Поиск - новости науки и техники

Фронт без конфронтации? Директора институтов РАН готовы стать парламентерами.

Как сохранить в структурах, перешедших в ведение Федерального агентства научных организаций (ФАНО), элементы научного самоуправления? Какие правовые инструменты могут помочь восстановить связь институтов с Российской академией наук, разорванную законом о реформе госакадемий? Ответы на эти непростые вопросы искали участники заседания расширенного бюро Совета директоров институтов РАН, проходившего под председательством академика Геннадия Месяца.
Началась встреча с информации о содержании проекта нового Устава РАН, который передан для ознакомления в правительство. (Более подробно обо всех перипетиях, связанных с подготовкой этого документа, мы рассказываем в репортаже о пресс-конференции исполняющего обязанности председателя Уставной комиссии РАН академика Валерия Козлова (с. 4)).
Руководителей институтов в особенности волновало, как в Уставе РАН будут отражены взаимоотношения академии с организациями, до недавнего времени входившими в ее состав. Они были разочарованы словами зампредседателя Уставной комиссии, директора Института государства и права, академика Андрея Лисицына-Светланова о том, что эти моменты в уставе практически не рассматриваются. “Институты у академии по закону изъяты, – объяснил правовед. – Мы не можем допустить даже минимальных расхождений устава с ФЗ №253, поскольку основной документ РАН подлежит не просто регистрации, а утверждению Правительством РФ”. Тем не менее академик Лисицын-Светланов не считает ситуацию фатальной. “Такой организационный и духовный, интеллектуальный разрыв, конечно, недопустим, – продолжил он. – Чтобы эффективно работать, мы должны искать новые организационные формы для межинститутской интеграции и взаимодействия с РАН”.
Одним из инструментов проведения согласованной политики в области фундаментальных исследований должны стать договоры между ФАНО и РАН. Заместитель президента РАН Владимир Иванов сообщил, что их, скорее всего, будет несколько. Он познакомил присутствующих с основными положениями первого – рамочного – соглашения, в котором отражены принципы взаимодействия сторон и сферы ответственности каждой из них в ходе решения таких задач, как разработка и утверждение планов деятельности и программ развития научных организаций, установление для них госзаданий, оценка эффективности, выборы руководителей НИИ.
В следующих договорах – по конкретным направлениям сотрудничества – будут отражаться содержание совместных работ, необходимые для их проведения ресурсы, ожидаемые результаты. РАН и ФАНО договорились создать орган, который будет координировать их взаимодействие, заявил Владимир Иванов.
Он отметил, что академия с первых дней существования ФАНО помогает агентству встать на ноги: “Мы рекомендовали туда свои кадры, создали общие рабочие группы по отдельным, наиболее важным направлениям – в частности, по финансированию, благодаря чему в начале года не возникло проблем с выплатой зарплат”.
Однако, посетовал заместитель президента РАН, другие структуры, отвечающие за выполнение закона о реформе госакадемий, выполняют свои обязанности не столь добросовестно. Так, в законе записано, что за оценку эффективности работы научных организаций отвечает академия, а в постановлении правительства по данному вопросу про РАН не сказано ни слова. В соответствии с законом ФАНО должно заниматься исключительно имущественными делами, а в Положении об агентстве, утвержденном правительством, прописаны функции, предполагающие руководство научной деятельностью.
Присутствующие и сами не питали иллюзий по поводу переходного периода. Директора поделились проблемами, которые встали перед ними при корректировке уставов институтов. В качестве образца ФАНО разослало по организациям типовой устав бюджетного учреждения, в котором не отражена специфика научной сферы. Когда НИИ, руководствуясь наработанным за много лет опытом, начали включать в свои основные документы важные для них положения, то встретили непонимание у сотрудников агентства. От одних организаций потребовали исключить пункт о научно-методическом руководстве со стороны профильных отделений РАН, от других – написать, что Ученый совет назначается директором, третьим вычеркнули упоминание о выборах руководителей научных подразделений.
Участники встречи заявили о необходимости сохранения действовавшей в рамках академии системы научного самоуправления. Они обратились к руководству РАН с просьбой в инициативном порядке подготовить свой вариант типового устава научного института. Академик Лисицын-Светланов высказал мнение, что такую работу имеет смысл провести на уровне отделений, которые дадут рекомендации, учитывающие особенности разных направлений научной деятельности. “На этой основе Президиум РАН сможет сформировать общую позицию по типовому уставу института для взаимодействия с ФАНО, – отметил Андрей Геннадьевич. – Но при этом необходимо понимать, что принятие окончательного решения по данному вопросу входит в компетенцию агентства”.
Директор Института США и Канады академик Сергей Рогов предложил выступить единым фронтом под флагом Совета директоров институтов РАН. “К сожалению, институты и академию после принятия известного закона объединяют только три буквы – аббревиатура РАН в их названии, – заявил он. – Если свои решения по уставу института предложит президиум академии, это может спровоцировать ФАНО на конфликт. Совет директоров – единственный орган под эгидой РАН, который может представлять интересы институтов без конфронтации. Многие из директоров являются членами академии и имеют полное право в этом качестве формулировать свои предложения ФАНО по вопросам деятельности НИИ”. Собравшиеся поддержали идею узаконить Совет директоров как орган, координирующий работу институтов, и прописать этот статус в соглашении между ФАНО и РАН.
Академик Геннадий Месяц проинформировал участников встречи о предполагаемом порядке назначения директоров институтов, который недавно обсуждался на совещании в ФАНО. Геннадий Андреевич представил наиболее важные моменты готовящегося положения о выборах, которое, по-видимому, будет выпущено в конце марта.
Согласно этому документу, номинировать на должность директора могут три члена академии или следующие организации: Ученый совет института, отделение РАН, ФАНО, Комиссия по кадровым вопросам Совета при Президенте РФ по науке и образованию. При этом на одно место должно быть выдвинуто не менее трех кандидатур. Те из них, которые будут одобрены Президиумом РАН и кадровой комиссией президентского совета, должны пройти сито выборов в институтах. Окончательно директора утверждает ФАНО.
По словам председателя Совета директоров институтов РАН, в проекте требования к научным результатам кандидата недостаточны. “У них записано: чтобы стать директором, хватит наличия ученой степени или звания, – отметил академик Месяц. – На мой взгляд, претендовать на должность руководителя института может только признанный в своей области ученый. Поэтому я предложил внести соответствующую запись в положение и, кроме того, высказал мнение, что допускать к конкурсу можно только тех, кто имеет ученую степень, поскольку человек в звании доцента может не быть даже кандидатом наук”.
Новое положение о выборах вводит возрастной ценз на пост руководителя НИИ: в проекте записано, что потенциальный директор должен быть не моложе 30 и не старше 65 лет.

Надежда ВОЛЧКОВА
Фото автора

Нет комментариев