Поиск - новости науки и техники

Долой бубен! Бизнес устал от пустозвонства и ждет реальной помощи.

Вроде бы и не с чего, а все равно тревожно. То ли предупреждают нас, то ли пугают – грядет, мол, вторая волна мирового кризиса! Казалось бы, где мы и где эта самая зона турбулентности – зона евро. Нефть наша как била фонтаном, так и бьет, газ исправно качается, и цены на них на должной высоте. Так стоит ли беспокоиться, есть ли чего опасаться? С немудреными этими вопросами обратились к доктору экономических наук Сергею Афонцеву, заведующему отделом Института мировой экономики и международных отношений РАН.

– Действительно, все вроде бы хорошо – живи и радуйся, – говорит Сергей Александрович. – Но ровно до той поры, пока европейская и китайская экономики демонстрируют высокий спрос на энергоносители, а средства от их экспорта исправно пополняют наш бюджет. Чтобы обеспечить его сбалансированность в ближайшем будущем, среднегодовая цена нефти должна быть 100-110 долларов за баррель. Но удержится ли она на этом уровне? То, что сегодня происходит в Китае, заставляет специалистов говорить о реальной угрозе не просто замедления роста экономики, а ее “жесткой посадке”. Прежде всего беспокоит ситуация на рынке недвижимости и в банковском секторе, где в последние годы активно шло “надувание пузырей”. Правительство Китая принимает разумные меры, чтобы справиться с ситуацией, но она остается достаточно сложной. Нашей страны это касается самым непосредственным образом: замедление темпов роста китайской экономики приведет к падению спроса на энергоносители, а значит, мировых цен на них и иные виды сырья.
Китай – страна унитарная, его правительство оперативно реагирует на экономические вызовы. Другое дело – Европейский союз, зона евро: там ситуация более сложная. У стран, входящих в ЕС, интересы разные. Одни из них какие-то решения блокируют, другие эти решения лоббируют. Единые позиции выработать очень сложно, подчас на это уходит масса времени. А главное, темпы роста экономики стран зоны евро в наступившем году могут быть близки к нулю или отрицательны – стало быть, жди снижения спроса на российские углеводороды.
– И что тогда будет с нашим бюджетом?
– Два-три года назад мы сказали бы, что ценовой коридор в 75-90 долларов нас вполне устраивает. Но сегодня из-за своеобразной бюджетной политики, тенденции к раздуванию расходов положение нашей экономики не столь благополучно.
– Имеются в виду огромные социальные выплаты?
– Не только и не столько. Действительно, при обсуждении бюджетных проблем традиционно акцент делается на “социалке”. Подчас, чтобы отмахнуться от выступающих против раздувания бюджетных расходов. Но сегодня у нас масса инвестиционных и пиар-проектов, не имеющих никакого отношения к социальной сфере. Мы и Олимпиаду проведем, и чемпионат по футболу примем, Москву расширим, армию укрепим и дороги в Якутии построим… Понятно, что хочется иметь все и сразу, но неплохо и о цене вопроса задуматься! Когда человек приходит в супермаркет, он видит перед собой массу нужных вещей. Однако понимает: себя надо сдерживать – средства ведь ограничены. И покупает то, что реально нужно семье. А если хватать все подряд, превратишься в шопоголика, со всеми вытекающими отсюда последствиями. В бюджетной сфере простой этот принцип в последние годы все чаще нарушается, перечень бюджетных расходов начинает напоминать “корзину шопоголика”. Ситуация усугубляется тем, что даже безусловно необходимые расходы часто завышаются в разы. Никто не против закупок медицинского оборудования, но посмотрите, как используются выделенные на них средства! А итог такой: речь не идет о “сокращении социальных расходов”, а лишь об оптимизации использования бюджетных средств.
– И что нам делать: ждать, пока ситуация за кордоном изменится к лучшему, или самим что-то предпринять?
– Ответ лежит на поверхности: в первую очередь необходимы взвешенная бюджетная политика и радикальное улучшение инвестиционного климата. Сбалансированный бюджет позволит сводить концы с концами и не зависеть от состояния экономики Китая или ЕС. А инвестиции помогут развивать экономику.
– Об этом мы слышим каждый год.
– Верно. Но ведь ничего не происходит! Руководство страны само открыто признает, что совершенствование инвестиционного климата – одна из самых проблемных сфер, где наши достижения минимальны. В рейтинге условий ведения бизнеса (Doing Business), составляемом Всемирным банком, Россия занимает 120-е место, пропустив вперед Эфиопию, Косово и Кабо-Верде. Можно, конечно, ругать иностранных экспертов за необъективность, но стоит ли? Мы и сами лучше них понимаем: российский деловой климат не способствует развитию успешного цивилизованного предпринимательства. Единственное решение проблемы связано с кардинальным изменением взглядов на отношения государства и бизнеса. Государство должно не регулировать бизнес, а создавать условия для его продуктивной деятельности.
Вместо этого оно придумывает для него все новые барьеры и ограничения, а чиновники, за соответствующую мзду, закрывают глаза, когда предприниматели их нарушают. Если же мы хотим добиться эффективного развития, ситуация должна стать принципиально иной: государству нужно ориентироваться на потребности бизнеса и предоставлять ему те услуги, которые необходимы для повышения его конкурентоспособности на российских и внешних рынках. Наиболее востребованы защита прав собственности, техническое регулирование, снижение издержек начального этапа предпринимательства. По моему мнению, это краеугольный камень столь необходимых нам административных реформ.
– Почему же они не проводятся?
– Потому, что чиновники на всех уровнях преследуют собственные интересы и рассматривают бизнес исключительно как дойную корову. Перед кем сегодня отчитывается чиновник? Только перед своим начальством. И если можно отчитаться мероприятиями, проведенными “для галочки”, – так он и сделает. А интересы бизнеса и экономики в целом его волнуют мало. Отсюда и наши проблемы.
Не секрет, что для развития экономики необходима реализация множества бизнес-проектов: как крупных, так и мелких, как в столицах, так и в малых городах. Чиновнику, однако, выгоднее поддерживать проекты-гиганты: ими и отчитаться легче, и средства большие в них “вертятся” – глядишь, и ему что-то перепадет. Другой пример – особые экономические зоны. Исходя из мировой практики в них должны действовать самые эффективные налоговые и административные схемы, облегчающие бизнесу жизнь. Таких зон у нас создано несколько десятков, но инвесторы туда практически не идут. Россия сегодня – чуть ли не единственная страна мира, где особые экономические зоны вообще не дали системного эффекта для экономического развития. А все потому, что создали их, по сути, для отчетности, для освоения бюджетных денег, а не для действительной помощи бизнесу. Инвесторы это понимают и уходят, скажем, в Китай, где все предусмотренные льготы действуют, где им предоставляется широкий пакет услуг, облегчающий начало бизнеса. Естественно, они ценят подобное отношение и платят щедрыми инвестициями.
– А рынок свою положительную роль сыграть сможет?
– Все, чего мы достигли за последние десятилетия, – заслуга рынка. По сути, у отечественного бизнеса есть два пути: либо делать нечто полезное и предлагать рынку, либо, используя различные лазейки, добиваться перераспределения ресурсов в свою пользу. Второй путь тупиковый. А для первого чрезвычайно важна конкуренция. Рынок без нее не существует, как человек без воздуха. Без конкуренции нет эффективного развития. Грамотная конкурентная политика – необходимый элемент благоприятного инвестиционного климата, как и реформа административной, налоговой и судебной систем.
Там, где производители вовлечены в острую конкуренцию, стимулы к повышению эффективности максимальны. У нас любят рисовать апокалипсические картины тотальной неконкурентоспособности российского бизнеса. Но посмотрите, например, на пищевую промышленность и металлургию. “Пищевка” еще в конце 1990-х годов, когда иностранные инвесторы заинтересовались этим сектором экономики, смогла модернизировать свои предприятия и совершить качественный скачок в производстве. Похожая картина на металлургических предприятиях. Если сравнить их основные экономические показатели и условия труда в начале 2000-х годов и сегодня – это небо и земля. Прогресс очевиден: обновлено оборудование, реформирован менеджмент, производительность выросла, трудовые отношения стабилизированы, социальные гарантии на высоком уровне. Наш президент буквально из-под палки добивается модернизации, а металлурги осуществляют ее сами. Поэтому и вступления России в ВТО металлурги ждут с надеждой: с конкурентоспособной продукцией им будет легче выходить на иностранные рынки.
– С причинами вроде разобрались, а как с программой действий?
– По моему мнению, решения надо принимать как экономические, так и политические. Возможно, политические решения даже более важные. Необходимо добиваться реальной подотчетности правительства обществу, налаживать продуктивный диалог бизнеса и власти. Только в этом случае возможен переход от “коррупционного капитализма” к экономической политике, основанной на предоставлении бизнесу государственных услуг, необходимых для повышения его конкурентоспособности.
Экономика сегодня больше заинтересована не в финансируемых государством мегапроектах, а в массовом притоке частных инвестиций. Когда инвесторы устремляются, скажем, в Калужскую и Ярославскую области, в Татарстан, это происходит потому, что там для них созданы условия. Пока что такие региональные инвестиционные оазисы – исключение из правил. Если мы хотим эффективного развития – эти исключения должны стать правилами. Но чтобы стимулировать регионы к совершенствованию инвестиционного климата, нужно оставлять им заработанные средства, а не изымать в федеральный бюджет, чтобы уже в качестве “царской милости” снова направлять в те же регионы. Такая практика на корню убивает инициативу.
Уверен, практически любая отрасль может найти свою рыночную нишу и выпускать конкурентоспособную продукцию, в том числе высокотехнологическую. Посмотрите на ИT-компании из Томска, Новосибирска – они уже сейчас готовы работать на уровне мировых технологических стандартов. Таких компаний должно быть как можно больше. На мой взгляд, их поддержка для нашей экономики гораздо важнее, чем “пляски с бубнами” вокруг ограниченного числа помпезных мегапроектов.

Юрий ДРИЗЕ

Нет комментариев