Поиск - новости науки и техники

Опасный рикошет. Реформирование РАН, скорее всего, ударит и по НАН Украины.

Статья доктора физико-математических наук Максима Стрихи “Реформа РАН: конец (академической) науки?” в авторитетной украинской газете “Зеркало Недели” от 5 июля 2013 года произвела в Украине буквально впечатление разорвавшейся бомбы. Если обычно на статьи отдела науки этой газеты в лучшем случае появляется несколько откликов, то на эту в первый же день пришло более трехсот. И каких! Каждый из читателей говорил о том, что задело за живое…

Как пишет Максим Стриха, тучи над Российской академией наук сгущались уже давно. Ее обвиняли в консервативности и указывали на то, что в большинстве европейских стран работает университетская система организации науки. Мол, как и на Западе, академия должна стать научным обществом, в которое избирают самых лучших и которое материально не поддерживается государством. При этом так сложилось, что как в Российской, так и в Украинской академиях, как когда-то в церкви, скопились несметные богатства – недвижимость, земли и прочее.
Так, быстроликвидное имущество НАН Украины только в Киеве оценивается в 5 миллиардов долларов. В пределах Украины оно достигает цифры на порядок выше. Ну как не позариться на такое?! Поэтому время от времени в прессе появляются обыгрывающие эту ситуацию материалы, явно инспирированные заинтересованными людьми. Это в новых условиях стало важным козырем большой игры.
Когда в свое время из уст министра образования и науки РФ Дмитрия Ливанова прозвучали слова, что “РАН нежизнеспособна”, многие сделали вывод – это приговор, одобренный на “самом верху”. Но реализовать его не удалось, поскольку это вызвало настолько бурную реакцию ученых, что президент Путин дал задний ход и прилюдно посоветовал министру Ливанову не горячиться, а спокойно разработать согласованный со всеми вариант реформы. Министру даже пришлось извиняться перед учеными.
“Казалось бы, пронесло, – пишет Максим Стриха. – Но 27 июня премьер Дмитрий Медведев вынес на рассмотрение правительства вопрос о реформировании системы государственных академий. Был представлен проект федерального закона, в котором была разработана идея на базе “большой” РАН, а также медицинской и сельскохозяйственной академий на протяжении трех лет создать “новую” РАН. Теперь уже в статусе общественного объединения ученых. Эта более цивилизованная форма вряд ли устроит академиков. Остальные государственные академии (образования, архитектуры и искусств) передаются в подчинение соответствующих министерств”.
Весьма “интересный” момент предлагаемой реформы – экономический. Так, академическое имущество, вокруг которого давно ведется столько разговоров, отдается в управление новообразованному федеральному агентству. Это ключ ко всему! Понятно, что недвижимость и земли, которые удалось сохранить от мощных наскоков заинтересованных лиц в “бандитские” 1990-е, теперь академии отстоять будет трудно. Все это богатство вполне сможет оказаться в распоряжении новых собственников.
Однако академики решили бороться до конца. Уже вечером экстренно собрался Президиум РАН. На этот раз академики были единодушны и решили не подбирать особенно парламентских выражений – правительственный законопроект был заклеймен как подрывающий научный потенциал, обороноспособность и безопасность страны.
Эксперты выражают сомнения в том, что после преобразований станет лучше, так как российские чиновники не будут для науки более эффективными менеджерами, чем до сих пор ими были академики и члены-корреспонденты.
На форуме газеты сразу же появились отклики читателей на статью Максима Стрихи, в которых читатели не сдерживают своих эмоций. Они показывают, что украинские ученые четко понимают, как события в Москве отразятся на их жизни. Вот цитаты из некоторых откликов.
“Алчность, хамство, невежество и мракобесие стали движущими силами украинского общества… О “ценности” науки вспоминают только, когда надо обзавестись ученой степенью для добавки в зарплате или для карьеры, но при этом ее просто покупают. Цинизм без границ. Нынешняя ситуация – как страшный сон”.
“Двух десятилетий, оказывается, достаточно, чтобы приучить общество жить без науки и культуры! Интересно, а сколько же лет потребуется для восстановления?”
“Гражданам важно помнить, что для них несравненно важнее не судьба НАН, а судьба Украины, то есть их собственная судьба, которая абсолютно не определяется тем, по какому пути пойдет “реформирование” такой себе полуживой и в большинстве своем далекой от них структуры, как эта академия”…
По интонации откликов понятно, что единой точки зрения на то, что следует предпринять в нынешней критической ситуации, у украинских ученых нет. Значительная часть исследователей готова даже поддержать весьма радикальные решения правительства, если оно на них отважится. Очевидно, что весьма прагматичные размышления Максима Стрихи, направленные на исправление положения и эволюцию, встретят далеко не единогласную поддержку в академии.
Ликвидация НАН Украины, как считает Максим Стриха, послужит спусковым крючком для эффекта домино – повалятся отраслевые академии, которых в Украине больше, чем в России, и другие организации, находящиеся на содержании государства, но смысла в которых никто, кроме “академиков”, получающих мзду от государства, не видит.
Вслед за имуществом академии пойдет с молотка имущество национальных творческих союзов там, где оно еще осталось. Если наиболее шустрые деятели из Национального союза кинематографистов уже давно распродали все имущество своего когда-то богатого союза и убыли за рубеж, то Союз писателей по-прежнему обладает большой недвижимостью. Здесь еще есть чем поживиться.
Так что любая тень над Большой академией заставит попереживать большое количество обеспеченных синекурой людей в Украине и вздрогнуть другие академии, например Академию искусств, сосущие из государства средства для поддержки “классиков”, о которых в украинском обществе большей частью никто и не слышал.
Известно, что не может быть национальной науки, чего не скажешь об академиях. В Национальной академии наук Украины давно и отчетливо читается профиль и анфас Бориса Евгеньевича Патона. За полвека управления этой организацией великий организатор науки фактически трансформировал ее под свое видение. Это нравилось далеко не всем. Патоновскую академию с ее явным тяготением к решению прикладных задач не без издевки называли “сварочной”.
Когда в 1970-е годы встал вопрос о возможном выборе в качестве нового президента Академии наук СССР Патона и он уже было подготовил команду для переезда в Москву, в российской части академии поднялся такой бунт, что всесильное Политбюро, надеявшееся сделать академию более прикладной и более четко прислушивающейся к требованиям руководства страны, вынуждено было дать отбой. Надо отметить, что Большая академия была едва ли не единственной организацией в стране, которая хоть иногда смела перечить высшему партийному руководству. Иногда она позволяла себе даже спасать своих членов от всесильных органов!..
Итак, Патон остался в Киеве, где с еще большим упорством развернул работы по превращению местной академии в инструмент, необходимый и полезный для экономического развития страны. Его наработки по созданию инженерных центров обещали многое, но та страна не была готова к решительным экономическим переменам. Планы не удалось внедрить. Реформатор Горбачев, казалось бы, и готов был дать “зеленую улицу” идеям Патона, но слишком увлекся политическими преобразованиями. Ему было не до экономических, а тем более технических реформ.
Следует отдать должное Патону. Когда Советский Союз рухнул, он попытался объединить академии стран СНГ. Но время работало против него и, как было очевидно, его утопической идеи. Ко всему в 1990-е против Патона в Национальной академии наук Украины создалось мощное научное лобби. Оно готово было снести президента, десятки лет бессменно руководившего академией. Борис Евгеньевич при всей своей внешней мягкости железной рукой без оглядки на вопли оппозиции внедрял то, что считал нужным. В итоге наиболее деятельные противники архаичной академии уехали за границу. И сегодня среди ученых нет фронды. Растерянная и безвольная НАН Украины непрочь вновь избрать Бориса Евгеньевича президентом.
Но время неумолимо – Патону 95. Ближайшие перевыборы приведут к его неизбежной смене. И трагедия в том, что если еще 10-15 лет назад “у трона” стояло около десятка сравнительно молодых и энергичных, с большим организаторским опытом академиков, то сейчас им далеко за 70. И главное – в них нет прежнего энтузиазма и веры в себя…
Максим Стриха пытается спроецировать будущие российские события на Украину и приходит к выводу, что для нее революционные преобразования РАН могут иметь самые печальные последствия… “Старт российской реформы почти наверняка вызовет соблазн реализовать что-то подобное и в Украине, – пишет он. – Осуществить это будет сравнительно несложно: “научного лобби” во власти сейчас фактически нет, а большинство экспертов (и с провластной, и с оппозиционной сторон) убеждены, что НАН – это отжившее “сталинское” детище.
И убедить их в том, что, во-первых, ее создал вовсе не Сталин, а его сиятельство гетман Павел Скоропадский, а во-вторых, аналогичные академические структуры до сих пор успешно работают не только в коммунистическом Китае, но и в демократических Германии, Франции, Польше, никому до сих пор так и не удалось. Как не удалось убедить этих экспертов и в том очевидном факте, что НАН даже в условиях хронического безденежья до сих пор умудряется не только продуцировать фундаментальные результаты мирового уровня, но и предлагать “прорывные” технологии (которыми, к сожалению, больше интересуются за рубежом).
И если НАН будет “реформирована” именно по нынешнему “сценарию Ливанова – Медведева”, это реально будет означать конец естественных и технических наук в Украине. Ведь до сих пор наука в Украине выживала не благодаря, а вопреки государству, которому (в отличие от России) ученые вообще не нужны и которое финансирует своих ученых на уровне африканских стран. Однако украинская наука как-то существовала, поскольку НАН руководили консервативные, но влюбленные в науку академики (при этом НАН остается, наверное, последней в сегодняшней Украине большой государственной структурой, где назначение на руководящую должность еще осуществляется по профессиональным критериям, а не по желанию обеспечить “хлебное место” нужному человеку). Если же украинской наукой будут руководить чиновники нынешнего МОН, результат окажется прогнозируемым – это наглядно видно из того, что творится сегодня в университетах и в системе аттестации научных кадров”.
Вывод Максима Стрихи безрадостен: “Механизм разрушения РАН запущен. И у украинских ученых осталось совсем мало времени для того, чтобы попытаться убедить власть не уничтожать нашу науку по российскому сценарию”.

Александр РОЖЕН, Киев

Фото http://novostey.com

Нет комментариев