Поиск - новости науки и техники

От “Марса” – к SIRIUS. ИМБП РАН начинает серию уникальных экспериментов.

Казалось, совсем недавно команда добровольцев отправилась на Марс, жаль, правда, не на саму планету, а на испытания в уникальный Наземный экспериментальный комплекс Института медико-биологических проблем (ИМБП РАН). Там проходил многосуточный эксперимент “Марс-500”. А только что другой международный экипаж отбыл в наземное 17-суточное “путешествие” – приблизительно столько времени займут путь к Луне, ее облет и возвращение на Землю.
Так началось осуществление международного проекта SIRIUS. Как рассказал начальник отдела ИМБП, вице-директор программы Марк Белаковский, проект рассчитан на пять лет и помимо 17-суточного предусматривает испытания длительностью в 4, 8 и 12 месяцев.  ИБМП проведет их вместе с коллегами из американской Программы исследований человека НАСА. По словам руководителя программы В.Палоски, наземный экспериментальный комплекс ИМБП – единственное место на Земле, где в условиях длительной изоляции специалисты получают необходимые данные о влиянии замкнутого пространства на организм человека. Заметим, что сотрудничество с американцами продолжается более 40 лет, оно не прекращалось даже в годы холодной войны. Сейчас подписаны соглашение о строительстве международной окололунной орбитальной станции (2024 год) и меморандум о совместных исследованиях. В них будет участвовать Немецкое космическое агентство. К долговременным общим программам готовы присоединиться японские, французские и итальянские партнеры. 
Название проекта SIRIUS придумывали, что называется, всем миром. Международное жюри рассмотрело более ста заявок, отдав предпочтение предложению ИМБП, оно звучит так: Scientific International Research in Unique Terrestrial Station (“Научное исследование в уникальном наземном комплексе”).
У лунного эксперимента есть особенность: впервые в команде – трое женщин и трое мужчин, включая профессиональных космонавтов: Анну Кикину (Роскосмос) и командира экипажа  Марка Серова (РКК “Энергия”). Чем вызвано такое нововведение, по просьбе “Поиска” рассказал заведующий лабораторией ИМБП, руководитель психологического раздела программы SIRIUS Вадим Гущин. 
– Раньше в наземных экспериментах мы стремились понять, как изоляция сказывается на обычной рабочей деятельности космонавтов. Меняется ли, скажем, ее активность. Сейчас задача ставится намного шире: уже ясно, что к Луне и Марсу надо готовить смешанные команды и нам предстоит определить, комфортно ли чувствуют себя члены экипажа, хватает ли им личного пространства, каким оно должно быть в будущем межпланетном корабле и в поселениях на Луне или Марсе, – отметил В.Гущин. – Чтобы выяснить это, мы используем аппаратуру для оценки активности, оснащенную датчиками регистрации физиологических функций. Для планирования автономной миссии надо заранее подсчитать, сколько движений совершает человек в гермообъеме, сколько потратит килокалорий. Нас также интересуют симпатии и антипатии, которые испытывают друг к другу члены смешанной команды. При приближении человека неприятного или, наоборот, симпатичного биение сердце или учащается, или замирает, и датчики это фиксируют. Мы можем правильно рассчитать рацион, определить интенсивность профилактических тренировок, размер персонального пространства для космонавта в зависимости от его потребностей. Сейчас добровольцы не испытывают неудобств: площадь жилого модуля – 150 куб. м., лабораторного – 100 куб. м. Как знать, может быть, такие вольготные размеры поселений удастся сохранить на Марсе и Луне? Для наших дам созданы максимально комфортные условия: они взяли любимые книги, фильмы, музыку, украшения. Единственное ограничение – не употреблять сильно пахнущую парфюмерию и лаки. 
Недавно я  был на связи с экипажем и слышал, как женщина сказала: “Цветочки чувствуют себя хорошо”. Мужчина выразился бы куда проще: мол, с оранжереей все в порядке. Чувствуете разницу? Для этого и нужно присутствие женщин в экипажах – они вносят гармонию в настроения коллектива. Тогда, мы уверены, он легче справится с трудностями и конфликтами, если они возникнут. 
– И все-таки нет ли риска отправлять в долгое космическое путешествие смешанный экипаж: мало ли что случится в замкнутом, хотя и комфортном пространстве? Не проще ли было собрать шесть мужиков?
– Чисто мужские экипажи были, и, по мнению психологов, они мало интересны и неперспективны. Они имеют не только достоинства, но и недостатки, связанные со свойственной сильному полу конкуренцией и проблемами мотивации. Появление же в команде женщин гармонизирует психологический климат.  За долгое время исследований мы накопили опыт, знаем, как следует справляться с различными эксцессами, разработали меры психологической поддержки, но исключительно для мужских команд. Сегодня все специалисты пришли к единодушному мнению: и на космических кораблях, и в поселениях состав экипажей должен быть смешанным. И никуда от этого не деться. Но мы должны подготовиться, проиграть заранее различные ситуации, чтобы снять все вопросы. Сначала учимся наблюдать и собирать информацию о состоянии добровольцев, затем разрабатываем методы психологической поддержки. Понятно, что делать это надо на Земле, чтобы не допустить инцидентов в космосе. 
– Не помешают ли этому проблемы связи, когда из-за гигантских расстояний сигнал из космоса на Землю будет прилично опаздывать?
– В этом эксперименте (полет к Луне) мы принимаем сигнал спустя пять минут, и то всего пять дней из 17. Но пока задержка связи при конфликтной ситуации в дальнем космосе – проблема действительно не изученная. Как показал эксперимент “Марс-500”, дело не в величине задержки, а в самом факте, что она существует, и подготовку нужно провести так, чтобы экипаж не рассчитывал на сиюминутный контакт и получение инструкций. Как мы предполагаем, осознавая, что непосредственной помощи космонавтам сразу не получить, они будут полагаться в основном на себя. Но для этого необходимо разработать такие тренинги, чтобы команда могла самостоятельно разрешать возникшие проблемы. И это возможно. Научились же космонавты разных стран жить в мире и согласии на орбите, так и надо идти дальше – использовать накопленный ими опыт во время длительных межпланетных путешествий. И если в начале случится непредвиденное, успеем помочь и даже эвакуировать космонавта.  Еще один важный этап отработки дальней межпланетной экспедиции SIRIUS – полет к Луне. Он позволит окончательно отшлифовать автономную работу экипажа в относительно безопасных условиях. И если по пути случится непредвиденное, успеем помочь и даже эвакуировать космонавта.
– Более 20 лет вы являетесь главным психологом сборной страны по теннису. Как помогаете спортсменам и участникам эксперимента? 
– Есть специфические спортивные проблемы. Скажем, у мировых звезд неожиданно пропадает уверенность в себе, что вполне объяснимо: постоянно находиться на высоком игровом уровне, побеждать, оставаясь любимцем публики, необыкновенно трудно. Поэтому вопрос уверенности в себе – едва ли не главный. А еще успех надо правильно переживать – это тоже проблема, как и взаимоотношения в коллективе. Потому что члены одной команды, случается, конкурируют друг с другом. У обычных людей нет острой необходимости каждый день доказывать, что ты лучший. А спортсмены, как, например, актеры и музыканты, с этим живут.
В космосе, конечно, все происходит иначе, но аналогия существует в виде высокой ответственности, профессионализма, публичности. Но есть простые, проверенные временем методы помощи. Человеку надо дать возможность выговориться, но он должен быть уверен, что об этом больше никто не узнает. Близким о своих переживаниях или просто усталости говорить язык не поворачивается, а психологу сказать можно. Даже во время полета к Марсу. Каких-нибудь 20 минут – и сообщение космонавта попадает к психологу. Еще 20 – и пришел ответ от него. Но так ли он нужен? Ведь важно, что называется, облегчить душу, снять напряжение. Во время долгого космического полета можно обратиться и к дневнику. Ведь он помогает не только запомнить происходящее, грубо говоря, это – “свалка”, куда можно сбросить весь накопившийся негатив. Сгодятся и видеосообщения, естественно, конфиденциальные. Едва ли не самое, на мой взгляд, главное, к чему пришел Фрейд, – это простая, в общем-то, мысль: у каждого из нас должен быть слушатель, которому мы можем все рассказать, но быть уверенными, что дальше это не пойдет.        
– А как вы отбирали экипаж?
– Здесь главное – уметь предвидеть возможные проблемы. Чтобы их избежать, мы пригласили к участию в эксперименте людей опытных, знающих. Первое, на что обращаем внимание, – психологическая устойчивость и профессионализм. Из шестерки добровольцев двое, как уже говорилось, прошли школу подготовки космонавтов, а потому удовлетворяют самым высоким требованиям. Елена Лучицкая была командиром экипажа добровольцев в эксперименте “Луна-2015” и провела в изоляции 8 суток. Илья Рукавишников, возможно, еще побывает в космосе, он очень знающий врач, встречающий наших космонавтов во время посадки на Землю, ему все известно об их болячках. Это костяк команды – проверенные профессионалы, располагающие опытом, наработанным в экстремальных ситуациях. Так мы подстраховываемся, снижаем риски непредвиденных ситуаций. И сейчас вместе с ними будем отрабатывать технологии, выяснять, какие проблемы могут возникнуть и как лучше подготовиться к следующим многомесячным экспериментам, чтобы не пришлось приглашать специалистов, не имеющих опыта работы в экстремальных ситуациях, – их отправлять в полет мы права не имеем. 
– Опыт “Марса-500” вам пригодился?
– Безусловно. И принципы отбора экипажа, и элементы его подготовки  практически одни и те же. Не будь “Марса-500”, SIRIUS был бы совершенно другим. Например, добровольцы – а это были люди разных национальностей и в основном южане – сумели приспособиться к экстремальным условиям русской зимы, оказавшись одни в глухом лесу (они участвовали в эксперименте, имитирующем посадку спускаемого аппарата не в назначенном месте, а в тайге). И ведь справились, а трудности их только сплотили, потому и конфликтов не было.
Анализируя итоги того проекта, мы поняли: находящиеся в изоляции добровольцы хотят быть активными участниками всего происходящего на Земле. Но как этого добиться? На помощь приходят 3D-технологии. Их возможности – удивительные: это та самая виртуальная реальность, о которой столько говорят. Выглядеть это будет примерно так. В полете космонавт наденет специальный костюм с датчиками и как по волшебству окажется в лесу, где будет собирать грибы, даже ощущать их в руках. А может удить рыбу на речке или плавать в море. Виртуальная реальность дает ощущения, которых так не хватает космонавтам. Они не фильм смотрят – это дело привычное – а становятся участниками действа. Могут, скажем, даже перенестись в свой дом, походить по комнатам, потрогать любимые вещи, а главное, сидя в любимом кресле, – поговорить с родными – чудеса да и только!
Юрий Дризе 
Фото Олега Волошина

Нет комментариев

Загрузка...
Новости СМИ2