История Великой Отечественной: 10 примечательных фактов
Историю Великой Отечественной войны 1941-1945 годов в нашей стране знают, вероятно, лучше, чем где-либо в мире. Этот трагический период многократно становился объектом научных исследований и импульсом для творческого вдохновения. И все же сегодня, в день Великого праздника Победы, мы решили подготовить для вас, дорогие читатели, небольшую подборку фактов о Великой Отечественной, которые, надеемся, покажутся вам интересными и не оставят равнодушными.
1. Меч Родины-матери.
Памятник «Родина-мать зовет!» на Мамаевом кургане в Волгограде широко известен не только в России, но и за ее пределами и давно стал одним из символов Победы. Однако мало кто знает, что эта скульптура работы Евгения Вучетича — часть своеобразного образно-смыслового триптиха. С волгоградской скульптурой связаны еще два памятника, объединенные общим символом в виде меча. Один из них — памятник «Воин-освободитель», символизирующий победу советского народа над фашизмом, который был установлен в берлинском Трептов-парке в 1949 году (прим. ред.: его авторы — скульптор Евгений Вучетич и архитектор Яков Белопольский). А второй был открыт в уральском городе Магнитогорске в 1979 году: это монумент «Тыл — фронту» (прим. ред.: авторы — скульптор Лев Головницкий и архитектор Яков Белопольский). Здесь, на Урале, в годы войны был создан крупнейший в СССР промышленный регион, предприятия которого ковали победу в тылу. Согласно смысловой концепции скульптурного триптиха меч победы, который выковали рабочие заводов на Урале, был поднят Родиной-матерью на Волге. И этот же меч, перерубающий свастику, мы видим в руках воина-освободителя в Берлине.
2. Блокада Ленинграда и эвакуация Эрмитажа.
Ныне Государственный Эрмитаж входит в число крупнейших культурно-исторических музеев мира. Его история началась в далеком 1764 году, когда императрица Екатерина II приобрела первые произведения искусства для своей коллекции, которую в дальнейшем пополняли все царствовавшие российские монархи. После национализации музейных собраний в СССР коллекция Эрмитажа стала общенародным достоянием. Увы, в 1929-1934 годах она серьезно пострадала от необдуманных распродаж, предпринятых в целях получения средств для индустриализации и промышленного развития страны. В частности, были проданы шедевры Рафаэля, Рембрандта, Рубенса, Тициана. Однако, когда в 1939 году в Европе началась Вторая мировая война и стало ясно, что советский Ленинград (прим. ред.: ныне г. Санкт-Петербург) находится в уязвимом положении, о музейных ценностях Эрмитажа было решено позаботиться заранее. Уже в конце 1939 года началась подготовка к возможной эвакуации музейной коллекции: для статуй, картин, драгоценностей и других экспонатов заранее изготовили транспортировочные ящики и материалы для упаковки, которые ждали своего часа в специальном помещении. И уже 23 июня 1941 года, то есть на следующий день после объявления войны фашистской Германией, экспонаты Эрмитажа начали готовить к отправке в Свердловск (прим. ред.: ныне г. Екатеринбург). Первый эшелон ушел из города 1 июля, второй — 23 июля… А третий отправить уже не смогли: 8 сентября 1941 года кольцо блокады вокруг Ленинграда сомкнулось. Из Эрмитажа не успели вывезти уже упакованные для транспортировки коллекции фарфора и серебра, часть картин и предметы декоративно-прикладного искусства. В течение всей блокады сотрудники музея неустанно следили за состоянием экспонатов, периодически открывая ящики для проветривания и просушки.
3. Оборона Москвы и декоративная маскировка.
Московский Кремль, соборы с куполами, оборонные заводы, мосты и другие значимые столичные объекты — все они без труда «читались» с воздуха и моги стать легкими целями для вражеской авиации. Поэтому помимо частей противовоздушной обороны, уже 9 июля 1941 года, то есть еще до начала первых массированных бомбардировок столицы, в Москве была создана и активно начала работать специальная служба под руководством архитектора Бориса Иофана, задачей которой была защитить город при помощи маскировки. К работе в ее рядах были привлечены архитекторы и художники, которые разработали специальный маскировочный план. В кратчайшие сроки были перекрашены башни и стены Кремля, купола храмов, Манеж, Большой театр и многие другие здания столицы. Мавзолей В.И. Ленина был спрятан под декоративными постройками и напоминал обычное одноэтажное здание, а на футбольном поле стадиона «Динамо» были высажены ели, чтобы сверху он выглядел как парк. И этот план сработал: Кремль почти не пострадал во время бомбардировок, да и многие другие здания благодаря этому плану тоже были спасены.
4. Восстановление Патриаршества и легенда о чудотворной иконе
Отношения между Православной церковью и советской властью всегда были напряженными. В 1920-30-х гг. были закрыты десятки храмов и монастырей, реквизировано огромное количество ценностей и культовых предметов, принадлежавших ранее Православной церкви, а сотни священнослужителей и представителей приходских активов репрессированы. Но в тяжелые годы Великой Отечественной войны перед лицом угрожавшей Родине опасности обе стороны сочли разумным пойти на сближение, которое было необходимо для консолидации общества. Осенью 1943 года в Москве после длительного перерыва состоялся Архиерейский собор, на котором было принято решение о восстановлении патриаршества (прим. ред.: до этого Священный собор Православной Российской церкви в последний раз собирался в 1917-1918 годах). Церкви были возвращены некоторые храмы и монастыри, состоялось открытие духовных учебных заведений. А вот популярная легенда о чудотворной иконе, с которой якобы облетели Москву осенью 1941 года, не находит документального подтверждения. И образ Тихвинской Божьей Матери, и икона Богоматери Владимирской, которые выступают в роли возможных участников «крестного облета», были в это время далеко за пределами Москвы и попросту не могли оказаться в небе над столицей.
5. Танки из тракторов.
Начальный период ВОВ был невероятно сложным: враг наступал по всем фронтам, советской армии не хватало боеприпасов и техники, в том числе танков. В условиях катастрофического их недостатка приходилось идти на поистине отчаянные шаги. Так, например, во время обороны Одессы в 1941 году в качестве бронированной техники применили трактор СТЗ-5 «Сталинец», который в мирное время работал на сельскохозяйственных полях. Корпус трактора укрепили стальными листами, а в качестве вооружения в конструкцию была добавлена башня с пулеметами. Новая модель бронетехники получила имя «НИ-1», что расшифровывалось как «на испуг», потому что главным преимуществом обновленного трактора были все же не броня и огневая мощь, а то психологическое воздействие, которое машина оказывала на противника.
6. Снайперы из тундры и тайги.
Эвенки, якуты, буряты, нанайцы и многие другие солдаты из числа коренных народов Сибири становились в годы войны отличными снайперами. Они с детства вели традиционный образ жизни, прекрасно умели обращаться с огнестрельным оружием, владели искусством маскировки в любом ландшафте, навыками многочасовых засад. Все эти с детства воспринятые умения они смогли применить и на фронте. Так, герой Советского Союза Жамбыл Тулаев, бывший родом из бурятского села, за годы войны уничтожил более 300 фашистов и обучил снайперскому делу более 30 солдат. Отличным снайпером был и бурят Арсений Етобаев: на его счету 356 немецких захватчиков. Лучшим снайпером своей дивизии был Максим Пассар, родившийся в семье охотника-нанайца. Он уничтожил 237 солдат и офицеров противника. А советский снайпер Семен Номоконов, выросший в семье охотника-хамнигана (прим. ред.: хамниганы — монголоязычные эвенки, коренной малочисленный народ, проживающий небольшими группами в Забайкалье, Монголии и на северо-востоке Китая) был участником не только ВОВ, но и боев с Японией. За годы службы он уничтожил 368 вражеских солдат и офицеров.
7. Чем СССР помогала Монголия.
Хотя Монголия так и не стала 16-ой республикой Советского Союза, между двумя странами были прочные дружественные отношения. В годы Великой Отечественной Монголия оказала СССР серьезную материальную помощь. В дар Советскому Союзу было отправлено 8 эшелонов, то есть около 740 вагонов, с продовольствием и товарами личного пользования. За счет средств МНР было построено 53 танка и 12 боевых самолетов «Ла-5». Но самая большая помощь состояла в отправке лошадей, коров, овец и поставках овечьей шерсти для нужд Красной армии. За годы войны Монголия отправила в СССР более 500 тысяч монгольских лошадей — крепких и очень выносливых животных.
8. Четвероногие «фронтовики».
Многие знают, что в рядах вооруженных сил в годы ВОВ были задействованы сотни служебных собак: по подсчетам историков их было около 70 тысяч. Собаки участвовали в разминировании, помогали устанавливать связь и тянуть кабели, подрывали танки и поезда. Неоценима роль собак, служивших в медсанбатах: они не только помогали выносить раненых с поля боя, но и доставляли им аптечки, приводили в чувство, облизывая им лицо. Однако помимо собак в победу внесли свой вклад и другие четвероногие «фронтовики», в первую очередь лошади: в Советской армии числилось более 1 миллиона лошадей. А в частях, воевавших в южных регионах, гужевые транспортные роты формировали не только из лошадей, но и из верблюдов. Знаменитые верблюды Мишка и Машка прошли с красноармейцами от Волги до Берлина, где даже были сфотографированы на фоне Бранденбургских ворот. Но вот о том, что в советской армии в годы войны служили еще и олени, говорят реже. Между тем, из них были сформированы целые оленетранспортные батальоны, и в Мурманске их бойцам даже установлен памятник. В труднопроходимых условиях Севера на Карельском фронте олени заменили автотранспортную технику. Выносливость, неприхотливость в еде, а самое главное — «молчаливость», отличающая северных оленей от лошадей и собак, сделали их «идеальным транспортным средством». Олени без труда проходили по лесным дорогам даже после буранов. С их помощью вывозили раненых, доставляли боеприпасы, донесения и продовольствие на фронт. Силами оленьих упряжек в тыл было вывезено свыше 10 000 раненых и больных солдат, а также доставлено на фронт более 18 тысяч тонн продовольствия и фуража.
9. Нюансы послевоенной дипломатии.
По итогам войны СССР получил не только восточные территории Германии, но и часть Австрии: до 1955 года там тоже существовали оккупационные зоны, принадлежавшие СССР, Великобритании, США и Франции, а Вена, как и Берлин, была разделена на 4 части. Союзники совместно контролировали территорию Австрии вплоть до 1955 года, пока не был подписан Государственный договор о восстановлении независимой и демократической Австрии. В том же году, 25 января 1955 года, спустя почти 10 лет после окончания войны, был подписан мирный договор с Германией: Президиум Верховного совета СССР издал указ «О прекращении состояния войны между Советским Союзом и Германией». А вот с Японией ни СССР, ни современная Российская Федерация мирный договор по итогам Второй мировой войны пока так и не подписала.
10. Шлейф военного долга.
Закон о ленд-лизе предусматривал поставки американских товаров военного назначения союзникам по антигитлеровской коалиции. Та техника и вооружение, которые были использованы и безвозвратно утеряны, оплате не подлежали, а вот остальное должно было быть или возвращено, или выкуплено. Известно, что в СССР было отправлено около 14 тысяч самолетов и около 7 тысяч танков, хотя на фронт попали не все. В послевоенные годы между СССР и США велись переговоры об урегулировании долга за поставки по ленд-лизу, но двусторонние отношения стран серьезно осложнялись «холодной войной», начавшейся уже во второй половине 1940-х гг. Только в 1972 году была наконец-то согласована сумма, которую должен был выплатить СССР — 722 миллиона долларов США вместе с набежавшими за послевоенные годы процентами. Последние долги по ленд-лизу были погашены только в 2006 году уже Российской Федерацией, которая взяла на себя долговые обязательства СССР.
Автор текста Ольга Фролова
Изображение на обложке: Magnific
Почему Антарктида не принадлежит России? И принадлежит ли ко...
К началу XIX века Антарктида оставалась последней «terra incognita» в Южном полушарии. К этому времени загадочный континент уже пытались найти голландцы, португальцы, испанцы, французы и британцы, но удача улыбнулась русским морякам, причем с первой же попытки. 28 января 1820 года (16 января по старому стилю – прим. ред.) российские корабли достигли границ ледяного континента, и с тех пор именно наша страна признана его первооткрывательницей. Но почему Антарктида никогда не была российской собственностью? И как получилось, что целый континент вообще никому не принадлежит? «ПОИСК» рад познакомить вас с некоторыми интересными фактами об Антарктиде и вместе найти ответы на эти вопросы.
Предыстория открытия Антарктиды
К началу XIX века Антарктида оставалась последней «terra incognita» в Южном полушарии. К этому времени загадочный континент уже пытались найти голландцы, португальцы, испанцы, французы и британцы, но удача улыбнулась русским морякам, причем с первой же попытки.
О существовании большого участка суши в районе Южного полюса люди догадывались давно. Еще Аристотель в IV веке до н.э. предполагал, что на юге должен быть какой-то крупный материк, а колониальные державы прошлого неоднократно предпринимали попытки найти неизвестный континент, суливший новые богатства. Но Антарктида умело скрывалась: айсберги, дрейфующие льды, невероятный холод и метели, сквозь которые было невозможно плыть, – все эти преграды вставали на пути тех, кто желал увидеть ледяную землю. Бесконечные поиски Антарктиды разочаровали даже Джеймса Кука: знаменитый англичанин предположил, что ее и вовсе не существует.
Российская экспедиция в Антарктиду
На тот момент, когда в июле 1819 года из Кронштадта отправилась первая русская антарктическая экспедиция, в мире было издано несколько альманахов и морских карт, содержащих сведения о маршрутах в Южном Ледовитом океане. Вооружившись печатными изданиями, астрономическими и навигационными приборами, два военных шлюпа и команда из 190 человек отправились в сложное плавание, главной целью которого было выяснить, существует ли ледяной континент на самом деле. Судном «Восток» управлял капитан II ранга Фаддей Беллинсгаузен, а «Мирный» шел под руководством лейтенанта Михаила Лазарева. Корабли подготовили как могли и укрепили для похода во льдах. Также главным правилом обоих капитанов было ни в коем случае не терять друг друга из вида. К январю 1820 года шлюпы уже находились в опасных водах вблизи Южного полярного круга и встретили на пути Южные Сандвичевы острова (58°25′ ю. ш. 26°23′ з. д. – прим. ред). Моряки описывали айсберги и плавучие льды и даже фиксировали столкновения. К счастью, обошлось без пробоин, и 28 января участники экспедиции оказались в точке с координатами 69°21'28'' южной широты и 2°14'50'' западной долготы, где описали «ледяное поле, усеянное буграми». Это описание в итоге и вошло в историю, как первое свидетельство открытия нового континента. В тот день на берег высадиться не удалось, как, впрочем, и во время последующих трех попыток: плохая погода не позволила морякам ступить на шельфовые ледники.
Что же было дальше? Экспедиция завершила плавание вокруг Антарктиды, нанеся на карту весь его маршрут, и в июле 1821 года вернулась в Кронштадт. Император Александр I остался доволен ее результатами, и все участники были щедро одарены наградами и денежным довольствием, а капитаном Беллинсгаузеном по итогам плавания был опубликован подробнейший атлас. Большинство историков сходится во мнении, что у экспедиции были скорее научные цели, нежели колониальные. Вероятно, по этой причине интерес к Антарктиде быстро угас: больше никаких попыток посетить континент и высадиться на нем русское правительство не инициировало. Не стала Россия и заявлять о своих правах: далекая ледяная земля не представляла на тот момент для нашей страны никакого интереса, а ее освоение потребовало бы огромных материальных затрат, к которым никто не был готов.
Кто еще побывал в Антарктиде?
Думать, что Российская империя упустила свои возможности и многое потеряла, тем не менее не стоит. Несмотря на открытие нового континента, к нему на протяжении оставшегося XIX века не спешили и другие морские державы. Всем было очевидно, что новая земля не сулит золота, алмазов, плантаций кофе и открытия новых цивилизаций, кроме разве что гигантских колоний пингвинов.
Редкие экспедиции в этот район иногда описывали новые острова Антарктики, но высадка на берег самого материка произошла только 75 лет спустя: в январе 1895 года на континент сошел норвежский полярник Карстен Борхгревинк. С этого момента в истории Антарктиды начинается новый этап: многолетнее забвение сменилось интересом к ней путешественников, а затем и ученых. Первую научную станцию здесь основали в 1898 году: это была совместная норвежско-британская база на мысе Адэр. Ну а Южный полюс был покорен в декабре 1911 года норвежцами во главе с Руалем Амундсеном. Что касается первой российской полярной базы в Антарктиде, то это была советская станция «Мирный», начавшая свою работу в феврале 1956 года.
На современной карте Антарктики можно найти много топонимов, связанных с русскими первооткрывателями и исследователями континента. Здесь есть моря Беллинсгаузена, Лазарева и Сомова, названные в честь участников первой русской арктической экспедиции, а также мыс Седова, остров Земля Александра I и другие названия.
Современный статус Антарктиды
Увы, в первой половине XX века не обошлось без претензий и дележа территории со стороны мировых держав и ближайших соседей Антарктиды. Сначала о своих правах заявила Великобритания, затем Австралия, Франция, Чили, Норвегия и другие государства тоже захотели себе часть самого южного материка планеты. В 1949 году в СССР была принята резолюция по Антарктиде: в связи с тем, что материк был открыт русскими путешественниками, наша страна заявила о своем праве участвовать в его дальнейшей судьбе. По инициативе СССР, поддержанной и США, были начаты длительные переговоры, итогом которых стало подписание Договора об Антарктиде в 1959 году. Участниками договора об Антарктиде на данный момент являются 56 государств с разным статусом: 29 консультативных (имеющие право голоса при принятии решений) и 27 неконсультативных (право присутствия на заседаниях).
Современный статус самого южного материка – нейтральная территория, которая согласно договору не принадлежит ни одному государству и может быть использована только в мирных целях. Хотя за некоторыми странами, например, за Россией и США, закреплено право высказать свои территориальные претензии в отношении земель Антарктиды в будущем. Ну и, кроме того, ряд государств, в числе которых Чили, Австралия, Норвегия и Великобритания иногда делают провокационные заявления о своих правах. Несмотря на все трудности, международному сообществу пока удается держать ситуацию под контролем.
Сегодня Антарктида – это прежде всего территория научного сотрудничества. Благодаря своим льдам возрастом в несколько миллионов лет и удаленности от цивилизации материк является местом проведения уникальных исследований в области гляциологии (наука о природных льдах – прим. ред.), климатологии, палеонтологии, сейсмологии, биологии, астрономии и вулканологии.
И хотя на ледяном континенте не самые комфортные условия для пребывания человека, особенно в зимний сезон, за долгие годы освоения материка люди смогли обустроить в Антарктиде вполне комфортные научные базы. Сегодня на материке насчитывается около 90 постоянных и сезонных станций. Среди них — 5 круглогодичных российских станций, в числе которых «Восток», совсем недавно получившая новый зимовочный комплекс и две сезонные станции. Основную научную деятельность России в Антарктиде курируют сотрудники Арктического и антарктического научно-исследовательского института (ААНИИ).
Добавим, что сегодня Антарктида доступна не только ученым, но и туристам: в летний сезон ее ежегодно посещают более 100 000 путешественников. Для поездки туда не нужна виза, ведь материк не является каким-то государством или чьей-то собственностью. Туроператоры предлагают увлекательные варианты с посещением Антарктиды и окружающих островов, в том числе есть круизы и с отправкой из России.
Хочется надеяться, что Антарктида и дальше останется местом мирного сотрудничества, научного прогресса и популярным туристическим направлением. В последнее десятилетие на фоне глобального потепления самый южный регион планеты переживает сложные времена: шельфовые ледники континента тают, а обитающие там животные испытывают стресс и пытаются приспособиться к новой жизни. Задача ученых, да и всего человечества в целом, не навредить хрупкой природе континента и по возможности сделать все для ее сохранения.
Автор текста Ольга Фролова
Изображение на обложке: Bob Brewer/Unsplash
Исчезнувшие библиотеки
Первые библиотеки появились на Древнем Востоке при храмах. Со временем их становилось все больше, а владение крупными книжными собраниями стало считаться не только признаком образованности, но и власти. Практически ни одна из легендарных древних бибилиотек не сохранилась до нашего времени: их содержимое рассеялось по другим книгохранилищам или просто исчезло. Но их истории до сих пор волнуют человеческое воображение и возбуждают интерес исследователей из самых разных областей науки: от археологии до лингвистики. Портал ПОИСК собрал для вас ТОП-5 древних библиотек, в судьбе которых тесно переплелись судьбы книг и людей…
Пергамская библиотека: подарок любимой?
Одна из крупнейших библиотек античного мира, Пергамская, по легенде, стала дорогим подарком любимой женщине. И там было что подарить!
Библиотека была создана не позднее 189 г. до н. э. царем Эвменом II (197–159 гг. до н. э.), при котором процветал античный город Пергам, основанный греками в Малой Азии. По свидетельству греческого писателя и философа Плутарха, в хранилище находились около 200 тысяч свитков, которые представляли разные области знания.
Библиотека в Пергаме, чье существование подтверждено археологическими раскопками, чего, к слову, нельзя сказать о не менее знаменитой и погибшей в пожаре Александрийской библиотеке, была построена на высоком холме - акрополе, рядом с храмом Афины. Большое украшенное снаружи колоннадой здание было просторным, светлым и имело вместительный читальный зал, где могли одновременно работать пятьдесят человек. В зале, а по другим сведениям – снаружи здания возвышалась статуя Афины и стояли бюсты философов, историков, поэтов. Свитки лежали в хранилищах на полках из кедровой древесины, а между стеллажами и стеной оставалось пространство, где циркулировал воздух. При Пергамской библиотеке работали переписчики и переводчики. Также при ней открылась школа грамматиков, которой, как и всей библиотекой, руководил философ-стоик, изобретатель глобуса Кратес Малосский (II в. до н. э.).
Пополнению библиотеки всячески способствовали правители Пергамского царства, Атталиды, направлявшие большую часть своих богатств на развитие наук, искусств и просвещения. Хотя такое рвение царственных книголюбов имело и отрицательные стороны.
По утверждению историка и географа Страбона, у потомков философа Нелея, живших в Пергамском царстве, хранилась полученная им от ученика Аристотеля (384–322 гг. до н. э.) Феофраста библиотека великого греческого философа. После начала строительства библиотеки в Пергаме владельцы аристотелевского наследия испугались, что оно привлечет внимание Эвмена, и…. закопали свитки в землю. Лишь спустя столетие свитки извлекли из их подземного «хранилища» и, изъеденных червями, продали, после чего то, что осталось от библиотеки Аристотеля, продолжило свое путешествие по разным владельцам, пока не пропало навсегда.
Поскольку в эллинистический, то есть позднегреческий, период владеть библиотекой стало особенно престижно, в Александрии, где находилась на тот момент самая большая и богатая библиотека во всем античном мире, видели в Пергамском учреждении подобного рода своего конкурента. Чтобы ослабить «соперника», египетский царь Птолемей V Эпифан в 197 г. до н. э. даже запретил экспорт папируса, служившего материалом для книг. Но пергамцы нашли выход: они стали широко использовать для тех же целей тонко выделанную кожу коз, овец, телят. Материал получил название по имени города - пергамент, хотя археологи доказали, что тексты на подобном материале записывали и раньше. Пергамент был дорог, но обладал по сравнению с папирусом большей прочностью. На долгие века он стал, как сказали бы сейчас, основным носителем информации, а пергаментные кодексы способствовали распространению знания.
И все же по легенде египтяне, пусть и ненадолго, выиграли битву с пергамцами за самое богатое книжное хранилище. И произошло это благодаря страстной любви. Согласно «Жизнеописаниям» Плутарха, римский полководец Марк Антоний (80-е – 30 г. до н. э.) после того, как Пергам стал провинцией Римской империи, преподнес знаменитую библиотеку в качестве свадебного подарка своей возлюбленной, египетской царице Клеопатре (69–30 гг. до н. э.), принадлежавшей к династии Птолемеев. Правда, эта история не встречается больше ни у кого из античных авторов. По современной версии, Антоний мог отсылать некоторые свитки в Александрию в качестве компенсации за урон, который ей нанес ранее Гай Юлий Цезарь. Если свитки из Пергама перевезли в Александрийскую библиотеку, то, увы, они погибли вместе с ней. После смерти Марка Антония император Август вернул часть пергамских текстов прежним владельцам, но библиотека так и не восстановила свое значение. К тому же Пергаму выпала нелегкая судьба: уже в новую эру его грабили готы и персы, а в VIII веке окончательный удар нанесли арабы. Так что останься знаменитое книжное собрание на своем исконном месте, его тоже, скорее всего, ждала бы полная или частичная гибель.
Александрийская библиотека: чья рука подожгла знание?
Если Пергамская библиотека — подарок любимой, то Александрийская — дитя амбиций и сражение за память мира. Её основал около 300 г. до н. э. один из полководцев Александра Македонского, Птолемей I Сотер, а завершил Птолемей II Филадельф. Замысел был дерзок: собрать все когда-либо написанные книги. Сюда, в египетскую Александрию, стекались свитки со всего света. На каждом корабле, приходившим в гавань, книги отбирали для копирования, возвращая владельцам копии, а оригиналы оставляя в библиотеке — с надписью: «книги с кораблей». Говорят, так собрали до полумиллиона свитков.
Библиотека была частью Мусейона — Храма муз, где жили и работали лучшие умы античности. Евклид написал здесь «Начала» геометрии, Эратосфен вычислил окружность Земли, Аристарх Самосский впервые сказал, что Земля вращается вокруг Солнца. При библиотеке действовали зверинец, анатомический театр, обсерватория, в галереях стояли статуи поэтов и ученых. За порядком следили библиотекари, которые, в отличии от многих сегодняшних, вовсе не настаивали на соблюдении вымученной тишины. Книги тут не лежали в молчаливой пыли: в читальных залах постоянно кипели научные споры.
И все это погибло, хотя и не в один день. Первый удар нанесла случайность: в 48–47 гг. до н. э. Юлий Цезарь, осажденный в Александрии, приказал сжечь египетский флот. Огонь перекинулся на город и уничтожил часть свитков — ту, что хранилась в портовых складах. Но основное собрание уцелело.Увы через несколько столетий и к нему пришла гибель.
Дата, когда храм знаний пал от последнего страшного удара точно неизвестна. Это событие случилось то ли в 270-е годы н. э. при императоре Аврелиане, то ли в 391-м, когда христианский епископ Феофил уничтожил Серапеум — языческое святилище, где лежали остатки книг. Арабы в VII веке по легенде завершили дело: халиф Омар будто бы сказал: «Если эти книги согласны с Кораном — они бесполезны, если противоречат — вредны». И книги сожгли в банях Александрии.
Библиотека Ярослава Мудрого: что взяла из нее в Европу княжеская дочь?
Библиотека великого князя Ярослава Мудрого (978–1054), при котором Киевская Русь переживала свой расцвет, представляет собой своего рода фантом. О ее существовании есть запись в «Повести временных лет» под 1037 годом, где сказано, что Ярослав любил книги и многие из них, переписанные, положил в церкви святой Софии, которую построили по его приказу. Софийский собор в Киеве был крупным культурным центром: там находились резиденция митрополита, хранилище важных государственных документов, первая русская школа, мастерские переводчиков и переписчиков книг. И хотя слово «библиотека» в летописи не упоминается – оно впервые появилось на Руси в конце XV века – факт существования в соборе книжного хранилища зафиксирован. Но дальше начинаются загадки.
Неизвестно, сколько книг было в том собрании. В разных источниках и научных трудах приведены отличающиеся друг от друга сведения: среди них и «великие тысячи», и десять дубовых окованных железом сундуков с книгами. Современные исследователи сходятся на том, что количество манускриптов составляло от пятисот до тысячи. Вряд ли больше, поскольку книги в XI столетии изготавливали вручную, и стоили они дорого.
Какие конкретно книги находились в Софии Киевской? В летописи сказано, что они были исключительно церковные. Однако порядка двадцати переводчиков, собранных великим князем, должны были работать и над трудами по истории, философии, естественным наукам. Из княжеских скрипториев вышли ранние русские летописи, «Слово о законе и благодати» Митрополита Илариона, первый свод отечественных законов «Русская правда». Оттуда же происходили и книги, увезенные младшей дочерью Ярослава Мудрого Анной в 1051 году во Францию, где она сочеталась браком с королем Генрихом I. Одним из манускриптов, прибывших в Париж, считается легендарное «Реймсское Евангелие», на котором, по преданию, приносили присягу французские короли и которое сегодня хранится в муниципальной библиотеке французского города Реймса. «Реймсское Евангелие» представляет собой конволют, то есть книгу, где в одном переплете скомпонованы разные издания, и первое из двух действительно относится к XI веку, написано кириллицей и могло выйти из мастерских Софийского собора.
Однако Реймсскому собору Евангелие, сменившее к тому моменту несколько владельцев и обретшее вторую часть, написанную хорватской глаголицей и созданную в 1395 году в монастыре в Праге, было подарено лишь в 1574 году. По имеющимся сведениям, император Священной Римской империи Карл IV (1316–1378) приобрёл кириллическую часть книги «в Угрии», то есть в Венгрии, и пожертвовал её в тот же Эммаусский монастырь в Праге. Позже, уже после смерти императора, монахи создали недостающую глаголическую часть, чтобы с помощью этой книги можно было вести католическое богослужение на славянском языке. В Чехии два текста объединили под одним переплетом и украсили богато декорированным золотом и драгоценными камнями окладом, в который также вставили частицы христианских реликвий.
Возможно, Анна Ярославна не привозила этот манускрипт во Францию, и если на нём и присягали короли, то гораздо более позднего времени — начиная с 1574 года, когда рукопись уже оказалась в Реймсе. Однако и для французов, и для русских книга по сию пору связана с именем «Анны Русской». Впрочем, не исключено, что сама кириллическая часть действительно вышла из мастерских Софийского собора при Ярославе Мудром — некоторые исследователи связывают её происхождение с киевской книгописной школой середины XI века. И тогда возникает другой вопрос: а что, если эта часть попала в Венгрию не с Анной, а вместе с приданым другой дочери Ярослава — Анастасии, вышедшей замуж за венгерского короля Андраша I? А оттуда позже — в Чехию и, наконец, во Францию? Прямых доказательств у этой версии нет, но и полностью исключать её нельзя.
Как бы то ни было, но «Реймсское Евангелие» явно связано с древней русской историей и прежде всего с таинственной библиотекой Ярослава Мудрого.
Библиотека Ивана Грозного: либерия, что снится кладоискателям
Четвертая легенда — самая тёмная, самая манящая. Библиотеку Ивана Грозного на Руси называют «либерией» (от лат. liber — книга). По преданию, собрание началось с византийских сокровищ: последний император Константин XI Палеолог, предчувствуя падение Константинополя в 1453 году, отправил рукописи на Русь — то ли с племянницей Софьей Палеолог, вышедшей замуж за Ивана III, то ли с митрополитом. Греческие, латинские, древнееврейские тексты, утерянные сочинения античных авторов, труды Аристотеля, «Естественная история» Плиния… По преданию все это было в собрании, отправившемся на Русь Многие из этих книг представляли собой не только огромную интеллектуальную, но и чисто материальную ценность, так как имели драгоценные оклады.
Если верить дошедшим до нас сведениям, при Иване Грозном собрание еще больше разрослось. Царь выписывал европейских ученых, переводчиков, но… никому не показывал «либерию». Якобы библиотека хранилась под Кремлём — в двухъярусных подземельях, куда вёл ход из Тайницкой башни.
Увы, в XIX веке археологи неоднократно копали кремлёвские холмы, но ничего не нашли. Спускались ученые в Кремлевские подземелья и в советское время, находились там срубы, колодцы, стрельницы — но ни одного свитка. Согласно одной из ныне существующих версий библиотека сгорела в московских пожарах XVII века; согласно другой — что Иван Грозный вывез её в Александровскую слободу, а позже она разошлась по монастырям.
Библиотека Петрарки: что охраняла кошка?
Книжное собрание итальянского поэта и гуманиста Франческо Петрарки (1304–1374) началось с единственной вещи, которую ему оставил в наследство отец: рукописной копии с сочинения римского поэта Вергилия, жившего и творившего в I в. до н. э. Петрарка тщательно изучал наследие античных авторов, везде копировал их сочинения и пополнял ими свою библиотеку. Это занятие явно доставляло ему удовольствие не меньшее, нежели литература.
Однажды он написал своеобразное послание древнеримскому оратору, философу и политическому деятелю Марку Туллию Цицерону, жившему в I в. до н. э.: «От Франциска другу Цицерону привет. С жадностью прочел я твои письма, которые долго и старательно искал, найдя их там, где менее всего думал. Я услыхал твой голос, Марк Туллий. Где бы ты ни был, услышь ответ, который слагает тебе один из потомков, влюбленный в твое имя и твою славу».
Петрарка писал письма и иным «друзьям из прошлого»: Гомеру, Вергилию, Сенеке. Почему бы и нет? Ведь для него, поэта Возрождения, все они были духовными современниками. Средневековой латыни поэт предпочитал классическую, которой учился у Цицерона, и в процитированном выше письме речь идет о реальном факте из жизни Петрарки: в 1345 году он обнаружил в соборе Вероны рукопись с текстом цицероновских писем, изданных под названием «К близким», и сделал с них копию, которая также вошла в его библиотеку.
Много путешествуя и меняя места жительства, свою богатую коллекцию рукописей, собранных за долгие годы, Петрарка всюду возил с собой. А когда решил поселиться в Венеции, где жила его внебрачная дочь с семьей, предложил передать библиотеку Венецианской республике. Условием Петрарки было никогда не разделять собрание, хранить в надежном месте и сделать библиотеку доступной для всех. В благодарность за свой подарок он получил от властей города разрешение жить в Венеции, а также дом – Палаццо Молина и приличное содержание. При этом поэт сохранил возможность пользоваться всеми своими книгами в любое время.
Спустя несколько лет Петрарка переехал в городок Аркуа недалеко от Падуи. Там он построил небольшой дом, ныне являющийся его музеем, где выставлены подлинные вещи поэта: складное кресло в мавританском стиле и невысокий шкаф из бука, украшенный бронзовыми накладками, в котором хранились сочинения греческих и римских авторов, философские труды самого Петрарки и его «поэтические безделки», как он называл свои сонеты к Лауре. Этот шкаф с книгами перевозили за поэтом из города в город.
В доме, где Петрарка прожил последние годы, посетителям показывают еще один раритет: пышно декорированную нишу с находящейся за стеклом… мумией кошки. По преданию, кошка защищала рукописи хозяина от мышей, а после кончины Петрарки долго сидела рядом, прижималась к его холодной щеке, и вскоре умерла в том самом складном кресле. Правда, сам Петрарка писал только о любимой собаке по кличке Забота, кошку же не упоминал. К тому же кошачья мумия появилась в доме лишь в XVI веке, естественно, при другом владельце. Но легенда оказалась неотделима от истории великого поэта и его библиотеки, куда приходили его почитатели, среди которых был, например, английский поэт Джордж Гордон Байрон.
А книжное собрание, подаренное Петраркой Венеции, постигла грустная судьба. Венецианские ученые, предпочитавшие естественные науки гуманитарным, равнодушно отнеслись к подарку. В последующие века книги, по-прежнему находившиеся в Палаццо Молина, страдали от сырости, некоторые даже превратились в слипшиеся комки. Многие манускрипты в результате оказались в различных библиотеках Европы, а «библиотека Петрарки» осталась только в истории.
Авторы текста Ирина Кравченко, Алена Кожевникова
Изображение на обложке: Aleksandra Sapozhnikova/Unsplash
