Поиск - новости науки и техники

От войны до войны. Политикам не помешает усвоить уроки истории.

В Москве состоялась международная научная конференция “Окончание Первой мировой войны и формирование нового мирового порядка: от Версаля до Мюнхена”, организованная Институтом всеобщей истории РАН и историческим факультетом МГУ при поддержке Международного общественного фонда “Российский фонд мира”.
Ученые-историки из 18 стран рассмотрели период развития международных отношений от подписания Версальского мирного договора до Мюнхенского соглашения 1938 года. Сто лет назад произошло крушение сразу четырех империй: Российской, Германской, Австро-Венгерской и Османской. Это способствовало масштабным геополитическим изменениям, повлекшим за собой появление новых государственных проектов. Часть из них была реализована в форме создания суверенных государств, часть завершилась вхождением в состав новых многонациональных государств автономных национальных формирований.
Открывая конференцию, директор Института всеобщей истории РАН Михаил Липкин отметил, что в последнее время появилось много новых интересных исследований и публикаций, посвященных этому периоду мирового развития. По словам ученого, сегодня в западной историографии наиболее интересны концепции, пытающиеся охватить всю историю Европы как единое целое. Возник даже специальный термин – “историоевропиезация”. 
По словам Михаила Аркадьевича, среди участников обсуждения этого периода ему хотелось бы видеть коллег из Китая, которые могли бы привнести свое понимание и отношение к этой вехе мировой истории. В заключение М.Липкин объявил, что ИВИ РАН приступает к работе над проектом “Новая история ХХ века”.
Выступление научного руководителя Института всеобщей истории академика Александра Чубарьяна было посвящено постверсальской Европе: новым взглядам и современному ее прочтению.
Он, в частности, подчеркнул, что национальные и интернациональные идеи “пронизывали все 1920-е и 1930-е годы”. Другой общей проблемой для европейских стран стала “дихотомия демократии и тоталитаризма”. На европейском пространстве, включая Восточную Европу, формировались тоталитарные и авторитарные режимы. Это явилось одной из причин обострения политической ситуации, что отнюдь не способствовало консолидации на континенте.
Еще одним определяющим моментом этого периода истории, по мнению академика, стала борьба идей “чистого рынка” и государственного регулирования экономики. Кроме всего прочего, “национальные интересы отдельных государств противоречили идеям Лиги наций”. 
– Я это называю “национальный эгоизм”, который стал чертой 30-х годов. В предвоенные годы он помешал объединению Европы перед угрозой нацизма, – сказал Александр Оганович, приведя в пример англо-франко-советские переговоры 1939 года, “когда недооценка общей опасности не позволила предотвратить Вторую мировую войну”.
– Если бы лидеров тогдашних государств кто-то предупредил о том, что их ждет в итоге, быть может, ход истории был бы иным, – отметил ученый.
Директор Института истории Национальной академии наук Белоруссии Вячеслав Данилович рассказал о становлении белорусской государственности в период Первой мировой войны и после нее. А директор Института истории НАН Республики Армения Ашот Мелконян посвятил выступление жизни своей страны в период формирования нового мирового порядка (1918-1920 гг.). Доклады их коллег из других стран охватили самые разнообразные исторические аспекты: от установления дипломатических отношений между новыми государствами – Чехословакией и Советской Россией – до Декларации Бальфура как начала пути к созданию еврейского государства.
Участники научного форума также обсуждали вопросы, связанные с подписанием, трактовками и последствиями заключения Мюнхенского соглашения 1938 года, предшествовавшего Второй мировой войне. Его печальный юбилей также отмечается в этом году. На конференции прозвучала мысль о том, что современным политикам не помешало бы лучше усвоить уроки истории. 
В ходе дискуссии рассматривались аспекты нарастания кризисных тенденций в Версальской системе, сущность политики “умиротворения”, позиция западных демократий (Великобритания и Франция) на Мюнхенской конференции 1938 года. Не обошли вниманием стратегию и тактику держав-ревизионистов, реакцию международной общественности, в частности, Советского Союза, на мюнхенские решения, вклад малых стран в лице Польши в расшатывание Версальской системы на региональном уровне и другие вопросы.
Также в ИВИ РАН состоялось заседание руководителей институтов истории стран постсоветского пространства, в рамках которого шла речь о событиях и процессах, связанных с формированием национальной государственности на территории большинства этих стран в 1917-1918 годах.
“Поиск” попросил Александра Чубарьяна подвести итоги форума.
– Подход к теме был широким: не просто Версаль сам по себе, а место этого договора в истории ХХ века. Ведь был еще распад империй: Версальский мир санкционировал создание многих независимых государств в Европе, появилась первая международная организация – Лига наций. Одновременно Версальский договор сыграл и печальную роль: международное сообщество не смогло предотвратить Вторую мировую войну – механизм, который был выработан в Версале, оказался не способен сделать это, – сказал Александр Оганович.
Академик также напомнил, что договор наложил жесткие ограничения на Германию, “породившие идеи реванша, вокруг которых объединилась вся германская элита, и это в итоге привело Гитлера к власти”. 
Роль и судьба России, которая не была представлена в Версале, в контексте итогов Первой мировой вой­ны оказалась очень своеобразной. Она вроде бы была в лагере победителей, но стала стороной, которая больше всех потеряла (помимо Германии). Россия утратила большую часть территорий, была экономически измождена. Но это уже, по сути, последствия не Версальского договора, а революции и гражданской вой­ны. 
– К встрече ученых были собраны и представлены новые материалы, особенно касающиеся Мюнхенской конференции. В частности, использовались документы, которые Политический архив Германии предоставил на нашу выставку в Москве: не известная ранее переписка Рузвельта и Гитлера, демонстрирующая довольно двусмысленную позицию США. Интересно, что без Мюнхена не было бы пакта Молотова – Риббентропа. Сталин почувствовал себя изолированным после Мюнхенской конференции и начал искать какие-то другие пути, – сказал научный руководитель Института всеобщей истории. – Переговоры 1939 года Англии и Франции с Советским Союзом показали, что стороны не смогли преодолеть разногласия и прийти к общему мнению, а для СССР мюнхенские договоренности стали своего рода карт-бланшем на контакты с Германией.
В заключение А.Чубарьян отметил, что материалы состоявшейся конференции планируется опубликовать в электронном журнале “История”. Он также напомнил, что в будущем году исполняется 80 лет с момента начала Второй мировой войны. Историки, конечно, начали готовиться: во многих странах намечаются посвященные этой дате форумы. И в сентябре 2019 года в России состоится большая конференция историков на эту тему. 
Андрей СУББОТИН

Нет комментариев