата, символично: церемония открытия и победы спортсменов базируются на самых продвинутых научных исследованиях и технологиях, и потому уникальное спортивное событие свидетельствует, в том числе, и о торжестве российской науки.
Валерий Александрович также поделился с депутатами впечатлениями о прошедших в Екатеринбурге Демидовских чтениях, где ученые забросали его вопросами по поводу реформы РАН:
- Глава государства наложил годичное вето на кадровые и имущественные вопросы, связанные с реформой, говорили мне уральцы. Но в ходе реформы идет сокращение региональных отделений РАН на 50-70%. В Уральском отделении из 150 сотрудников аппарата сократили 100. У Жореса Ивановича Алфёрова из 150 ставок оставили 75. То же происходит в Сибири, на Дальнем Востоке. Люди спрашивали: это кадровые вопросы или не кадровые? Если не кадровые, тогда на что распространяется мораторий? В марте будет первое объединенное собрание академий, где должны состояться выборы всего президиума, академиков-секретарей - это кадровый вопрос или не кадровый? Будут выборы или нет?
Многие нерешенные проблемы можно снять с помощью законодательства, считает председатель думского комитета. Об этом он говорил в тот же день и на первом заседании рабочей группы по подготовке новой редакции закона “О науке и государственной научно-технической политике в Российской Федерации”. Работу над законопроектом возглавляет председатель подкомитета по государственной научно-технической политике Госдумы Александр Дегтярев. В рабочую группу вошли около 60 человек - депутаты, представители госакадемий, Минобрнауки, НИИ, научных центров и фондов, ВАК, университетов, госкорпораций и общественных организаций.
С пакетом справочных материалов члены рабочей группы получили и текст ФЗ №127 “О науке и государственной научно-технической политике” 1996 года, который, как считает академик Черешнев, помог, несмотря на достаточно декларативный характер, спасти науку. Но в результате внесения в документ большого числа изменений и дополнений его регулятивный потенциал снизился. В новом законе надо отразить процедуру формирования приоритетов развития науки, бюджетную защищенность проводимых исследований, прописать вопросы организации научно-технической деятельности, финансирования всех видов научных разработок, проведения конкурсов, экспертизы, определить статус научного работника и научного учреждения.
Руководитель рабочей группы Александр Дегтярев сразу озадачил коллег: “Мы должны заняться очень скучным делом, поскольку оно связано с юридическими нормами”, но это необходимо, ведь новым законом можно “оседлать векторы развития” и перекрыть многие проблемы, не отрегулированные настоящим законодательством.
В основу концепции нового закона должна быть положена триединая задача. Во-первых, необходимо “сформировать институциональную основу для эффективной деятельности всех субъектов правоотношений в научной сфере в интересах устойчивого инновационного развития экономики и государства”. Во-вторых, обеспечить социальные и профессиональные права и гарантии ученым и сотрудникам научной сферы, которые способствовали бы стимулированию их саморазвития и реализации полноценного и всестороннего творчества в их профессиональной деятельности. Без ученого, без его личного участия, без создания комфортных условий для творчества и социальных гарантий добиться эффективной работы невозможно. Задача №3 - “создать условия для внедрения инновационного механизма развития самой научной сферы в целом с учетом вызовов времени”.
В своем выступлении А.Дегтярев коснулся проблемы управления, которая за последние 10 лет претерпела серьезные трансформации. По его словам, фактически активизирован переход от системы прямого управления научными организациями к системе регулирующего воздействия. Один из примеров, считает депутат, - создание ФАНО.
- Многие не поняли, что правительство, по сути дела, применило технологию аутсорсинга - современный инструмент повышения эффективности экономической системы, - сказал А.Дегтярев. - Когда мы нуждаемся в юридических услугах - обращаемся к юристам-консультантам, нужны транспортные - обращаемся в транспортные компании и логистические центры. Это стало нормой. А вот освобождение науки от несвойственных функций вызвало поначалу резкое неприятие. Сейчас оно, правда, осталось лишь в той среде, которая не понимает, что такое аутсорсинг.
Другим примером поиска инструментов повышения эффективности и практической отдачи инвестированных в науку финансовых ресурсов А.Дегтярев считает фонды поддержки науки и научно-технических разработок - они выполняют роль трансляторов ресурсов, которые направляются правительством на десятки и сотни программ и задач. Но фонды в том виде, в каком они существуют, заинтересованы, считает А.Дегтярев, лишь в наращивании объемов инвестиций. Год от года финансы растут, а эффективность вложений оставляет желать лучшего. Но появился новый инструмент - Российский научный фонд, а вот у него, утверждает депутат, основным критерием отбора проектов для финансирования стал ориентир не на процесс, а на результат от реализации научного проекта.
Среди проблем, которые продиктованы временем и должны быть учтены в новом законе, А.Дегтярев назвал следующие: определение роли и места науки в процессе интеграции России в ВТО; индифферентность банковского, корпоративного сектора экономики и особенно малого предпринимательства к научным разработкам инновационного характера; неразвитость информационно-коммуникационного сопровождения научных разработок; отсутствие норм, обеспечивающих продуктивность сетевого взаимодействия научных организаций, высшей школы и госкорпораций; несовершенство госстатистики в области научной сферы; отсутствие национальной системы оценки эффективности научных исследований; отсутствие лояльности со стороны налоговой системы к венчурным и поисковым исследованиям; неурегулированный понятийный аппарат в части определения, что такое научная деятельность, академическая, вузовская наука, поисковая деятельность; неадекватная корреляция прогнозирования социально-экономического развития страны с потенциалом и успехами науки и многие другие проблемы. Серьезным тормозом руководитель группы считает отсутствие национальной доктрины научной составляющей инновационного развития экономики.
Парламентария поддержал член рабочей группы, заместитель президента РАН Владимир Иванов, который тоже считает, что первым делом надо определиться с курсом и решить, какая наука и зачем нужна стране:

- В настоящее время есть два подхода. При одном основной целью науки провозглашается интеграция в мировое пространство. Вторая точка зрения, на которой настаивает сообщество наших ученых: наука должна способствовать, в первую очередь, развитию собственной страны.
В будущем законе надо предусмотреть меры по закреплению кадров, считает член-корреспондент РАСХН Анатолий Корниенко. Знаете, почему молодежь уезжает, спросил он у зала и ответил словами недовольных молодых коллег: “Спрашивают - как с умного, а платят - как дураку”. Для поднятия престижа науки он предложил торжественно, “на олимпийском уровне”, отметить принятие будущего закона.
Довольно подробно изложил позицию Минобрнауки заместитель директора Департамента науки и технологий Сергей Матвеев. Новый закон, сказал он, не должен подменять или дублировать остальные нормативные акты, его задача - свести регулирование в сфере науки в единую схему. В нем должно быть отражено то, что принципиально меняется принцип работы: “от прямого управления научными организациями мы переходим к созданию условий для творчества, предпринимательской активности в сфере научной и научно-технической деятельности”.
Сектор науки становится иным, подчеркнул С.Матвеев, “он начинает размываться, из чисто научных организаций наука уходит, в том числе, в госкорпорации, коммерческий сектор”. Поэтому надо определить, какая организация является чисто научной, а какая - организацией, ведущей научную и научно-техническую деятельность, ее виды, ожидаемые результаты.
Еще одна озвученная позиция ведомства: “Учитывая то, что сектор науки начинает носить абсолютно распределенный характер, который находится в разных компаниях, научных организациях, в законе надо определить механизмы конкуренции за бюджетную поддержку”. Важно, что сейчас “наступает эпоха самоорганизации в науке”, складывается достаточно четкая система статусов научных организаций: госакадемий, ГНЦ и НИЦ, но надо не только зафиксировать в законе их статус, но и то, что хочет получить от них государство, - экспертизу, или особый результат, или методическую поддержку. Следует прописать и принципы определения квалификации научных кадров - кто такие кандидаты наук, доктора, члены-корреспонденты, академики.
Новый закон, по мнению представителя Минобрнауки, должен устранить перекос в финансовой и кадровой политике в отношении субъектов РФ. Он сообщил, что сейчас “более 60% финансовой федеральной поддержки науки осело в Москве и Московской области”. Несмотря на то что в регионах есть сильные научные центры, где создаются лучшие условия для работы ученых, финансируются они из центра по остаточному принципу. Поэтому надлежит часть научной и научно-технической политики “вынести” в субъекты Федерации. “Если мы правильно не “раскроим” такие полномочия и не дадим возможность развиваться таким коллективам...” - начал было объяснять Сергей Юрьевич, но был прерван репликой из зала: дескать, “не только раскроить, но и сшить надо правильно”.
В целом Минобрнауки, сообщил С.Матвеев в заключение выступления, готово работать над новой редакцией закона, уже есть много предложений.
Выступивший последним ректор РУДН, председатель ВАК Владимир Филиппов вновь поднял вопрос, с которого и начинали обсуждение, - о том, какую модель науки хотим построить.
- Есть разные модели: англо-американская, основу которой составляет даже не государственно-частное, а частно-государственное партнерство, - сказал он. - Мы к этому не готовы. Есть континентальная - представлена во Франции, но там Министерство образования и науки не распределяет деньги на науку, для этого есть специальный фонд. К этой модели мы не приблизились. Есть китайская - как видим, довольно эффективная. Мы какую хотим? Или все смешать, и тогда получится неизвестно что? Нельзя нам останавливаться на какой-то западной модели, надо создавать свою. Она должна учитывать мировые тенденции, но базироваться на наших реалиях.
Владимир Филиппов предложил прежде, чем обсуждать концепцию нового закона, провести конференцию или круглый стол по проблеме модели российской науки.
Рабочая группа по подготовке новой редакции закона о науке должна аккумулировать все эти предложения. Предполагается, что осенью законопроект будет представлен на парламентские слушания. Принять его депутаты планируют к концу года. Если, конечно, “крой” и “шитье” будут удачные и курс верный...
Кстати, на минувшей неделе депутат Госдумы академик Борис Кашин внес в качестве законодательной инициативы на рассмотрение палаты свои поправки к прошлогоднему нашумевшему закону о реформировании РАН и других госакадемий. Предложенные изменения связаны главным образом с региональными отделениями, научными центрами РАН и ее представительствами, которые, считает депутат, должны оставаться подведомственными РАН, а не ФАНО.

Светлана КРЫМОВА
Фото автора


Вернуться к статье