Поиск - новости науки и техники

Коней меняют! Какие лошади нужны сегодняшней России?

Модные нынче слова “стартап” и “инновации” принято ассоциировать с высокотехнологичным, наукоемким бизнесом. Хорошо бы, чтоб он был как-то связан с ИТ, космосом или, на худой конец, с альтернативной энергетикой. То, чем занимается выпускник зооинженерного факультета Российского государственного аграрного университета им. К.А.Тимирязева (РГАУ – МСХА) Евгений ­Матузов, скромно характеризующий себя словом “фермер”, пусть и не считается сейчас стратегической отраслью промышленности, однако имеет прямое отношение и к инновациям, и к науке, и к высшему образованию…

История “стартапа” Евгения началась в середине голодных 1990-х, когда, не послушав родных и близких, крутивших пальцем у виска, вчерашний выпускник Тимирязевки рискнул и вложил все, что было, в приобретение полуразрушенной конюшни под Можайском с 20 истощенными “скакунами”. Что стало причиной столь импульсивного поступка в то время, когда на уровне государства рабоче-пользовательское коневодство уже было признано нерентабельным, уже и не важно. Дело в том, что свой диплом, изначально посвященный фризской породе лошадей, Евгений, пройдя по обмену преддипломную практику на родине красавцев-фризов в Голландии и вернувшись в Россию, вдруг полностью переписал. А затем собственную работу под названием “Модель и практическое освоение комплексной конной базы в условиях Московской области” стал претворять в жизнь под Можайском, правда, уже с учетом опыта, накопленного за время обучения в Нидерландах.
Спустя много лет Матузов смог доказать, что, если даже в самом, казалось бы, безнадежном случае “вкалывать как лошадь” – при этом не копируя опыт предыдущих поколений без оглядки, а проводя собственные эксперименты, – можно многого достичь. Сегодня он хорошо известен в стране как один из создателей ролевого направления в российском туризме, а его конную базу “Аванпост” – когда-то ту самую полуразрушенную конюшню под Можайском – ежегодно посещают около 15 тысяч человек. Причем уметь держаться в седле им совсем не обязательно: Евгений сделал ставку на популяризацию конной езды среди непрофессионалов, попытавшись доказать, что счастье от общения с лошадью может быть доступно любому жителю мегаполиса, а не только конникам-спортсменам…
Останавливаться на достигнутом он не планирует, по-своему пытаясь изменить ситуацию с коневодством и сельским хозяйством в стране к лучшему. При этом “фермер” абсолютно не понимает, почему сегодня в России к изучению особенностей разведения лошадей и выведению новых помесных пород относятся без особого интереса. В том же самом РГАУ – МСХА после недавней кончины одного из старейших преподавателей, доцента кафедры коневодства Вадима Парфенова, научного руководителя Матузова, по словам Евгения, особого интереса к этой тематике не проявляют. Хотя Матузов искренне готов предложить результаты своих многолетних работ по скрещиванию и разведению лошадей и специалистам, и студентам. Ведь за 18 лет практических данных и опыта, которым он может поделиться, накопилась уйма – только займитесь!
Однако проблема с дальнейшим изучением лошадей, по словам Матузова, не единственная из тех, что стоят сегодня перед отечественными специалистами. Все чаще и чаще в Интернете или прессе можно встретить объявления о том, что целые табуны “исконно русских пород”, “уникального достояния России”, например донских или орловских рысаков, идут на мясо. Общественность бьет тревогу, и лошадок начинают спасать коллективными усилиями. Но если посмотреть в корень, утверждает Евгений Матузов, такая благотворительность чревата:
– В глобальном смысле коневодство – производство некоего товара (лошадей). Существующие породы разводились у нас для разных целей: для военных действий (например, донская, буденновская породы), для как можно более быстрого перемещения в упряжках или на санях (орловские рысаки), для перетаскивания тяжестей (владимирские тяжеловозы), а также для получения молока и мяса. Изначально создание огромного количества российских конезаводов было оправданно: до появления машин именно лошадь была основным транспортным средством. Но сейчас эти заводы функционируют “чисто исторически”, по инерции.
Сегодня, когда остро стоит вопрос о закрытии многих племенных конезаводов, я, честно говоря, не понимаю, зачем их спасать. Поясню свою позицию: породы лошадей, выводившиеся в России ранее, были созданы для решения задач, актуальных для конкретного момента развития страны. И если теперь необходимость именно в этих породах отпала (в силу изменения реалий), значит, надо дать им спокойно “уйти в историю”, сосредоточившись на развитии других пород, проанализировав, какие качества лошади актуальны для современной России. К сожалению, широкая общественность не может этого осознать. Заметьте, я ни в коем случае не говорю, что надо дать умереть конкретным особям, просто не нужно их больше “выпускать”, потому что получается, что сейчас оте­чественное коневодство полностью работает на мясную промышленность. То количество лошадей, которые получают на этих заводах, не востребовано на рынке. Он перенасыщен, цены на практически любых коней упали до “мясных”, что делает абсолютно невыгодным их содержание и разведение.
У нас существуют специальные “мясные” породы – алтайская, башкирская и др. – очень неприхотливые в содержании в отличие от тех же орловских рысаков. Их и надо использовать для мясомолочной промышленности, а не тех, что принято считать “национальным достоянием”. Да, конечно, в банке спермы стоит сохранить биоматериал от их ведущих производителей невостребованных сегодня пород. Но, в целом, не будет никакой катастрофы, если дать возможность остаться только тем лошадям, на которых существует спрос. Уверен, что за конями будущее еще есть, но выступаю за то, чтобы государство уже закрыло все то огромное количество невостребованных конных заводов, перестав производить “дорогую колбасу”. Коневодство должно полностью перейти в частные руки заводчиков, лошадей следует “выпускать на свет” в тысячи раз меньше, чем сейчас. Тогда частник будет думать, какого коня он хочет получить, для каких целей, готов ли нести за него ответственность…
Сам Матузов давно осознал, чего именно ему не хватает в современных отечественных лошадях, и уже который год пытается сосредоточиться на выведении универсального прогулочного животного:
– Во время преддипломной практики в Европе меня удивило, что все вокруг умели ездить верхом, это было само собой разумеющимся. Тогда я подумал: а почему верховая езда должна быть уделом только конных спортсменов? Так, свою работу в конном хозяйстве я ориентировал на развитие идеи конных прогулок и путешествий. Сложностей было очень много, оказалось, что просто взять европейскую систему и приложить ее к отечественным реалиям – невозможно. Но потихоньку что-то получилось, удалось создать ферму нового типа (для того времени) – красивую, с налаженной инфраструктурой, приветливым профессиональным персоналом.
Когда я решил вплотную заняться конным туризмом, стал внимательно изучать русские породы, оказалось, что ни одна из них никогда не выводилась просто для катания. Изначально у нас на базе были карачаевцы, пробовали мы и дончаков, и рысаков, но каждая порода обладает какими-то минусами. Универсальной идеальной лошади нет, хотя, казалось бы, нужно всего ничего: добронравный конь интересного экстерьера, который может спокойно пройти под начинающим человеком и с радостью пробежаться под профи. Конечно, в каждой породе есть представители, которые отвечают этим требованиям, но это лишь отдельные особи. В результате мы начали скрещивать разные отечественные породы между собой. Сперва экспериментировали с карачаевской породой. Получали помеси с донскими жеребцами, фризскими, белорусскими упряжными, тракененскими, квотерхорсами. Проект в общем-то удался: сейчас у меня 70 коней, среди них чистопородных практически нет, но и закономерностей никаких нам вывести не удалось – на 10 выращенных жеребят лишь две-три лошади отвечают заявленным требованиям. А хочется все-таки добиться каких-то более серьезных тенденций в разведении…
Тогда Евгений впервые задумался над тем, чтобы поискать нужных лошадей за границей – и нашел! Лошади Скалистых гор (Rocky Mountain Horse) – практически неизвестная в нашей стране американская малочисленная (всего около трех тысяч голов) аллюрная порода. Специалисты выделяют целый спектр аллюров, условно называемых “хода”, – это четырехтактные аллюры, при которых слышно четыре отдельных удара копытами оземь, в отличие от двухтактных иноходи или рыси. Для каждой из аллюрных пород характерен свой тип ходы, но их объединяет одно: относительно высокая скорость и удобство для всадника.
К именно такой породе и относится лошадь Скалистых гор, которая, кроме прочего, обладает спокойным нравом и доброжелательностью, может легко наладить контакт с человеком, поэтому ей можно поручить заботу даже о слабом всаднике.
– Когда мне чудом удалось добыть двух таких лошадей (сейчас в России они – единственные чистопородные представители Rocky Mountain Horse), многие корили меня за непатриотичность и желание популяризировать “чужаков” в ущерб “своим”, тем же орловским рысакам, – продолжает Евгений. – Но ведь это смешно! Потому что все давно забыли, как граф Орлов получил этих своих рысаков, которые являются не чем иным, как помесью зарубежных пород! А что до владимирского тяжеловоза? Это же русские тяжелые кобылы, скрещенные с английскими шайрами: копия с чистокровного оригинала, причем копия не самая удачная. Буденновцы – это помесь донских степных лошадей, скрещенных с чистокровными английскими жеребцами, и т.д. “Коренной русской” породы лошадей не существует в принципе. Да и зачем это нужно? В такой ситуации мне кажется куда более патриотичным съездить за рубеж, найти там что-то стоящее и забрать это с собой на родину, адаптировав к нашим условиям. В конце концов, не зря же именно так поступал Петр I…
Представители породы Rocky Mountain Horse отличаются мягкой, настильной, ритмичной и непринужденной ходой. Несколько лет назад был открыт ген (аллель) DMRT3A, отвечающий за необычные аллюры лошадей, расположенный в 23-й хромосоме. У лошадей Скалистых гор эта мутация встречается довольно часто, благодаря чему они хорошо передают способность к мягкой ходе потомству, в том числе и при межпородном скрещивании. После этих открытий стало ясно, что аллюр лошадей Скалистых гор изначально был нарушением, которое природа в процессе эволюции, скорее всего, истребила бы, но человек его вовремя обнаружил и, сочтя подобную мутацию удобной, поддержал эту породу.
Примечательной особенностью лошадей Rocky Mountain также является серебристо-вороная или серебристо-гнедая масть с осветленными гривой и хвостом. Особи такого окраса встречаются чаще всего: это вызвано наличием доминантного аллеля гена Silver Dapple на фоне гнедой и вороной мастей. Скрещивать лошадей с этим так называемым геном серебристости между собой стараются реже, так как в этих случаях были отмечены патологии в строении глаз животных. Под Можайском мы хотим попробовать как чистопородное разведение лошадей Rocky Mountain, так и скрещивание их с карачаевскими кобылами для получения лошадей, обладающих нужными нам качествами – выносливость, контактность, удобные аллюры, нарядность – и приспособленных к российским условиям. Кстати, карачаевская лошадь также относится к аллюрным, имеет то же самое нарушение в 23-й хромосоме, правда, проявляется оно несколько иначе. Если у лошадей Скалистых гор это аллюр ходы, то у карачаевцев – иноходь, и у них этот признак не доминантный: если скрещивать иноходца и неиноходца, то жеребенок будет неиноходцем. В случае же американских лошадей ген доминантен…
Отдельно мы ведем работу с мастями: в самом начале своей деятельности я обратил внимание, что лошади в России имеют четыре основные масти: гнедые, вороные, серые и рыжие. Другие попадались только на картинках в книгах. Почему же так случилось? Дело в том, что моду на лошадей раньше задавала кавалерия, где должно было присутствовать едино­образие. С незапамятных времен разные рода войск имели лошадей определенной масти. Все “отметистые” кони – с белыми ногами, пегие, чубарые и др. – считались браком. Мне показалось интересным разобраться в необычных мастях. Тем более что прогулочные лошади как раз должны быть разными – так им легче привлечь внимание будущего наездника.
Мы начали искать пегих коней (еще несколько лет назад их в России практически не было), с трудом удалось купить одну кобылу в горах Карачаево-Черкесии. Спустя несколько лет благодаря нашей работе верховых пегих коней в стране стало очень много. Затем похожая история повторилась с чубарыми лошадьми, за причудливую пятнистую окраску которых ответственен доминантный ген Lp (от англ. leopard). Лошадей чубарой масти нашли в диком табуне горного Алтая, привезли оттуда трех жеребят и начали скрещивать с конями других пород. Когда вырастили этих алтайских лошадей в чистом виде, стало ясно, что из-за своего непокорного нрава они не подойдут для начинающих всадников. Уже года четыре как мы сосредоточились на изучении вышеупомянутого гена серебристости. Во всей России удалось найти буквально 15 лошадей, которые им обладали. Скорее всего, этот ген попал к нам из Америки, когда Первая конная армия табунами закупала лошадей в США. Этим геном очень заинтересовалась и Вера Курская – ведущий в стране специалист по мастям лошадей, ипполог, писатель. В России данная тема держится лишь на отдельных энтузиастах, подобных ей…
Понятно, что на государственном уровне сегодня поддерживается только та наука, с которой предполагается получить какой-то доход. Закупать уникальное оборудование, чтобы разбираться, какая у лошадки может получиться масть, невыгодно, я это прекрасно осознаю и пока пытаюсь справиться своими силами, не претендуя на научные гранты. Их, к слову, довольно сложно получить, да и до самой цели исследований доходит очень мало денег. На данный момент я ставлю перед собой задачу закрепить серебристую масть и необычный для России аллюр ходы, хочу добиться закономерности в разведении универсальных помесных лошадей.
Когда недавно заезжал на родную кафедру коневодства в РГАУ – МСХА, чтобы поделиться со специалистами новостями о наших последних тестах ДНК, с сожалением обнаружил, что особого интереса к ним нет, в базах данных по мастям указаны неисправленные названия, читается старая программа, хотя уже вышел целый ряд новых монографий. Правда, мне предложили прочесть студентам лекцию по мастям, но эту информацию нельзя уложить в два часа: генетика слишком сложный предмет. На простом языке я могу это рассказать быстро, но убежден, что со студентами такого серьезного вуза надо говорить на языке науки. Однако верю, что наш опыт все-таки кому-нибудь пригодится, ведь это великолепная тема для дипломов толковых ребят, которым интересно продвигать отечественную науку, а не переписывать работы прошлых лет.

Комментарий ипполога Веры Курской:
Основная проблема коневодства в современной России – несоответствие между консерватизмом этой отрасли и требованиями современного рынка. Кроме того, в отрасли отсутствует централизованное планирование ее развития. В стране растет число людей, занимающихся конным спортом и любительской верховой ездой, следовательно, растет число потребителей продукции коневодства. Это позволяет говорить о том, что перспективы у отрасли есть. Другой вопрос, что в реальности многие предпочитают покупать лошадей за рубежом как для разведения, так и для спорта высоких достижений…
Проблематикой коневодства в стране сегодня занимаются единицы. В основном все работы идут во ВНИИ коневодства и на кафедре коневодства РГАУ – МСХА им. К.А.Тимирязева, а также в ряде региональных сельскохозяйственных вузов. Но, к сожалению, средств на эти изыскания выделяется довольно мало. В настоящий момент я сама работаю над уточнением перечня оте­чественных пород лошадей, в генофонде которых есть ген Silver, отвечающий за редкие, так называемые серебристые масти. Также принимаю участие в изучении распространения саврасости в донской и буденновской породах; это исследование организовано иппологом Татьяной Зубковой. Для наших изысканий нужно проводить анализы ДНК – их мы заказываем в генетической лаборатории Калифорнийского университета. В России также есть лаборатории, мощности которых позволяют делать подобные тесты, однако у нас не налажено оказание подобных услуг широкому кругу интересующихся данными вопросами. На Западе же такие анализы доступны любому коневладельцу.

ПОЛНОСТЬЮ МАТЕРИАЛ ДОСТУПЕН В ФОРМАТЕ PDF

Анна ШАТАЛОВА
Фото Елены СЕРОВОЙ

Нет комментариев