Поиск - новости науки и техники

Братство не по крови. Будущая профессура СНГ осваивает науки, искусство дискуссий и практику работы на ядерном реакторе в Дубне.

Открывали Юбилейные курсы СИН-нано-2012 стран СНГ для молодых ученых, аспирантов и студентов в НИЦ “Курчатовский институт” нерядовые люди – сам глава этого центра М.Ковальчук, нынешний и экс-министры науки и образования РФ Д.Ливанов и А.Фурсенко, заместитель председателя Исполнительного комитета СНГ Сергей Иванов, исполнительный директор Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества  (МФГС) государств-участников СНГ Армен Смбатян и другие ответственные лица. Каждый сказал приветственные слова, каждый отлично смотрелся у микрофона, а запомнился больше всех, судя по отзывам участников встречи, Михаил Валентинович Ковальчук. Харизма? Живость реакций? Талант вести подобные мероприятия? Не только.
Запомнился он своей лекцией “Конвергенция. От неживого к живому”, в которой продемонстрировал умение кратко, в динамике обрисовать технологический ландшафт планеты за последние семь десятков лет. Говорил о ядерной физике ХХ века, о разработках Курчатовского института, возникшего в подмосковном лесу в самые тяжелые годы Великой Отечественной войны, об атомной бомбе, а получалось – о том, как сила мысли и нравственность советских ученых трансформировали орудие разрушения в инструмент освоения космоса, изучения подводных глубин, моделирования процессов, которые лучше бы не случались на Земле… Увязывая фундаментальную науку, политику, технологии в неразрывное целое нашей жизни, он постепенно перешел к теме конвергенции нано-, био-, инфо-, когнитивных, социогуманитарных наук и технологий. Даже приоткрыл картинку будущего – мол, в ХXI веке они обеспечат прогресс цивилизации. Слушали Михаила Валентиновича внимательно, и каждый молодой исследователь, приехавший в Москву из стран СНГ, верил в свою причастность к этому будущему и ощущал признательность предкам родом из единого Союза. Ковальчук формировал их научное и гражданское мировоззрение, не разделяя, а объединяя завершенными и перспективными междисциплинарными исследованиями.
– Сейчас, – обращался докладчик к молодой смене, – Россия не только полноправный участник крупных международных научных проектов в других странах, но по решению Правительства РФ у нас начинается сооружение уникальных научных мегаустановок мирового класса. Готовьтесь стать на них ключевыми людьми. Поэтому постарайтесь, чтобы на этой встрече выпускников высших курсов стран СНГ СИН-нано-2012 произошло формирование некоего клуба научных работников стран Содружества, началось цементирование нашего сообщества.
Не зря говорят, что к этому проекту для молодежи из СНГ по современным методам исследований наносистем и материалов директор Института кристаллографии им. А.В.Шубникова член-корреспондент РАН М.Ковальчук с самого начала относится крайне ответственно. Он и его коллеги вкладывают в эту работу свои знания, время и силы, будто сбережения в надежный банк – на будущее.
Впрочем, сразу уточню – столь же серьезно и увлеченно кроме НИЦ “Курчатовский институт” и РАН вот уже пять лет проект ведут специалисты Объединенного института ядерных исследований, ему способствуют Международная ассоциация академий наук, Министерство образования и науки РФ, а деньги выделяет Межгосударственный фонд гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ. Летом этого года на курсы и одновременно на конференцию их выпускников предыдущих лет (экспертный совет отобрал и пригласил с докладами самых лучших) приехали сразу 110 человек из 10 государств СНГ, не было только представителей Туркмении. Старые знакомые радовались встрече, будто родные, и сразу принимались обсуждать, что успели сделать за время, пока не виделись, кто над чем работает.
“Курсанты” этого года, прибывшие на СИН-нано впервые, не выпускали из рук программки занятий: им предстояло встретиться с ведущими учеными ОИЯИ, узнать об инновационных проектах этого института в области биомедицины, конструкционных материалов, изучении нетривиальных физических явлений. Руководитель ОЭЗ “Дубна” им, студентам, аспирантам, как будущим партнерам расскажет о формирующемся здесь кластере ядерно-физических и нанотехнологий. А главное – для них запланированы лабораторные практикумы прямо на экспериментальной базе ОИЯИ и НИЦ “Курчатовский институт”.
Те же, кто прислушивался к разговорам выпускников прежних лет, замечали, что многие ребята из предыдущих потоков побывали в Дубне не раз. Сначала на курсах (действуют с 2008 года), потом на стажировках для молодежи СНГ (Международный инновационный центр нанотехнологий СНГ, тоже в Дубне), а некоторые даже работали здесь, выиграв грант Российского фонда фундаментальных исследований на поддержку проектов, выполняемых совместно молодыми учеными из стран СНГ в российских научных организациях. Ежегодная пропускная способность соотносится как 9:3:1 – 60 слушателей курсов, 20 – получивших стажировку, 8 – гранты РФФИ. Причем стажировка подразумевает получение знаний о коммерциализации научных разработок, инновационном менеджменте, специфике и преимуществах деятельности инновационных компаний в ОЭЗ. С 2011 года при поддержке МФГС центр начал предоставлять научные и инновационные гранты (500 тысяч рублей) молодым ученым и специалистам стран Содружества на доведение до стадии коммерциализации высокотехнологичных разработок. В перспективе подобные гранты планируется предоставлять в целях организации инновационных стартапов и получения ими статуса резидента особой экономической зоны в Дубне.
– Где и как вы находите желающих и способных пройти эти курсы, стажировки? – поинтересовалась я еще до начала заседания у Григория Арзуманяна, модератора конференции, директора ЦКП “Нанобиофотоника” ОИЯИ.
– С самого начала проведения Высших курсов в 2008 году ОИЯИ и НИЦ “КИ” совместно выработали методику и критерии отбора слушателей. Вначале за подписью М.Ковальчука рассылают информационные письма в национальные академии наук и министерства образования и науки стран СНГ, дальше эти организации отправляют приглашения в научные институты и университеты. Плюс вся информация на сайте ОИЯИ, там же анкета для желающих приехать учиться. Кто реально хочет этого – присылает свои характеристики нам, пишет, чем занимается, какие имеет публикации. По итогам присланных анкет программный комитет выбирает участников форума. Отмечу, что число желающих приехать на Высшие курсы во все годы как минимум в два – четыре раза превышало установленную МФГС квоту. Нам постоянно нужны свежие кадры, мы хотим, чтобы они все увидели своими глазами, попробовали работать, чтобы им стало интересно и чтобы дальше они сами тянулись сюда и агитировали других толковых ребят приезжать. Пусть всем транслируют, как здорово здесь жить и заниматься наукой. Важно, чтобы в их институтах постоянно возникали сообщества положительно настроенных к России ученых.
Сообщество, похоже, возникает. По крайней мере, в зале общий позитивный настрой чувствовался. Многие, кстати, были в белых футболках с эмблемой МФГС – то ли жаркое лето продиктовало форму одежды, то ли чувство признательности. Первый, на ком я заметила аббревиатуру фонда, несущего вот уже пять лет основную финансовую нагрузку организации курсов, школ, конференций СИН-нано, оказался видный парень Станислав Донец, представитель Национальной академии наук Украины. Забыв о микрофоне, докладчик из Института электрофизики и радиационных технологий легко заполнил голосом зал, явно уже имея опыт публичных выступлений.
Будучи далекой от темы “Синхротронные и нейтронные исследования наносистем”, я не очень вслушивалась в то, что говорил Алексей, а потом пара ребят из Белоруссии – Юлия Касюк и Вадим Баев. Больше вглядывалась в лица, отмечала, насколько удачно сделаны презентации, наблюдала стиль взаимоотношений. Буквально с первых минут конференции собравшиеся в зале начали задавать вопросы, влезать в подробности экспериментов, порой не соглашаться с докладчиками… Но ход конференции это не сломало, наоборот, оживило. Ведь ответчиками выступали не только презентующие свои работы, но и их товарищи, знающие суть эксперимента или уловившие его тонкости. Вопросы никого не смущали. Ребята докапывались до мелочей, спорили, но как-то дружески. В перерыв многие даже не вышли попить кофе, сгрудились вокруг ноутбуков и планшетов товарищей, продолжая дискуссию.
А я подошла к Алексею Труханову, еще по его выступлению в Курчатнике я запомнила, что он из Минска, в ОИЯИ не первый раз. Курсы СИН-нано, считает, сыграли в его жизни большую роль. Во-первых, позволили увидеть центры мировой науки, во-вторых, как он сказал, “завести знакомство с матерыми учеными, выпустить вместе с ними, например с Денисом Козленко, профессором из ОИЯИ, совместные статьи”. Благодаря работе с корифеями Алексею удалось обрести единый понятийный аппарат, а результаты исследований, проведенных здесь, легли в основу его кандидатской диссертации. Будучи по образованию не физиком, он благодаря Дубне и Курчатнику так продвинулся, что за три аспирантских года защитил диссертацию по физико-математическим наукам и сейчас вполне уверенно чувствует себя в Научно-практическом центре Национальной академии наук Беларуси по материаловедению.
– Здесь читают лекции, которые расширяют горизонт твоих научных представлений, – дополнил товарища Роман Кудактин из Белорусского госуниверситета. – Мне понравилась лекция Виктора Быкова из “НТ-МДТ” о том, как делают микроскопы, Александра Васильева из Курчатовского института про электронные микроскопы, Валерия Реутова из ОИЯИ о воспроизводимых технологиях и еще доклад Григория Арзуманяна, он ведет наши занятия…
– Мы не просто подружились на занятиях, – уточняет Алексей Мешалкин, сотрудник Института радиофизики АН Молдовы, – мы стали соратниками. У нас, выпускников курсов, появились совместные проекты Молдова – Беларусь, готовится проект Молдова – Россия…
– Ну, признайтесь, – решила я снизить градус похвал, – это же случай, что приехали на курсы в Москву. Отправились бы в Европу и были бы так же довольны.
– Не уверен, – покачал головой Труханов. – В ЕС тебя выжмут, как тряпочку, и выбросят. А здесь нам помогают расти.
– Аналогичных широкомасштабных курсов нет в других странах, – заявил Максим Юдженко из Института химии высокомолекулярных соединений НАН Украины. – Есть школы, их много, но они не имеют такой базы, как в Дубне и в Курчатнике. И там нет такого опыта. Есть, правда, летняя школа в ЦЕРН, но коллеги, что там были, говорят – слабее. В Дубне тебе дают возможность поработать, померить образец самому, там ничего не покрутишь. Кроме того, отношение здесь к участникам более внимательное. Там ощущение временности, а здесь мы входим в среду, здесь менталитет Союза, славянская душа чувствуется.
– СИН-нано объединяет не только физиков, но и биологов, химиков, материаловедов, инженеров, – поясняет концепцию занятий ученый секретарь курсов Андрей Тамонов. – Программа мультидисциплинарна, общение помогает ребятам состояться в науке. Приезжали студентами старших курсов, аспирантами-первогодками, а сегодня 70 процентов участников юбилейной конференции – кандидаты наук. Некоторые уже о докторской подумывают. Откуда больше всего? Из Украины и Белоруссии, стараемся приглашать не только из столиц, но и из Витебска, Бреста, Гомеля, Харькова, Днепропетровска… Казахстан активно шлет ребят, Армения, Азербайджан, Молдавия, ну и центральноазиатские республики. Количество представителей, вероятно, отражает объективное состояние экономики и науки. Что греха таить – во многих странах таких мегаустановок, как в России, нет. Большинство ребят, прошедших курсы, не теряются потом, переписываются, созваниваются. Им здесь открывается иной мир. Хотя они не сразу его осваивают – многие три слова по-русски связать не могут. А через год-другой вдруг встречаешь на конференции где-нибудь – и язык освоили, и досье накопили, и перспективы есть…
– Все перебираются в Москву?
– Нет, они успешны в основном у себя на родине. Вон Афаг из Баку. Полное имя – Афаг Иса Кызы Мададзада. Была участницей курсов прошлого года, потом пять месяцев работала в ОИЯИ, а вообще она – сотрудница Института физики Национальной академии наук Азербайджана.
– Я по-русски еще трудно говорю, хотя много лучше, чем год назад, – будто извиняется Афаг. – Иностранные – английский, европейские языки – мало кто знает в Азербайджане, поэтому самый удобный вариант – сотрудничать с Россией. Но главное – тут очень много возможностей проводить эксперименты. На курсах мы встречались с уважаемыми учеными, с некоторыми, например Авиловым из Института кристаллографии, сложилось сотрудничество по дифракции нейтрона. Я этим очень дорожу. Плюс ценю контакты с коллегами из других стран СНГ. Скажем, в Молдавии есть научные издания, которые мы никогда не смотрели, а теперь благодаря знакомству с ребятами оттуда посылаем свои статьи, например, в журнал “Электронная обработка материалов”, печатаемся совместно. Общаемся по электронке и скайпу почти каждый день. Я в Азербайджане защитила диссертацию, кандидат физ.-мат. наук, дай Бог, докторскую сделаю здесь. Что притягивает? Атмосфера научного сообщества. Здесь наука везде, через людей, их манеру говорить, действовать, она постоянно тебя окружает. 24 часа в сутки помогает жить. Знаете, как здесь говорят, обращаясь к новичкам: “Дружите, сегодня вы молодые ученые, а послезавтра – академики”. Для нас такое отношение стратегически важно.
– Некоторые ребята, – вспоминает А.Тамонов, – побывав на первых курсах, через месяц-другой звонили: “Готов продать что угодно, только бы перебраться к вам. Здесь я живу, как внутри себя: мой кабинет, мой шеф – и все. А у вас я увидел мир большой науки, где нормальные компьютеры, Интернет, коллеги, с которыми могу все обсуждать. Возьмите на работу…” Институт у нас международный, почему не взять? Но зарплата – 6-7 тысяч рублей поначалу. Может не выдержать. А встречаешь человека через полгода, он счастлив: “Вы мне жизнь поменяли. Я могу участвовать во всех конференциях в Дубне (их за год штук 70 проходит), могу поехать на семинар в Европу, могу чувствовать себя состоявшимся человеком в мировой науке”.
Мне кажется, под этим рассказом могут подписаться многие участники курсов. В их странах надо еще создать ускорители, реакторы, чтобы начать подобную работу. Тем не менее жизнь не стоит на месте. В сотрудничестве с ОИЯИ появился ускоритель в Астане, большие планы у Армении. О них мне рассказал Тигран Мкртчян из Ереванского центра перспективных исследований с использованием синхротронного излучения. Он прошел курсы в 2009 году, потом был на стажировке в Дубне, ездил на конференции в Питер, на Селигер… По его словам, в Армении запускают линейный ускоритель, большую часть деталей которого подарила Германия, но уже просчитывают возможность построить свой синхротрон…
– Зачем маленькой Армении такие большие траты?
– Для развития, – спокойно отвечает Тигран. – На синхротроне можно вести большой класс работ с акцентом на прикладные цели в той же геологии, минералогии, метрологии, а главное – в биологии, медицине, использовать для диагностических целей. Можно междисциплинарные исследования вести. Когда есть в стране техника такого уровня, она объединяет вокруг себя специалистов разного профиля, привлекает и удерживает огромное количество молодежи. Поэтому для Армении так важно иметь возможность посылать на обучение и стажировки ребят в Дубну, в Курчатник, эти кадры – золотой запас страны на будущее.
О будущем организаторы проекта СИН-нано думают постоянно. Потому в один из дней провели анкетирование людей, прошедших курсы, стажировки, и затеяли с ними откровенный разговор: какие свои научные результаты вы связываете с курсами и стажировками? какими вы видите их перспективы? если бы могли, что вы сделали бы лучше?
Сначала ответами было: спасибо, все замечательно, курсам желаем быть да быть! Практику конференций продолжайте, пожалуйста. У нас благодаря этим встречам появились друзья, коллеги, совместные работы. Город ваш интеллигентный, занятия отличные. Уезжать до слез неохота…
Потом – все хорошо, разве что конференции можно было бы проводить в разных странах Содружества. Кроме научных связей слушатели пополнили бы свой интеллектуальный багаж впечатлениями о культуре стран СНГ. Это обогатило бы всех, добавило уважения к соседям. Жаль, курсы нельзя проводить в разных местах, потому как реактор не перетащить.
Далее: хорошо бы сделать лабораторную практическую часть превалирующей над теоретической, мы все приезжали бы со своими образцами. И нельзя ли до начала занятий за пару недель выкладывать на сайте материалы, дополняющие лекции? Все-таки спектр затрагиваемых тем очень широк, люди, подготовившись, могли бы лучше воспринимать информацию. Наука, конечно, у нас одна, но доступ к первоисточникам все-таки у всех разный, желательно это учитывать.
Следующий вопрос Андрея Тамонова был, что называется, приватным: “Скажите, а каково заниматься наукой в родной стране?”
Зал затих, а потом зашумел. Поднялся Максим, прилетевший, как он сказал, из Восточной Сибири, из Иркутска:
– Россия – территория контрастов. Иногда наши профессора говорят: мы работаем с телегой, а в Москве – с космическим кораблем. Очень хотелось бы большей равномерности распределения средств, тогда будет возможность объединения усилий, потому что на прорыв можно рассчитывать лишь при условии совместной работы…
Белорусы сформулировали короче: “У нас многое лишне заформализовано, но распила нет”.
– Раньше уходили из науки, а сейчас у нас – конкурс, – раздался женский голос (сосед уточнил: “Казахстан говорит”). – В магистратуру-аспирантуру идут многие. Президент республики взял курс на науку. Если вы публикуетесь в журнале с хорошим импакт-фактором, то платят соответствующие премии. И еще очень хорошие стипендии (у аспирантов примерно в шесть раз больше, чем в России, а еще цены разные), то есть можно не искать дополнительную работу и полноценно заниматься научными исследованиями. Приезжайте к нам.
– Отлично, – сказал Г.Арзу-манян. – А смогут ваши организации оплатить дорогу? Или внести оргвзнос, который позволил бы МФГС потратить деньги на какую-нибудь вам же полезную новую идею?..
Зал опять затих. Представитель Армении будто выдохнул: “Мы тогда не прилетим. Средств институт на командировку м.н.с. или аспиранта не найдет”.
Иркутянин сказал: “У нас в университете и студенту, и доценту поездку в Москву оплатят, лишь бы он ради дела летел, но не все вузы себе такое позволят. Это надо помнить. Страна у нас огромная, перелеты слишком дорогие”.
Девушка из Белоруссии добавила: “Просьба – оповещайте счастливчиков, что прошли отбор, пораньше. Мало времени остается на оформление командировки. Особенно студенту – ведь ему у нас, чтобы выехать за рубеж на срок больше пяти дней, нужно разрешение министерства”.
Женский голос с украинской певучестью произнес: “А у нас в загранкомандировки ездят только профессора. Так что дорогу мне не оплатят, а вот оргвзнос небольшой – может быть”.
“Если же нам самим деньги на оргвзнос выкладывать, то его размер не должен влиять на финансовое положение семьи, – послышался голос откуда-то от окна. – Надо спрашивать в анкете: можете ли частично оплатить расходы? Если сразу ввести новое правило, то студентов тут же потеряем, их надо на полном обеспечении оставлять. А вот научные сотрудники… Иной раз есть деньги на каком-то проекте, их на командировки за год надо потратить”.
“Введение платы за дорогу или проживание сделает эти курсы уже не курсами для молодежи СНГ, а в лучшем случае курсами только для молодежи России, Украины, Белоруссии и Казахстана. Они все более-менее рядом, – подвел итог дискуссии мужчина с азиатским акцентом. – Большинство же стран-участниц Содружества пока не богаты, и находятся они от Москвы далеко. Так что просьба к МФГС – не менять правила существования этих прекрасных курсов. Здесь траты не раз оправдают себя”.

Елизавета ПОНАРИНА
Фото Николая Степаненкова

Нет комментариев