Поиск - новости науки и техники

Мы 20 лет спустя. Неприятие реформ 90-х сменяется сожалением об упущенных возможностях.

Время мало изменило героев известного произведения Александра Дюма: и 20 лет спустя их пыл и рвение к подвигам, вера в правильность выбранного пути остались прежними… А вот герои нашего времени – граждане РФ – спустя два десятка лет с момента старта радикальных реформ, начавшихся сразу после распада СССР, теперь иначе стали оценивать произошедшее. Многое из прошлого вспоминается нами уже не столь радужно и позитивно, как это было в 1990-х годах, да и сам тот период воспринимается все больше, как время упущенных возможностей. Общество, так жаждавшее поначалу перемен, сегодня оценивает экономические реформы новой России уже не столь высоко: только каждый десятый россиянин считает, что его положение за 20 лет улучшилось.
Плюсы и минусы реформ, как эти перемены отразились на жизни людей? Каково отношение россиян к инициаторам этих нововведений? Как изменилось социально-психологическое состояние российского общества за это время? Как трансформировались рынок труда, социальный статус и мобильность россиян, их взгляд на окружающий мир и место России в нем? Как обстоят дела с российской идентичностью и межэтническими отношениями? Ответить на эти и другие вопросы постарались ученые Института социологии РАН. Итоги своих исследований они изложили в аналитическом докладе “Двадцать лет реформ глазами россиян (опыт многолетних социологических замеров)”, подготовленном совместно с Фондом им. Ф.Эберта в России.
Как отметил на презентации доклада директор ИС РАН член-корреспондент РАН Михаил Горшков, несмотря на то что до “юбилея” реформ еще полгода, он и его коллеги сознательно решили заранее провести исследование и представить его результаты сообществу. Почему?
– На наш взгляд, чем ближе будет дата с отметкой “20 лет”, тем больше будет публиковаться мнений, суждений, интерпретаций, комментариев, оценок того, что произошло за эти два десятилетия, – отметил Михаил Горшков на презентации доклада. – И все обнародованное будет толковаться по-разному, наверняка появятся и крайности: с одной стороны, будут преобладать безу­держно положительные оценки того, что произошло, сугубо хвалебные комментарии и речи, с другой – удары наотмашь первым реформаторам и инициаторам реформ без разбора того, какой механизм был запущен в обществе.
Чтобы упредить эти крайности, мы посчитали правильным провести достаточно глубокое общенациональное исследование и поделиться с обществом его результатами уже сейчас, дабы попытаться осадить особо ретивых комментаторов крайностей. Получится добиться этого или нет – трудно сказать точно. Но думаю, что представленный нами материал – объемом более 300 страниц (впервые за годы сотрудничества ИС РАН с Фондом им. Ф.Эберта в России доклад получился столь объемным, видимо, свою роль в этом сыграла сама тема исследований. – Прим. ред.) – будет принят сообществом во внимание.
Возможности, которые мы упустили
Посткоммунистическая трансформация России, включая экономические реформы Ельцина – Гайдара, поначалу была позитивно воспринята обществом. В первую очередь это было связано с высоким уровнем ожиданий и доверия к Б.Ельцину в тот период. Однако уже вскоре сторонники реформ оказались в меньшинстве. Позитивное отношение к ним сегодня высказывают чуть более трети опрошенных (34%), а 10 лет назад их было еще меньше (28%). В то же время молодая активная часть населения начинает чувствовать взаимосвязь между собственными достижениями и реформами 1990-х годов. В целом же исследование показало, что острота отрицательного отношения к ним постепенно ослабевает, сменяясь сожалением об упущенных в 1990-е годы возможностях.
Большинство россиян (около 70% опрошенных) не склонно соглашаться с точкой зрения инициаторов реформ о безальтернативности предпринятых в начале 1990-х мер, обусловленных глубиной экономического и политического кризиса. Истинная цель реформ, по мнению большинства, состояла не в скорейшем преодолении экономического кризиса, а в интересах как самих реформаторов, так и стоявших за ними общественных групп, стремившихся к переделу в свою пользу бывшей социалистической собственности. Именно этими целями во многом объясняется и свертывание возможностей влияния общества на принятие политических решений. Точку зрения реформаторов разделяют те группы россиян, которым удалось повысить свой материальный уровень и социальный статус и для которых результат реформ важнее их изначальных целей.
Узкий круг
Реформы 1990-х, по мнению россиян, привели к ухудшению положения дел буквально во всех сферах жизни общества и страны – как в экономике, так и в политике и социальной сфере. Определенная часть населения склонна видеть плюсы в процессах, касающихся демократизации, свободы слова, прав человека. Лишь корректировка курса реформ, связанная с именем В.Путина, привела к смене однозначно негативного тренда 1990-х годов. Прежде всего, это относится к экономике, уровню жизни населения и особенно внешней политике. В то же время фиксируется нарастание в 2000-е годы негатива, связанного с ростом коррупции, бюрократического засилья, а также с деградацией социальной сферы.
Наряду с этим идет постепенное, хотя и неярко выраженное, переосмысление россиянами основных достижений и неудач реформ в общезначимом и личном аспектах. На передний план заметно чаще, чем 10 лет назад, выходят достижения, связанные с формированием в России “общества потребления” (некоторый рост благосостояния, насыщение рынка товарами и уход в прошлое экономики дефицита, свобода выезда за рубеж).
Напротив, респонденты гораздо реже отмечают значимость обретенных в начале 1990-х годов демократических прав и свобод. Когда речь идет о приобретениях и потерях в личном плане, то здесь респонденты отметили, что, с одной стороны, реформы открыли новые возможности для самореализации, профессионального и карьерного роста, занятия предпринимательской деятельностью, участия в общественно-политической жизни. Но, с другой стороны, по мнению большинства респондентов, “освоить” эти возможности смог сравнительно узкий круг людей, в то время как для многих россиян они остались либо труднореализуемыми, либо даже сократились.
Страшно, стыдно
В целом социально-психо-логическое состояние россиян, с одной стороны, характеризуется стабилизацией положительно окрашенных чувств и надежд на улучшение ситуации в будущем, а с другой – ростом распространенности чувства несправедливости происходящего, стыда за нынешнее состояние страны, собственной беспомощности повлиять на происходящее. Естественным следствием этого выступает и быстрый рост среди россиян чувства агрессии.
Агрессивные умонастроения, порождаемые общей неудовлетворенностью сложившимся в России типом социума, вероятнее всего приобретут националистическую окраску и могут вызвать, в случае перехода от настроений к реальным действиям, серьезные столкновения на национальной почве. Учитывая скорость нарастания агрессивных чувств и пространственную локализацию их носителей, развитие событий по такому сценарию очень вероятно. Особо рискованной в этом отношении представляется ситуация в Москве.
Квартирный вопрос и не только
Наибольшую тревогу у россиян вызывают кризис системы ЖКХ и рост жилищно-коммунальных платежей. Однако если рассмотреть динамику отношения россиян к различным явлениям и процессам в жизни страны, которые кажутся им наиболее тревожными, то лидером является все же не “коммуналка”, а проблема коррупции и засилья бюрократии. Причем наиболее значимым объективным фактором, влияющим на распространенность соответствующих тревог, выступает не столько принадлежность к той или иной социальной группе, сколько регион проживания. И это еще раз свидетельствует о глубокой неоднородности России в региональном разрезе.
Если говорить не о тревогах россиян, а о проблемах, которые мешают им жить, стоит отметить низкую долю тех, кто считает, что живет нормально: это всего около четверти населения. Главными среди проблем выступают, прежде всего, низкий уровень жизни и отсутствие социальных гарантий по болезни, старости, безработице и инвалидности. Не случайно в череде потерь, которые лично им принесли реформы последних десятилетий, безусловным лидером стала утрата уверенности в завтрашнем дне.
Играли, но не выиграли
Исследование показало повышение неудовлетворенности многих россиян своей жизнью на фоне некоторого улучшения их материального положения (рост среднедушевых доходов только за последний год примерно на 1,5 тысячи рублей на человека в месяц). Видимо, с началом кризиса россияне признали необходимость “затянуть пояса”, но рассчитывали, что страна извлечет из него уроки на будущее или что он хотя бы коснется всех в более-менее равной степени. Однако реальность оказалась иной: вся тяжесть кризиса, по мнению населения, была возложена на рядовых граждан, а из острой фазы кризиса страна вышла лишь с усугубившимися негативными тенденциями своего развития, прежде всего со все усиливающейся коррупцией. Население ответило на это ухудшением своего социально-психологического состояния и ростом общего уровня недовольства жизнью, невзирая на стабилизацию своего материального положения.
Обобщением россиянами своей личной ситуации в пореформенной России выступает их оценка собственного выигрыша или проигрыша от реформ двух последних десятилетий. Доля считающих себя выигравшими от них очень мала (всего 10%) и в два с половиной раза меньше, чем доля считающих себя проигравшими. Еще около трети остались, что называется, “при своих” – не выиграли и не проиграли. Такова итоговая оценка, поставленная россиянами последним 20 годам истории нашей страны.
У всех шансы на успех?
Судя по результатам исследования, изменения социального статуса россиян за два десятилетия имели позитивную динамику. Однако быстрый рост социальных притязаний наших сограждан, обусловленный колоссальной и все углубляющейся социальной дифференциацией и нарастанием социального неравенства, сводит “на нет” достижения последних лет, так как разрыв между реальным и желаемым статусом для большинства россиян не только сохраняется, но и увеличивается. Самооценки россиянами своих достижений в различных сферах жизни говорят о том, что относительно больше шансов на достижение успехов у них на микроуровне: в семье, сфере дружеского общения, досуговой сфере. Однако и в частной, приватной, жизни им удается далеко не все. Многие не удовлетворены отсутствием возможностей заниматься любимым делом, дефицитом свободного времени. Еще хуже ситуация складывается с тем, что связано с местом россиян в макросоциуме. Сколько-нибудь массовыми можно считать лишь такие их достижения, как получение хорошего образования (которым могут похвастать, по самооценкам, 46% опрошенных).
Все остальные достижения (престижная работа, карьера, наличие собственного бизнеса и т.д.) характеризуют небольшую часть наших сограждан, хотя значимость их в системе ценностей населения страны растет.
Едем мы, друзья…
 Ухудшение социального самочувствия многих россиян обусловлено в значительной степени сужением каналов социальной мобильности, в том числе и горизонтальной. Возможности самостоятельно, за счет смены места жительства, улучшить свое положение в обществе у россиян сегодня практически отсутствуют. Немногие исключения характерны, прежде всего, для части горожан, переехавших в села, а также горожан из мегаполисов, переезжающих в города с меньшей численностью населения. Однако вектор внутрироссийской миграции носит обратный характер: большинство мигрантов едут в более крупные населенные пункты, чем те, в которых они выросли.
Межпоселенческая мобильность в той или иной степени характерна для разных поколений россиян, и, как правило, переезды в другой населенный пункт совершаются в возрасте до 30 лет. Однако нынешняя молодежь, хотя и демонстрирует высокие показатели мобильности (13% переехавших на нынешнее место жительства за последнее десятилетие в группе до 30 лет), все же характеризуется более низкими показателями мобильности, чем возрастные группы старше 40 лет в период их молодости. Это говорит о недоиспользованности потенциала мобильности российской молодежи и сомнительности идеи о необходимости массового импорта в Россию рабочей силы из-за рубежа в условиях, когда в стране есть огромный внутренний ресурс перераспределения уже имеющейся в ней рабочей силы.
Если же говорить о миграции из России, то потенциал ее очень велик и серьезно вырос за последние 10 лет. Сегодня уже около половины населения страны хотели бы уехать из России с разными целями, причем в группе до 30 лет доля таковых еще больше. Навсегда хотели бы уехать 13% россиян. Это в два раза больше, чем 10 лет назад. Еще 35% готовы уехать за рубеж “на заработки”. Желание более трети всех работающих россиян превратиться в гастарбайтеров – яркое проявление неблагополучия на российском рынке труда, позволяющее глубже понять причины недовольства наших сограждан сложившейся в стране ситуацией.
Есть идея!
Помимо сдвигов в социально-экономических условиях жизни россиян существенные изменения претерпели и их мировоззренческие установки. Вместе с распадом СССР рухнула идеологическая гомогенность советского типа. Но на смену ей пришел не столько “положенный”, согласно теории, плюрализм, сколько нарастающая хаотизация ментального пространства. У разных социальных и социально-демографических групп, равно как и у территориальных образований, не исключая очень мелкие, стали появляться совершенно обособленные интересы, а вместе с ними и собственные мини-идеологии. Однако к началу 2000-х годов появились идеи, которые могут претендовать на статус общезначимых. Это – единение народов России с целью ее возрождения как великой державы, укрепление правового государства и объединение усилий всех народов для решения глобальных проблем, стоящих перед человечеством.
Вечные ценности
Данные проводившегося на протяжении всего периода реформ социологического мониторинга показывают: ценностные ориентации российского общества достаточно устойчивы. Заметное место занимают ценности свободы, справедливости, понимаемой как равенство возможностей, труда, патриотизма. Безусловно, новые образы и идеи, которые активно продвигались реформаторами в информационное пространство, повлияли на массовое сознание, особенно молодежи. Однако это влияние выразилось лишь в некоторых колебаниях “ценностной кардиограммы”, не меняющих общую иерархию ценностей.
При наличии общего “ценностного консенсуса” различных поколений пореформенная молодежь в существенно меньшей степени демонстрирует конформистские жизненные установки. Поэтому в реформах она видит больше плюсов, чем остальное население, и главное из них – появление возможностей для самовыражения и построения карьеры.
В структуре мировоззренческих установок россиян особое место занимает восприятие роли государства. Соглашаясь с тем, что она должна быть ключевой не только в экономической, но и в социальной сфере, население не готово поддержать ни либеральные модели социальной политики, при которых вмешательство государства в социальную сферу минимально, ни свободную рыночную экономику. В социальной сфере как оптимальная в представлениях населения в последние годы преобладает модель, при которой государство обеспечивает всем определенный минимум, а остального каждый добивается сам.
В основе оптимальной экономической модели страны, по мнению россиян, должна быть смешанная экономика с ведущим государственным сектором. Все стратегические отрасли экономики должны быть под контролем государства, а частное управление теми или иными организациями должно обязательно совмещаться с государственным контролем за ними. Представления россиян о роли государства в социальной и экономической сферах дифференцируются в зависимости от их возраста, уровня образования, типа поселения и других факторов.
Что же касается отношения россиян к демократическим ценностям и институтам, то его можно охарактеризовать, как “благожелательный скептицизм”, то есть благожелательное отношение к самой идее демократии как оптимальной форме организации общественной жизни и крайне скептическое, а иногда и негативное отношение к большинству институтов, которые эту идею призваны претворять в жизнь (выборы, парламентаризм, многопартийность, свобода слова и т.п.).
Уровень интереса большинства россиян к политической жизни страны по-прежнему низок.
Сквозь призму судеб
Спустя 20 лет с того дня, когда прекратил свое существование СССР, россияне не склонны представлять себе Советский Союз ни в виде демонической “империи зла”, ни в романтическом образе “первопроходца” или тем более “весны человечества” (как выразился когда-то Маяковский). Преобладают же в обществе не геополитические и идеологические оценки, а взгляд сквозь призму человеческих судеб. В этом плане распад СССР чаще всего воспринимается как общая беда миллионов людей, живущих в республиках бывшей союзной державы. В такой оценке солидарны и бедные, и богатые, и молодые, и пожилые россияне.
Рост патриотических умонастроений привел к переосмыслению в массовом сознании вопроса не только о своеобразии России, но и о ее роли и месте в мире. Решающим фактором, определяющим отношение “среднего” российского гражданина к международной политике, различным странам мира, являются не эмоционально окрашенные идеологические мотивы, какими руководствовалось общество в начале 90-х годов прошлого века, а прежде всего соображения безо­пасности. Среди главных угроз современной России респонденты называют международный терроризм и мировой экономический кризис. Охлаждение россиян к большинству стран Запада в период войны с Грузией носило краткосрочный характер и к настоящему времени практически преодолено. За исключением США, отношение к которым по-прежнему негативное.
Обидно, понимаешь!
Распад СССР помимо новых представлений о месте России в мире дал толчок к формированию новой российской идентичности. К 2011 году российская идентичность стала не только самой распространенной (ее отметили 95% опрошенных) среди наиболее значимых идентичностей, но и ощущение связи с ней стало наиболее сильным, оно выросло вдвое. При этом 90% населения по-прежнему сохраняют идентичность по национальности и по месту жительства. Однако сильную связь по национальному и локальному признаку чувствуют 50-60%, а с российскими гражданами – 72%. При таких высоких показателях распространенности и российской, и этнической идентичности теряет остроту вопрос их конкурентности и подтверждается их совместимость.
Казалось бы, подобные данные свидетельствуют о высокой интегрированности общества и надуманности темы о сепаратизме и разобщенности населения страны. И в чем-то это действительно так. Но важны основания интегрированности. Исследование показало, что солидаризация в немалой мере основана на обидах. Свыше 60% респондентов присоединились к мнению: “люди моей национальности многое потеряли за последние 15-20 лет”. Среди русских это мнение разделяет большее число людей, чем среди других национальностей, – 64% против 44% соответственно. Сплачивает обида за выход из Союза народов бывших союзных республик, обида за критику пережитого прошлого, которое совсем недавно представлялось светлым будущим.
За 20 лет реформ эти обиды не ушли из сознания людей. Они получили дополнительную подпитку за счет тех чувств, которые переживают и другие народы Европы в тех странах, где имел место значительный и быстрый приток инокультурного населения. То, что государство – общий дом для российских народов, и все они должны обладать равными правами, и никто не должен иметь никаких преимуществ, остается наиболее распространенным мнением. Но с каждым годом оно становится все менее поддерживаемым. В 1990-е годы это было мнение очевидного большинства (65%), а в 2000-е годы – только половины россиян (47%).
Что мое – то мое, что твое…
Данные проведенного исследования рисуют тревожную картину: половина респондентов фиксировала, что в их местности бывают столкновения на почве национальной неприязни, а 68% откровенно признались, что испытывают раздражение по отношению к представителям других национальностей. Обнадеживает то, что около 90% русских и нерусских считают, что “насилие в межнациональных и межрелигиозных спорах недопустимо”. В то же время 41% респондентов согласился с тем, что “все средства хороши для защиты интересов моего народа”. Причем среди русских такие настроения распространены не меньше, чем среди других национальностей (43 и 34% соответственно).
Это новая ситуация 2000-х годов. В 1990-е годы подобные настроения намного чаще встречались именно у нерусских. Нынешние ответы русских вполне согласуются с актуализацией у них этнонационального самосознания. Растущая российская идентичность, совмещенная с этнической идентичностью, интегрирует людей, но и заставляет задуматься о справедливости существующей системы распределения ресурсов, солидаризирует против несправедливостей.
Мораль такова
Два десятилетия реформ стали серьезным испытанием для морально-нравственных устоев общества. После того как государство фактически сложило с себя роль морального “наставника”, а другие общественные институты не смогли или не захотели на себя эту роль принять, россияне оказались перед свободным выбором морально-нравственных ориентиров. И многие сделали выбор в пользу отказа от лишнего “морального бремени”, поскольку игнорирование традиционных моральных предписаний стало в ряде случаев экономически и социально выгодным. Естественно, это очень беспокоит многих наших сограждан. Каждый третий опрошенный ухудшение морального состояния общества оценил как одно из самых негативных явлений на протяжении двух десятилетий реформ.
Несмотря на столь критичные оценки развития ситуации в сфере общественной морали, для большинства наших сограждан по-прежнему актуальны традиционные ценности и смыслы, нормы обыденного поведения. Россияне декларируют приверженность традиционным нормам в отношении большинства поступков и явлений, которые принято считать аморальными или, по меньшей мере, неэтичными (в их числе употребление наркотиков, гомосексуальные отношения, использование сексуальных связей для достижения корыстных целей, уклонение от налогов, дача взяток). Более того, сегодня актуальность большинства моральных норм заметно выше, нежели 10 лет назад, и особенно – по сравнению с 1990-ми годами.
В то же время исследования ИС РАН выявляют релятивизм опрошенных в отношении некоторых сфер, которые регулируются не законом, а только общественной моралью (например, сознательный обман для достижения корыстных целей). Кроме того, исследования фиксируют сравнительно новое для России явление – мультиморальность, когда люди, существуя в рамках своей моральной матрицы, признают право других людей жить по их собственным законам.
Досуг – дело серьезное
 Одна из немногих сфер, где действительно ощутим большой прогресс, – это сфера досуга. Несмотря на то что многие россияне ощущают дефицит свободного времени, его проведение, судя по опросам, носит достаточно насыщенный, разнообразный характер. Все чаще его основа – различные внедомашние формы активности, направленные на общение, развлечения, саморазвитие. Большинство россиян (51%) по-прежнему практикуют традиционные формы досуга, которые предполагают отдых на “домашней территории” либо общение в рамках ближнего круга (родственники, друзья) вне дома. Однако уже немало и тех (39%), кто предпочитает активный внедомашний досуг с множеством развивающих, развлекающих, культурных, рекреационных, общественных компонентов.
Основными факторами, определяющими качество досуга, а с ним и качество жизни в целом, являются материальная обеспеченность, социальный статус, место проживания. Одним из возможных факторов развития досуга – его содержательного наполнения и видового разно­образия – может стать пользование ПК и Интернетом. Исследование показало, что россияне, имеющие возможность ими пользоваться, проводят свое свободное время заметно более содержательно, чем остальные, чаще практикуют активный досуг, направленный на саморазвитие и культуру, на развлечения и спорт.
Мы снова ждем перемен
В заключительном разделе исследования, посвященном перспективам развития страны, особенно отчетливо выявилось неоднозначное, двойственное отношение россиян к нашему недавнему прошлому, настоящему и будущему. С одной стороны, большинство опрошенных (около 60%) считают, что вектор развития, который был избран после крушения коммунизма, в целом верен и рано или поздно страна выйдет на траекторию устойчивого экономического и политического развития. Хотя немало и тех (около 40%), кто убежден, что путь, по которому идет современная Россия, ведет страну в тупик. С другой стороны, больше половины опрошенных (54%) полагают, что Россия, ее экономика потеряла динамизм и отставание нашей страны от ведущих держав мира будет только нарастать.
В настоящий период лишь 17-18% опрошенных верят в возможность того, что в течение ближайших 5-10 лет Россия войдет в число ведущих экономически развитых стран мира, станет страной развитой демократии.
Отсюда некоторый рост сторонников перемен, более решительных мер по модернизации экономики, политической и социальной сфер. И это несмотря на то, что сторонники стабильности продолжают преобладать, хотя и не со значительным перевесом (57% против 42%). А вот среди молодежи поддержка идеи модернизационного прорыва выглядит уже достаточно выраженной. Пока это слабо проявляющаяся тенденция. Но, как показывает исторический опыт, когда запрос на перемены начинает овладевать умами людей, причем в молодых и активных группах, подобный запрос, так или иначе, начинает пробивать себе дорогу.

Подготовила Нина ШАТАЛОВА
Фото Ольги Прудниковой

Нет комментариев