Поиск - новости науки и техники

Плодовые леса. Миндаль, фундук и шиповник могут спасти Крым от обезвоживания.

Даже близкая подруга из Киева в сердцах написала: “Крым ваш? Так вам и надо! Для вас он оказался островом!” Права: две небольшие полоски соединяют Крым с материком. И потому, когда воды Северо-Крымского канала со всей душевной щедростью были перекрыты Украиной, степной Крым стал превращаться в полупустыню. Известный российский онколог Владимир Поляков диагностировал ситуацию кратко: “Это геноцид!”
Но оставим в стороне эмоции. Нужны действия. По мнению крымчан, ситуацию можно исправить. Вот что рассказывает академик Национальной аграрной академии наук Украины ­Федор ­Адамень.

– Может, когда-нибудь Украина одумается и откроет канал, но на это уповать не стоит. Справляться с бедой нужно другими способами, – говорит ученый. – Крым хоть и рядом с Краснодарским краем, но сильно отличается от него рельефом, почвой, климатом… Изучая особенности полуострова, еще в начале прошлого века сподвижник Н.Вавилова, директор Никитского ботанического сада Евгений Вульф пришел к выводу, что лес и вода в Крыму – неразрывные вещи. Чем лучше облесена территория, тем больше воды до самого моря, до Сиваша… Но во время Второй мировой немцы, боясь партизан, уничтожили практически все леса в Крыму – сжигали, взрывали, вырубали. Остались только рукотворные, посаженные в Белогорском, Кировском районах. Они кое-как обеспечивают водоток, но он слаб. Реки мелеют, заиливаются, летом пересыхают. По весне паводок размывает берега, на полтора-два километра вширь заливая пространство: гибнут все насаждения. Салгир, самая большая река Крыма, не каждый год дотекает до Красногвардейского района, что в 40 км от Симферополя. Уходит под землю, и за счет горизонтального стока добирается до моря, поднимаясь на поверхность недалеко от Изобильного.
К тому же из-за необдуманных реформ в аграрном секторе, ориентирующих людей на применение дорогостоящих удобрений, средств защиты растений и просто большого количества энергоносителей, у нас в северных районах лесостепного предгорья вести хозяйство стало нерационально. Там сейчас 240 000 га земли заброшены, ничего не растет. Если только птицы занесли семена или ветром надуло – тогда торчит где-то дикая поросль шиповника или еще какой жизнестойкой культуры. А нужно действовать системно и планомерно. Мы выяснили, что у нас в Крыму шесть почвенно-климатических зон и каждая может быть облесена определенной породой плодовых культур. Культуры мы подобрали такие, которые неприхотливы: их не надо опрыскивать, они не боятся заморозков. Но подход к каждой зоне требуется индивидуальный.
Например, Евпатория вплоть до Красноперекопской зоны хороша для миндаля. Нет, его можно и у нас, и в Белогорском районе разводить, но тут он будет родить раз в три года. Потому что здесь случаются резкие перепады температуры. Кажется, что уже установилось тепло, и вдруг резкое похолодание до 10-12 градусов, а то и заморозки… Дерево не выдерживает – и сбрасывает уже завязавшиеся плоды. А в степях Евпатории миндалю хорошо. Под него можно приспособить до 80 тысяч гектаров, сейчас пустующих.
Вторая наиболее неприхотливая культура – зизифус, его еще зовут унаби, китайский финик. Это субтропическое растение, выращиваемое в Китае, наверное, 5 тысяч лет. Там известно свыше 400 сортов. И на вкус приятно, и для изготовления лекарств широко применяется. Витамина С в нем больше, чем в лимоне. Начинает цвести в середине мая, а в сентябре уже плоды собирай.
Третья культура – фундук. Четвертая – грецкий орех. Пятая – дикий абрикос. Окультуренный требует много заботы, а дикий цветет каждый год, принося плоды с меньшим, чем у культурного, содержанием сахара, но зато более питательные. Еще шиповник. На землях, которые практически непригодны ни для чего, чуть ли не на голом песке, шиповник растет чудесно.
– И как же все это будет расти-плодоносить без воды? Сад не может жить без обилия влаги.
– Не сад, а лес. Мы ведем речь о плодовых лесах. Снег, дождь, выпадая на безлесую площадь, мгновенно стекает в низины, размывая, снося в овраги поверхностный плодородный слой почвы. В лесу же трава, корни задерживают влагу, она успевает пропитать почву. И по горизонтальному стоку вода идет, пополняя ручьи, озера и реки. Если высадить плодовые леса на северном склоне Крыма, то реки этой территории наполнятся. А дальше ясно: устраивайте небольшие водоемы, запасайте воду.
Все 6 крымских климатических зон особенные, резко разграниченные, такое редко где бывает. Хотя в каждой зоне еще имеется разнообразие и почв, и рельефа, и температурного режима, и осадков… Поэтому для каждой зоны нами, аграриями, лесниками, помологами, разработан целый перечень плодовых культур, устойчивых к биотическим и абиотическим условиям среды. Главное – они не требуют особого ухода. Сегодня в северной части Крымского предгорья полностью исключена сельскохозяйственная деятельность. А ведь именно туда из Узбекистана вернулись татары. Они ехали в те районы, где раньше проживали, но работы на земле там нет. Промышленных предприятий – тоже. На что жить? Из-за отсутствия воды даже желающие возделывать овощи, виноград, даже способные, умеющие делать это не в силах получить урожай. Еще год-два – и там возникнет социальное напряжение. Мы предлагаем изменить ситуацию: силами Никитского ботанического сада и биокомплекса в Клепинино (но там надо вложить средства в завершение строительства теплицы) можно зеленым черенкованием подготавливать в год до 10 млн саженцев. Их заказывали бы и закупали лесхоззаги этих районов и высаживали по заданию властей Крыма.
Силы на это потребуются, но не великие, ибо не надо делать глубокую вспашку. Рельеф с уклоном, использовать удобнее ручные ямобуры, на части территории устроить террасы, чтобы растениям легче было тянуться вверх. А после высадки саженцы передаются в аренду населению, которое проживает рядом. Семьям. На 15 лет. Арендная плата – уход за этими насаждениями. Это принципиально, потому что бесхозные посадки быстро канут в лету. Как раньше? Лесхоз посадил – лесхоз и ухаживает. А у него то солярки нет, то трактор сломался, то тракторист запил… А то какой-нибудь умный загнал овец, и они обглодали кору, и дерево пропало. Снова сажать надо. Если же отдать посадки людям в аренду, под договор и ответственность, то через два-три года ухода они смогут собирать плоды и распоряжаться  ими по своему усмотрению. Один гектар фундука, по нашим расчетам, приносит 1000 долларов. Таким образом, мы в этих районах закрепляем население, обеспечиваем его занятость, получаем продукцию, которая пользуется высоким спросом везде. И меняем климат, смягчая его самым естественным путем.
– И все-таки, почему плодовые леса? Вы же сады хотите обустраивать…
– В разбивке промышленного сада есть определенная последовательность, масштаб. А здесь индивидуальный подход, к которому человек склонен. Рельефы, что подвержены водной и ветровой эрозии, засаживаются так, чтобы растения сдерживали разрушение почвы. Для этого годится шиповник, зизифус, лаванда, лекарственный шалфей. Представляете, тогда мы 240 тысяч гектаров земли делаем зеленой зоной, которая дает кислород. А то ведь сейчас в курортной зоне на отдельных участках из-за ветровой эрозии выступают известняки. И после зимы, когда от мороза верхний слой почвы разрушается, под февральско-мартовскими ветрами начинаются белые бури. Известняк засыпает все живое… А лесополосы, в том числе из плодовых деревьев, и тут помогут. Финансово эта проблема не такая громоздкая, а отдача может быть существенная.
– Так к кому мы обращаемся этой публикацией?
– К кому мы только не обращались. Я пяти министрам сельского хозяйства Украины объяснял ситуацию. Все кивали – и забывали. Теперь обращаюсь к российским ученым, к властям Крыма и РФ: давайте вместе сдвинем камень проблем, посадим плодовые леса, и вода появится, и у людей заработок будет, а в стране прибавится полезных продуктов и радости.

   Елизавета ПОНАРИНА
Фото Николая Носкова

Нет комментариев