Поиск - новости науки и техники

Оценку – на обкатку. Стартует мониторинг институтов РАН.

Практически завершено создание системы оценки научно-исследовательских институтов, подведомственных Федеральному агентству научных организаций (ФАНО). На днях агентство провело третью, заключительную, экспертную сессию по этому вопросу, в которой приняли участие руководители ФАНО, директора НИИ и научная общественность, другие заинтересованные лица.

Многие пришедшие на встречу ученые были уверены, что главным содержанием мероприятия станет подведение итогов проделанной работы. За лето ФАНО провело опрос по методике и процедуре оценки, две экспертные сессии, сбор предложений от организаций и отдельных ученых, заседания специально созданной агентством рабочей группы. О том, что итоговая сессия должна обобщить и оценить результаты этого титанического труда, заявил и заместитель руководителя ФАНО Алексей Медведев, открывавший собрание. Однако на встрече не было представлено ни анализа данных опросов и обсуждений, ни утвержденных рабочей группой ФАНО методик оценки для разных групп институтов.
Прозвучала серия докладов, которые в основном были посвящены критериям оценки для конкретных областей. Эта информация, наверное, будет полезна экспертам, которым предстоит оценивать институты. Но зачем ее широко обсуждать, когда отраслевые наборы показателей уже приняты, участники терялись в догадках.
Развернулся извечный спор о том, что первично при оценке НИИ – библиометрия или мнение эксперта, и что важнее – публикационная активность или другие показатели. Практически все выступавшие высказали мнение, что наукометрические данные должны играть лишь вспомогательную роль при проведении экспертного анализа. Обосновывая свою точку зрения, каждый приводил близкие ему примеры. Выступающие говорили о том, что индексы можно натянуть специальными методами, существенно улучшить, используя рынок платных публикаций, и даже просто фальсифицировать. Зарубежные базы данных, отмечали они, не годятся для оценки трудов российских ученых: они путают русские фамилии и названия институтов. В итоге полученные несколькими способами показатели публикационной активности отличаются в разы.
Этого не отрицали даже участники, горячо призывавшие коллег вливаться в мировую науку и оцениваться по общим критериям. Так, замдиректора НИИ биомедицинской химии им. В.Н.Ореховича РАМН Андрей Лисица, начав речь за здравие наукометрии, вдруг продемонстрировал обложку своей статьи в журнале с высоким импакт-фактором и сообщил: “Факт данной публикации свидетельствует лишь о том, что когда-то я нашел 500 евро, чтобы заплатить изданию”.
Ученые недоумевали: почему при наличии разных баз данных, в том числе европейской – Scopus и российской – РИНЦ, Минобрнауки сформировало и закрепило постановлением правительства систему показателей, опирающуюся на американскую Web of Science. Возмущались они и тем, что для участия в оценке должны приобрести такой коммерческий продукт, как доступ к базам данных, однако в госзадании нет такой статьи расходов. Поэтому директорам приходится изворачиваться и покупать их за счет надбавок и командировочных средств. Институтам должен быть обеспечен доступ к зарубежным специализированным поисковым системам, но науку на русском языке тоже необходимо развивать, вкладывая средства в РИНЦ и отечественные журналы, – таков был вердикт собрания.
Это тем более актуально, что, по словам участников встречи, в современной международной ситуации гуманитариев, занимающихся аналитическими разработками для силовых ведомств и обслуживающих органы государственной пропаганды, за рубежом подвергают обструкции: не приглашают на конференции, возвращают статьи.
Что же касается критериев оценки, то преобладающим было мнение о том, что они не должны быть универсальными. “Нельзя стричь всех под одну гребенку, – заявил директор Института Латинской Америки РАН Владимир Давыдов. – Наши сотрудники, как и многие другие гуманитарии, часто выполняют не подлежащие огласке и не оплачиваемые заказы государственных ведомств. Эта важная деятельность не поддается учету и, видимо, не войдет в систему оценки института, что будет иметь дестимулирующий эффект”.
Директор Института проблем химико-энергетических технологий СО РАН Сергей Сысолятин поддержал коллегу. Он заявил, что во главу угла при оценке институтов должна ставиться польза, которую они приносят государству: реальный вклад в инновационное развитие страны, экономику, безопасность. Под аплодисменты зала ученый предложил вообще убрать наукометрические показатели из критериев оценки: пусть эксперты анализируют социально-экономический результат организации.
Академик Сергей Колесников обратил внимание присутствующих на то, что критерии оценки результативности научных организаций, изложенные в Постановлении правительства №979 от 1 ноября 2013 года, отличаются от целевых показателей в дорожных картах НИИ, составленных по методическим рекомендациям ФАНО.
– В документах, которые нам предлагают, фигурируют два разных понятия – результативность и эффективность, – продолжил тему заведующий отделом Института программных исследований РАН Игорь Зацман. – Получается, что нужны две методики. Как их гармонизировать, кто будет это делать? На мой взгляд, в качестве универсального критерия может выступать только выполнение показателей Программы фундаментальных исследований государственных академий наук.
Что собирается мерять ФАНО – результативность (соответствие полученных результатов установленным нормативам) или эффективность (соотношение результатов и использованных ресурсов), понять было трудно. Представители агентства оперировали этими терминами вперемежку, чем окончательно запутали присутствующих. В итоге было предложено исключить оба слова из резолюции, написав просто – “оценка деятельности НИИ”.
В заключение директор Института биологии Уфимского научного центра РАН Александр Мелентьев поставил под сомнение сам смысл экспертных сессий. “Мы здесь ломаем копья, в то время как ФАНО уже разработало план структуризации институтов, – констатировал он. – Кому будут нужны наши суммарные индексы цитирования и программы развития, если нас перетасуют?”
Ответов на свои вопросы ученые не получили. Возможно, характер встречи их и не предполагал. Результатом мероприятия стал проект резолюции по итогам трех экспертных сессий, к которому выступавшие предъявили множество претензий.
Между тем, по словам начальника Экспертно-аналитического управления ФАНО Елены Аксеновой, агентство уже приступило к мониторингу результативности (или эффективности?) институтов с использованием Автоматизированной системы управления результатами интеллектуальной деятельности РАН, а также к формированию комплекса экспертов и обкатке отраслевых методик.

Надежда ВОЛЧКОВА
Фото автора

Нет комментариев