Поиск - новости науки и техники

Эффекта хочется! Министры жаждут быстрой отдачи от науки.

Изменение статуса Российской академии наук может повлечь за собой и изменение статуса президента РАН по отношению к главному исполнительному органу страны. В соответствии с регламентом правительства и Постановлением от 8 июня 1999 года №611 “О некоторых вопросах организации работы Правительства РФ”, подписанным премьером Сергеем Степашиным, установлено “считать целесообразным участие президента Российской академии наук Осипова Ю.С. в деятельности Правительства Российской Федерации, обсуждении и выработке решений наравне с членами Президиума Правительства Российской Федерации”. Для чего? В постановлении есть пояснение – в целях “обеспечения всестороннего рассмотрения на заседаниях Правительства РФ социально-экономических вопросов развития страны и усиления взаимодействия с органами государственной власти субъектов Федерации”.
Сохранится ли у президента РАН возможность участвовать “наравне с членами Президиума Правительства” в выработке решений? Продолжит Владимир Фортов участвовать в заседаниях правительства как полноправный член президиума с правом голоса или будет присутствовать как “свадебный генерал”, а то и вовсе будет вынужден смотреть по телевизору трансляцию начала заседания правительства? Вопросы эти не праздные.
Сразу после избрания президентом РАН В.Фортов, сменивший Ю.Осипова на заседаниях правительства, стал настойчиво напоминать о важности фундаментальных исследований и науки в целом для развития страны. Но оказалось, что далеко не все сидящие за столом президиума правительства понимают, о чем речь.
Заседание правительства 19 сентября (на следующий день после фарса с принятием Госдумой закона о реформе РАН) было посвящено проекту федерального бюджета на ближайшие три года. Слово “наука” на нем упоминалось один раз, да и то в сочетании “реформа Академии наук”, один раз прозвучало “научные сотрудники” – когда говорилось о повышении зарплаты бюджетникам, один раз – “высокотехнологичная продукция”, раза три – “образование”. И это на фоне убийственных цифр, которые озвучивали сами же министры экономического блока: текущее значение ВВП – 1,5% роста; промышленность – рост 0%, обрабатывающие отрасли – минус 1% с хвостиком. Из докладов вытекало, что впереди – урезание расходов.
Новый президент РАН и в этот раз не смолчал:
– Невысокие темпы экономического роста определяются чрезмерной зависимостью от конъюнктуры на внешних рынках, уход от этой ориентации предполагает развитие своих исследований и переход к новой экономике, основанной на знаниях. По логике, опережающими темпами надо развивать фундаментальные исследования, но таблица, которая лежит у нас на столе, показывает, что при росте ВВП 3% в течение 2014, 2015, 2016 годов финансирование по подразделу “Фундаментальные исследования” сокращается. Эта тенденция не очень веселая.
Ответ министра экономического развития А.Улюкаева свелся к тому, что влияние фундаментальной науки – явление долгосрочное и опосредованное. “В конечном итоге оно будет, но его очень трудно учесть в среднесрочном прогнозе, поэтому максимум здесь усилия будут направлены на механизмы скорейшего доведения научного результата до его коммерческого использования в экономике”, – заявил министр. То есть он дал понять, что финансирование фундаментальной науки для правительства – дело десятое.
Невнятно прозвучал и ответ главы Минфина А.Силуанова на вопрос В.Фортова о том, какой все-таки планируется эффект от академической реформы: она должна дать прибавки к бюджету, или, наоборот, потребуются затраты на ее проведение? “Материальное обеспечение деятельности РАН у нас в бюджете заложено в полном объеме с учетом тех задач, которые ставит реформа”, – заявил министр. А под реформой он понимает “повышение эффективности тех средств, которые выделяются академии на научные исследования, прикладные и те исследования, которые академия проводит”. “Эффекта хочется побольше!” – внес “ясность” финансовый министр.

Светлана КРЫМОВА
Фото Сергея СУББОТИНА (РИА Новости)

Нет комментариев