Поиск - новости науки и техники

Закрытое небо. Трудно быть астрономом в России.

Взрыв болида над Челябинской областью, напомнивший человечеству о космических опасностях, высветил и другую проблему, а именно то, что фундаментальная наука астрономия и отношение к ней населения в России переживают не лучшие времена. Тогда как именно астрономы “отвечают” за нерукотворные космические объекты.

Ближайшая к Челябинску и единственная на огромной территории от Казани до Иркутска астрономическая обсерватория, самая восточная в Европе – Коуровская. Расположена она в Свердловской области, на берегу реки Чусовой, входит в состав Института естественных наук Уральского федерального университета и является одной из немногих эффективно работающих университетских астрономических обсерваторий страны.
Вполне логично, что именно сюда обратились сотрудники МЧС уже в считаные минуты после челябинского взрыва за рекомендациями и комментариями. И получили информацию о том, что 15 февраля 2013 года в 07.23 по московскому времени над территорией Урала наблюдался полет и взрыв болида, это явление чисто природное, а не техногенное, а также что серьезных разрушений на Земле это событие повлечь не должно.
Большего специалисты сказать просто не могли по причинам, теперь уже широко известным, – прежде всего из-за гигантской скорости болида (от 20 до 30 км в секунду), которую нынешняя техника даже самых продвинутых стран отследить практически не может. То есть упрек в адрес астрономов – мол, “могли бы и предупредить” – на сегодняшний день не имеет смысла.
– Вообще-то мы ждали пролета около Земли открытого в прошлом году астероида 2012 DA 14, готовились к наблюдениям в ночь с 15 на 16 февраля, – рассказала корреспонденту “Поиска” директор Коуровской обсерватории кандидат физико-математических наук Полина Захарова (на снимке). – Но и его увидеть не смогли – “не было неба” (то есть, на профессиональном языке, условий для наблюдений). Зато коллеги из Благовещенска получили замечательный материал. Смотрите, как красиво летит…
Полина Евгеньевна показала небольшой фильм о движении астероида, присланный коллегами из Благовещенска, и добавила:
– Правда, если бы он отклонился от этой траектории, то мог бы натворить бед куда больших, чем челябинский болид.
Дальше наш с директором разговор, состоявшийся в ее университетском кабинете, вышел за рамки южноуральского происшествия, которое нынче не обсуждает только ленивый. Прежде всего, она показала картинку из фотогалереи НАСА, которая более чем наглядно представляет окружающую нас “космическую природу”: планета Земля и вокруг нее на разных расстояниях – сотни, тысячи “небольших” (разумеется, по астрономическим меркам) небесных тел. Шар планеты буквально облеплен подобными телами, будто роем мошкары.
– Это – только маленькая часть реальной картины, – прокомментировала Полина Евгеньевна.
– И как во всем этом ориентироваться? – спрашиваю Полину Евгеньевну.
– Пытаться это делать необходимо – в интересах не только науки, но и общей безопасности. Сейчас, например, мы занимаемся высокоэллиптическими спутниками Земли – отслеживать их очень трудно. Те, что находятся на классической геостационарной орбите, – “легкие”, а есть еще “бешеные”. Есть обломки отработавших свое рукотворных спутников, есть действующие и уже “мертвые”.
Чтобы хоть как-то контролировать все это, нужны современные приборы, и в этом отношении за последнее время Коуровская обсерватория после долгого перерыва сделала несколько шагов вперед. В 2007 году здесь благодаря грантам инновационно-образовательной программы появился азимутальный телескоп с диаметром главного зеркала 1,2 метра – третий по этому параметру в России. В 2008-м установлен телескоп “Мастер-II-Урал”, включенный в сеть роботизированных телескопов, расположенных на территории от Благовещенска до Кисловодска и позволяющих организовывать почти непрерывный мониторинг многих астрономических объектов. С другой стороны, в Коуровке продолжает работать оборудование образца 1960-х – начала 1970-х годов.
– Насколько такая оснащенность соответствует мировому уровню? И можно ли вообще предупреждать или хотя бы контролировать явления типа челябинского болида? Есть ли какой-то реалистичный план?
– По оснащенности от передового мирового уровня мы, безусловно, отстаем. Мировой уровень – это обзорный панорамный телескоп обсерватории на Гавайях с техническими характеристиками, существенно превышающими наши. Это оборудование, установленное многими европейскими странами в горах Чили, где очень хороший климат для астрономических наблюдений. Российская академия наук выходила с предложением в правительство об участии нашей страны в “чилийском проекте”, но пока, насколько я знаю, результата нет. Есть еще множество орбитальных телескопов, работающих на космических аппаратах.
Что касается плана, то его разработка требует международных усилий – в одиночку такие масштабы не освоит ни одна страна. В Институте астрономии РАН некоторое время назад была разработана концепция создания российской системы противодействия космическим угрозам – подчеркну, это еще концепция, а не план. О ней знают все ведущие специалисты, политики, однако дальше идеи дело не продвинулось. Скорее всего, всех смутила названная примерная стоимость системы – 58 млрд рублей. Но теперь, после челябинского взрыва, о концепции начали широко говорить и обсуждать ее всерьез – появилась надежда, что она превратится в программу конкретных действий. Такая программа нужна всем, и МЧС в первую очередь. Кстати, 15 февраля специалисты этого министерства обратились в нашу обсерваторию впервые.
Поговорили мы и о других деньгах, в масштабах Вселенной вообще неразличимых, но для российских астрономов, а значит, и для всех нас, – с учетом значимости их занятий – жизненно важных. Как выяснилось, старший научный сотрудник Коуровской обсерватории получает сегодня 7-8 тысяч рублей в месяц, если он кандидат наук – плюс еще три. Инженер исследователь – 5-6 тысяч. Конечно, бывают гранты, но большая часть их тратится на оборудование. Среди же самых высокооплачиваемых работников в обсерватории нынче, оказывается, кочегары…
– Недавно они высказали свое недовольство зарплатой, а без котельной зимой в обсерватории делать нечего, – объяснила Полина Евгеньевна. – Пришлось поднять им зарплату до 15 тысяч.
Такая вот арифметика. Прямо обсерваторский минимум какой-то! И за эти деньги, которых скоро уже с трудом будет хватать на оплату жилья, люди продолжают традиции научных школ с мировым признанием, ведут исследования международного класса, да еще и выслушивают упреки в том, что “пропустили” болид… Настоящие подвижники-стоики! Но надолго ли их хватит? Может быть, чиновникам от образования и науки вместе с коллегами из заинтересованных ведомств подумать, как поддержать кадры, столь ценные не только для региона и страны, но и для всей планеты? Ведь обсерваторий в России, особенно после распада СССР (многие находились в союзных республиках), очень мало.
Но еще больше Полину Евгеньевну, искренне преданную своему делу, беспокоит падение уровня общего астрономического образования в стране. А точнее – его отсутствие. Оказывается, курса астрономии в программах большинства российских школ нет уже несколько лет. Прекращена даже подготовка учителей по специальности “Астрономия”! Многие, и автор в том числе, об этом слышали, но особого значению этому факту не придавали – как-то “пропал” он за жаркими дискуссиями о качестве и количестве преподавания школьникам истории и литературы. А в это время у нас растет поколение людей без начальных представлений о Вселенной, поведении небесных тел, и челябинское событие убедительно это продемонстрировало.
– Все упорно говорят и пишут о метеорите, – разъясняет Полина Захарова. Но если бы люди имели первичную астрономическую подготовку, они бы знали: метеорит – это то, что прошло через плотные слои атмосферы и упало на Землю. При падении метеоритов остаются большие кратеры, воронки. В данном случае мы имеем дело с метеороидом – болидом, разорвавшимся на большой высоте на множество осколков, которые и “приземлились”.
Кроме того, простейшие знания физики подобных явлений могли бы избавить челябинцев от многих неприятностей. Увидев яркую вспышку, они должны были понять, что следом будет мощная ударная волна, и не подходить к окнам, а ложиться. Меньше было бы травм, порезов. Впрочем, это уже из элементарного курса гражданской обороны…
Однако астрономии у нас не просто не учат. Как выясняется, с ней воюют, причем не на шутку. В УрФУ мне распечатали из Интернета любопытнейший текст с броским заголовком “Запретить астрономию”. Полностью ознакомиться с ним по ссылке http://nnm.ru/blogs/aleeks1/zapretit-astronomiyu/ может каждый, приведу лишь суть: “Группа православных активистов намерена собрать в Интернете 100 тысяч подписей, чтобы запретить в российских школах и университетах преподавание астрономии. По их мнению, современные данные, собранные наукой, могут нанести вред укреплению православной веры и других традиционных для России религий. Наиболее радикальные подписанты призывают к закрытию обсерваторий и планетариев, а также запрету на продажи в РФ телескопов с кратностью увеличения более 40…”
То есть эти люди всерьез убеждены: через телескопы уже наоткрывали такое количество галактик и звезд, что оно может “поставить под сомнение постулаты веры”. Если вспомнить, что в свое время “святая инквизиция” уже запрещала смотреть на небо в “трубу Галилея”, а через много лет католическая церковь в лице Папы Римского Иоанна Павла II принесла за это пастве свои извинения, получается, что названные активисты тянут и Россию, и Русскую Православную церковь в самое глухое Средневековье. Астрономы при поддержке научной общественности пытаются остановить мракобесие, обращаются за поддержкой к властям.
– Мы проводим множество просветительских экскурсий, постоянно работаем со школьниками, другими категориями населения, – говорит Полина Евгеньевна. – Но, поймите, этого совершенно недостаточно. Когда просматриваю наши телепрограммы, вижу, что с приставкой “астро” чаще всего там фигурируют астрологические прогнозы, картам звездного неба места на телеэкранах практически нет. И даже еще недавно столь любимые детьми добрые старички – звездочеты – куда-то пропали. И пока это продолжается, подрастают россияне, которые просто не знают, что Земля вращается вокруг Солнца, Луна – спутник Земли, а Телец – не только астрологический символ, но и реальное созвездие из двухсот с лишним звезд.
Вывод из увиденного и услышанного очевиден: российский астроклимат – и в прямом, и в переносном смысле – надо поправлять.

Андрей ПОНИЗОВКИН
Фото Марии БЫЧКОВОЙ

Нет комментариев