Поиск - новости науки и техники

С.П.Капица: “Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на глупости”

На прошлой неделе страна попрощалась с великим человеком. Для нескольких поколений россиян он был интеллектуальным лидером. Об ученом и телеведущем Сергее Капице вспоминает его ученик и коллега Владимир ЗЕРНОВ, ректор Российского нового университета (РосНОУ). В этом вузе Сергей Петрович работал в последние годы.

С Сергеем Петровичем Капицей я познакомился, поступив в Московский физико-технический институт. Шел 1969 год – время расцвета Советского Союза. Мы гордились своей страной и, безусловно, нашими учеными. На первом месте стояли два великих физика – Петр Леонидович Капица и Лев Давидович Ландау. Петр Леонидович среди студентов и школьников был более популярен. И когда нам сказали, что первую лекцию по физике будет читать Капица, набилась полная аудитория. Вышел ассистент и представил лектора: Сергей Петрович Капица. Шум поднялся страшный: как, почему, не хотим! Передачи “Очевидное – невероятное” тогда еще не было, и ее будущего ведущего почти никто не знал. Ему тогда шел 42-й год. Он вышел и спокойно сказал, немного набычившись: “Я вижу, физику вы отлично знаете, а объясните-ка мне вот такую вещь… и еще вот это…” Народ стал затихать. “А что молчите? Не знаете?” – спросил он. Кто-то выкрикнул: “Знаем, знаем, но нам интересно, как вы это объясните”. На что последовал ответ: “И мне интересно… Раз вы такие же любопытные, как и я, давайте начнем сразу с эксперимента”. Вводная часть, закон количества движения – чем можно внимание привлечь? Он откуда-то достает обычную мелкокалиберную винтовку, прицеливается в металлическую болванку на противоположном конце аудитории – и как выстрелит! Грохот, дым! А Капица, как ни в чем не бывало, вызывает к доске главного бузотера: “Пиши, а я тебя буду проверять”. Замеряем, что надо, решаем задачу, однако практика с теорией почему-то не сходится. Где потери? Выяснили. Занятие пролетело незаметно. “Какой мужик! с винтовкой! стреляет!” – восхищались потом студенты.
Так началось мое с ним знакомство.
На факультете общей и прикладной физики МФТИ, куда я попал, в то время преподавали практически все будущие лауреаты Нобелевской премии. Огромный интеллект! В Физтехе была и сохранилась оригинальная система подготовки – каждая группа делилась как минимум на две, а то и более подгрупп, а всего в группе 15 человек. Одна половина занималась радио­физикой, другая биофизикой. Капица и еще несколько ученых читали нам физику, а математику всегда вели параллельно Сергей Михайлович Никольский и Лев Дмитриевич Кудрявцев. Выбор лекторов был свободным, народ перебегал от одного к другому. Но подавляющее большинство нашего курса слушало физику только у Сергея Петровича. Он читал лекции четко, крайне интересно и неожиданно. Никто никогда не знал, как пройдет занятие, и мы спешили занять места на первом ряду, чтобы не пропустить ни слова и успеть задать вопросы. Капица всегда оставлял время для обсуждений и отвечал на любые вопросы, хотя студенты в МФТИ были очень начитанными. Мы тогда поражались его кругозору.
К середине обучения мы начали понимать, что над Сергеем Петровичем витает тень его знаменитого отца – Петра Леонидовича. Я бывал у старшего Капицы на семинарах много раз, его группа занималась по-другому. Но было в их методике и общее – оба всегда ставили перед студентами нестандартные задачи.
По окончании вуза я лет семь работал на кафедре общей физики, которой руководил Сергей Петрович. Там мы с ним и сдружились. Это была самая большая кафедра физики в Советском Союзе – 150 человек. Из них свыше половины доктора, профессора, академики – причем великие академики! Сергей Петрович умел этот огромный коллектив настраивать только на работу. Я не помню, чтобы хоть раз был какой-то скандал. Не было также случая, чтобы Капица по болезни что-то пропустил. Вообще, у меня складывалось впечатление, что он не болел.
Прекрасно помню, как зарождалась программа “Очевидное – невероятное”. Вначале он написал знаменитую книгу “История науки”. На ее основе он и сделал передачу. Потом Капица создал журнал Scientific American, он выходил на русском языке в СССР огромным тиражом – более 30 000 экземпляров. Очень часто в передачах и журнале он публиковал вещи, которые в то время напечатать практически было невозможно. Помню, как он ездил к Евгению Павловичу Велихову (тот был членом ЦК КПСС) за визой на знаменитое интервью с экономистом Леонтьевым.
После выхода программы в эфир Капица стал жутко популярным. Сказать, что люди к нему хорошо относились, – это значит, ничего не сказать. Его просто обожали. Я тогда работал в Физтехе, сначала в комитете комсомола, потом в парткоме. Через нас поступало много просьб и приглашений для Сергея Петровича на различные мероприятия. Никогда не забуду, как перед Олимпиадой 1980 года мне позвонили из обкома и распорядились любыми способами привезти Капицу: команда ГДР тогда всех обходила, надо было поддержать моральный дух наших пловцов. С трудом удалось уговорить Сергея Петровича. Но поездка получилась чрезвычайно интересной. Сергея Петровича с восторгом окружили красивые девушки-спортсменки, задавали вопросы, он отвечал, рассказывал анекдоты и небылицы. Атмосфера быстро стала непринужденной. Нужно было снять стресс у пловчих, Капица справился с этой задачей блестяще. Тренер не знал, как его благодарить. Соревнования девушки выиграли. В институтской стенгазете под заголовком “Невероятная раньше, но очевидная сейчас победа советского спорта” была помещена огромная фотография Сергея Петровича.
Уже мало кто помнит, что один из последних концертов Владимир Высоцкий дал в МФТИ, в конце весны 1980 года. И когда Владимир Семенович стал исполнять знаменитую песню “Письмо в редакцию телепередачи “Очевидное – невероятное” из “Канатчиковой дачи”, зал дружно взорвался ураганом поддержки и восторга – как Высоцкому, так и герою песни. Владимир Семенович несколько раз начинал исполнение этой песни. После концерта он сказал, что не знал, что Сергей Петрович работает в МФТИ.
Спустя почти 40 лет (!) в культовом фильме “Бригада” устами одного из главных героев было отмечено: “…нечего умничать, ведь ты же не профессор Капица!”
Более 40 лет в нашей стране именно Сергей Петрович был в умах нескольких поколений интеллектуальным лидером.
Его кабинет как заведующего кафедрой, несмотря на ширившуюся известность, оставался очень скромным: стол, несколько кресел и чайный столик.
Вообще, вся семья Капицы – сосредоточение интеллектуальной мощи Российской империи, СССР, России. Дед – знаменитый механик, математик и кораблестроитель Алексей Николаевич Крылов, величайший мыслитель. Ему неоднократно предлагали стать президентом Академии наук. Сергей Петрович рассказывал, что очень многое получил именно от него. Во время эвакуации они вместе были в Казани, и мальчик часто наблюдал, как дед работает; тот обсуждал с внуком самые разные проблемы. Отец Сергея Капицы, Петр Леонидович, внес наибольший вклад в то, что в годы войны в научно-инновационном плане мы обошли всю континентальную Европу. Ведь мы выиграли Великую Оте­чественную войну не только потому, что были патриотами – мы победили на научно-инновационном поле. Самолеты, танки, артиллерийские системы – все к середине войны было лучше, чем у фашистской Германии. Мы выпускали те виды военной техники, к созданию которых там только подходили. Брат Сергея Капицы – Андрей, член-корреспондент АН СССР, известный географ и геоморфолог. Сергей Капица вошел в число самых интеллектуально развитых людей мира (лет 15 назад создавался такой список ­ЮНЕСКО, в нем 21 человек, от России был выбран именно Капица).
Мы не раз с Сергеем Петровичем обсуждали, что можно считать классическим примером успешного инновационного проекта в истории России. Атомный, космический, авиационный? Ведь долгое время наши самолеты были лучшими в мире, СССР был законодателем мод в авиации. Конечно, с точки зрения затрат выдержать сравнение с такими проектами сложно, в них вложены огромные средства. Я предложил судить по соотношению затрат и результата. Так вот, при таком подходе, пожалуй, самым эффективным было распоряжение Сталина оставить Петра Леонидовича в СССР (напомню: П.Капица с 1921 года работал в Кембридже под руководством Резерфорда, в 1934 году во время гостевого визита был насильно оставлен в Советском Союзе). Затраты – близки к нулю, эффект – колоссальный. Страна получила новейшие технологии и, как следствие, новые виды стали, колоссальный рывок в самолетостроении… Роль и значение семьи Капиц в развитии нашей державы трудно переоценить.
Часто говорят о Сергее Капице только как о популяризаторе науки. Я с этим определением категорически не согласен. Популяризатор – тот, кто объясняет явления на более низком уровне, а он научную планку никогда не снижал. Он скорее был исследователем и умел сложные вещи объяснять просто.
В Российский новый университет Сергей Петрович Капица пришел в 1998 году, через несколько лет после ухода из Физтеха. В то время у него был кабинет в Институте физических проблем. Как-то он обмолвился в разговоре, что принимать там людей не очень удобно, и я сразу предложил прийти к нам. На первую встречу собрался весь ректорат, и Сергей Петрович был приятно поражен, увидев знакомые лица: ведь в РосНОУ одни “физтехи”. Он всех вспомнил. Ему сразу же обустроили кабинет, и Сергей Петрович стал отвечать за научно-инновационную деятельность в университете. Надо заметить, что с его приходом атмосфера в вузе изменилась. Он приходил на заседания Ученого совета, а заседания Научно-технического совета проводил всегда сам. Очень жестко отбрасывал многие идеи. “Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на глупости”, – говорил он.
Он сам изобрел несколько серьезных приборов. Одним из его изобретений стал томограф, который, к сожалению, не получил поддержки в свое время. Хотя по качеству был ничуть не хуже любого западного. Капица понимал, что за такой техникой будущее.
Мы с ним возобновили выпуск журнала Scientific American, не выходившего после распада СССР. Были уверены, что издание поддержат наши олигархи. Провели огромное количество презентаций, даже посол США как-то приезжал. Но в итоге посодействовал изданию только один предприниматель – Валерий Костюнин. Позже журнал поддержал Виктор Антонович Садовничий, тогда было решено передать журнал под эгиду МГУ им. М.В.Ломоносова. Но все, что могли, мы сделали.
Нужно отдать должное, у Сергея Петровича и мысли не было о том, что он может так рано уйти из жизни. Он был полон сил.
В последнюю нашу встречу у него на даче на Николиной Горе, буквально пару недель назад, мы обсуждали, как будем отмечать его 85-летие в феврале следующего года. Проговорили часа три. Решили, если вдруг он неважно себя будет чувствовать в день рождения, устроим видеоконференцию. Мы ее проведем.
Каждый год в течение 13 лет Капица выступал перед первокурсниками на Дне знаний, и эти встречи всегда собирали полный зал – кроме первокурсников приходили их родители, бабушки и дедушки, братья и сестры. Накануне телефон раскалялся: “Будет ли Капица?”. Никто заранее не знал, на какую тему он будет выступать. Он обдумывал свое выступление и в этом году. В последнее время Сергей Петрович много работал над реальными критериями инновационного роста; кажется, собирался говорить и об этом.
Сергей Капица искал пути вхождения России в постиндустриальное общество. Часто подчеркивал, что Россия просто обречена быть лидером, что ее назначение в мире – решать наиболее сложные проблемы. Считал, что мы их обязательно решим, хотя бы две-три, и получим от этого на порядок выше, чем получаем от углеводородов. Занимаясь демографией, затрагивал и экономические вопросы. По его мнению, в нашей стране должен быть самый высокий ВВП, потому что у нас самый высокий интеллект. А в постиндустриальном обществе основное богатство – это мозги.
Он не хотел широко праздновать предстоящую дату: “Лучше отметить 90-летие”. Ведь его отец, Петр Леонидович, прожил 90 лет.
…На похоронах меня спросили, как давно мы были знакомы, я ответил: “На десять лет больше, чем прожил Иисус на этой земле”.

Подготовили Наталия Булгакова, Татьяна Чернова
Фото предоставлено Департаментом
по связям с общественностью РосНОУ

Нет комментариев