Поиск - новости науки и техники

Скупой заплатит. Нельзя экономить на безопасности.

В Доме ученых Новосибирского академгородка состоялась пресс-конференция председателя Объединенного ученого совета СО РАН по наукам о Земле академика Николая Добрецова, директора геофизической службы СО РАН Виктора Селезнева и заведующего лабораторией Института вычислительной математики и математической геофизики, одного из ведущих российских экспертов по проблеме цунами Вячеслава Гусякова. Во встрече с журналистами также принимал участие старший научный сотрудник Института геологии и минералогии Константин Литасов, ставший очевидцем землетрясения в японском городе Сендай.

Японское землетрясение и последовавшее за ним цунами показало, что встретить во всеоружии катастрофы такого масштаба невозможно. Землетрясения в этом районе ждали с 1999 года, неожиданной оказалась его магнитуда – максимально возможная, 9 баллов по шкале Рихтера. Для сравнения: энергия, выделившаяся при взрыве атомной бомбы в Хиросиме, равна 10 14 Дж, при землетрясении магнитудой 9 баллов выделяется свыше 10 18 Дж, что соответствует взрыву сотен атомных бомб. Тем не менее, по словам К.Литасова, землетрясение в Сендае практически не привело к жертвам и разрушениям – настолько хорошо оказались укреплены здания. Большое количество жертв повлекло за собой пришедшее на японское побережье через 5 минут после землетрясения цунами.
Как сообщил Н.Добрецов, цунами и наводнения вообще лидируют среди природных катастроф по числу жертв. Япония расположена в зоне субдукции – в таких местах землетрясения предсказывать проще. Но 11 марта землетрясение произошло совсем рядом с берегом – на глубине 80 километров, поэтому цунами достигло побережья за 5-10 минут. Провести за это время эвакуационные мероприятия на прибрежной полосе длиной более 30 километров было попросту невозможно.
Атомная электростанция в префектуре Фукусима была построена с учетом всех требований безопасности 1960-х годов. Однако здание с резервными генераторами оказалось в пределах досягаемости цунами, что и привело к угрозе аварии. Кстати, природные катастрофы обычно провоцируют катастрофы техногенные.
Директор геофизической службы СО РАН доктор геолого-минералогических наук Виктор Селезнев подчеркнул, что наибольший ущерб природные катастрофы наносят в трех случаях: когда человечество впервые сталкивается с таким явлением, когда природное явление недостаточно изучено, когда явление хорошо изучено, но на мерах безопасности экономят. Землетрясения относятся к третьему случаю.
Сегодня ученые бьют тревогу по поводу сейсмической опасности в Кузбассе. Конечно, землетрясения магнитудой в 9 баллов там невозможны. Однако до 1985 года все здания строились в расчете на сотрясаемость не более 6 баллов (такая сотрясаемость возникает при магнитуде в 4 балла по шкале Рихтера). Но в 1898 и 1903 годах в районе Новокузнецка были зафиксированы землетрясения магнитудой 5-6 баллов и сотрясаемостью до 7. Повторись подобная природная катастрофа – она может нанести Кузбассу огромный ущерб.
Тревожит представителей науки и другой важный вопрос: во всех странах наблюдение за сейсмической активностью является функцией государства. И лишь в России сейсмические станции, число которых явно недостаточно, находятся в ведении сейсмической службы РАН. МЧС когда-то планировало заняться не только ликвидацией последствий, но и прогнозом природных катастроф, но планы остались на бумаге.
На бумаге остаются и многие приказы и распоряжения: так, любой энергетический объект (в том числе шахты) должен иметь вблизи 4 сейсмические станции. На деле станция есть только около Саяно-Шушенской ГЭС, и то одна. В Кузбассе по программе сейсмобезопасности начинают развивать сеть станций, построено 6. А необходимо – 600 (!), поскольку в промышленно развитом регионе любая природная катастрофа повлечет за собой техногенную. В таких районах очень важно регистрировать микроземлетрясения и составлять карту сейсмического микрорайонирования, задача которой – выделить зоны различной сейсмической опасности.

Ольга КОЛЕСОВА

Нет комментариев