Поиск - новости науки и техники

Громыхнёт или съёжится? Поведение ледников можно предсказать

27.10.19

Безенги в переводе с балкарского языка означает «место, откуда сошел ледник». Особый регион Кавказа, «Малые Гималаи», как его называют российские альпинисты. Здесь находятся шесть из восьми пятитысячников Кавказа (кроме Эльбруса и Казбека) и более 250 ледников. Самый длинный из них – в Кабардино-Балкарии (КБР) – тоже зовется Безенги, второе название – Уллучиран. Он протянулся по долине на 16,3 километра и отделяет здешнюю достопримечательность 13-километровую Безенгийскую стену от горного массива Дыхтау. Это надо увидеть, ощутить…
В самый жаркий летний день даже легкий ветерок доносит сюда холодное дыхание ледников. Они очень красивы и очень опасны. В соседней с КБР Северной Осетии – Алании (РСО-Алания) – известное на всю страну Кармадонское ущелье, при въезде в которое величественный мемориал «Ледяной плен» напоминает о тех, кто погиб 20 сентября 2002 года под массой гигантского массива льда, сошедшего с отрога Казбека: более 130 человек, в том числе съемочная группа Сергея Бодрова-младшего. В 2014 году свыше двух миллионов кубометров обвала с Казбека надолго перекрыли Военно-Грузинскую дорогу. В 2016 году в результате обвала со скально-ледовой стены Пирикительского хребта в Чеченской Республике по долине реки Харгабахк больше семи километров летела ледово-каменная масса объемом около 5 миллионов кубометров.
Но для Кавказа ледники жизненно необходимы, ибо практически все здешние реки рождены ими. Они дают энергию небольшим гидроэлектростанциям, влагу агропромышленному комплексу республик, обеспечивают питьевой водой города и села.
Если Кавказ – средоточие ледников России, то Эльбрус – средоточие 13% всей массы льда Кавказа. По данным ученых Высокогорного геофизического института (ВГИ) Росгидромета, ледники Эльбруса сегодня занимают порядка 110 квадратных километров. Однако эта площадь сокращается.
– Ледники зависят от климата, – говорит главный научный сотрудник ВГИ, доктор физико-математических наук Хажбара Калов. – На их «самочувствие» влияют сезонные температуры, выпадающие осадки, механические воздействия. За последние 100 лет температура на земном шаре возросла на 1,7 градуса, площадь ледников уменьшилась на 40%, а их объем – на 56%.
Наиболее интенсивно глобальные процессы сокращения ледников Кавказа начались с 70-х годов прошлого века. По данным ученых ВГИ, Института географии РАН, МГУ им. М.В.Ломоносова, которые в тесном контакте уже многие годы занимаются их изучением, с 1957-го по 2015 годы площадь ледников Эльбруса стала меньше на 18,8 кв.км. При этом только с 1997 года по 2017-й сокращение составило 10,8 кв.км. (данные ИГРАН). Если такая тенденция сохранится, к середине столетия общая площадь ледников Эльбруса уменьшится наполовину. Уже сегодня в некоторые периоды местные гидростанции испытывают нехватку воды.
– Важны комплексный подход, изучение не только ледников и всех процессов с ними связанных, но и последствий их деградации, – считает Х.Калов. – Это – одно из важнейших направлений нашей работы. Уже сегодня мы можем предложить методику расчетов возможного ущерба.
В этом году благодаря гранту Русского географического общества исследования ледников были расширены.
В мониторинге ледяного покрова активно задействованы космические аппараты. За десятилетия ученые ВГИ накопили с их помощью огромный объем данных, позволяющих исследователям видеть ледники в динамике. Под присмотром ныне практически все эльбрусские.
Например, в период 2007-2012 годов площадь ледника Гарабаши «съежилась» примерно на 25 тысяч кв.м в год (длина уменьшалась со скоростью 26 м/год), ледника Терскол – до 35 тысяч кв.м в год (длина уменьшалась на 20 ­м/год). Скорость сокращения в эти годы была выше, чем в XX веке, в три раза. С другой скоростью в XX и XXI веках отступал ледник Большой Азау: с 1957-го по 1978 годы он «съежился» почти на 1300 метров (62 м/год), а с 2007-го по 2015-й – на 330 метров (41 м/год). В итоге к 2015 году он распался на три самостоятельных. Общее же уменьшение длины к нынешнему году достигло уже 2300 метров.
Однако процесс деградации оледенения, как установили ученые, протекает неравномерно во времени и пространстве. В прошлом веке периоды отступания и наступления сменялись несколько раз. К примеру, при изучении озер у ледника Малый Азау обнаружились следы его наступления в 70-х, в конце 80-х и начале 90-х годов. Факт роста на рубеже 80-х и 90-х годов доказан и для ледника Бирджалычиран. По фронту он увеличился на 160 метров. В начале 80-х годов ледник Кюкюртлю продвинулся почти на 100 метров. В 1997 году ледник Уллумалиендерку находился ниже, чем в 1957 году, а ледник Терскол начал отступать практически только в конце 90-х годов. Из 27 детально обследованных ледников Эльбруса у восьми ученые обнаружили следы роста в 90-х годах. И это в условиях глобального потепления. Научный руководитель Института географии РАН академик РАН Владимир Котляков еще в 2015 году (тогда он был директором ИГРАН) обращал внимание на инерцию развития ледников. Их реакция на происходящие изменения климата проявляется с большим сдвигом по времени. «Глобальное потепление, о котором говорят как о новом, началось еще в XIX веке и не было связано с деятельностью человека, – говорил ученый. – В позапрошлом веке на Кавказе и в Альпах начались первые серьезные исследования поведения ледников. Благодаря этим наблюдениям мы знаем, что до 1850-х годов ледники заканчивались в лесу. Буквально! И постепенно начали отступать. Вот с тех пор и продолжается период глобального потепления. Предыдущий такой же теплый период был 1000 лет назад. Тогда, например, викинги открыли Гренландию, назвав ее «Зеленой землей», потому что они увидели ее абсолютно неледниковой».
В 2009 году впервые в России ученые ИГРАН пробурили на Эльбрусе, на высоте 5100 метров, исследовательскую скважину. Ложе ледника оказалось на глубине 182 метров. «Опыт наших работ на Эльбрусе показал, что высокогорные керны Кавказа содержат уникальную информацию о климатических параметрах, циркуляции атмосферы и концентрации химических элементов, – сказал ведущий научный сотрудник отдела гляциологии Института географии РАН, доктор географических наук Владимир Михаленко. – В том числе и антропогенные загрязнители не только для кавказского региона, но и для территории Западной, Восточной Европы и Ближнего Востока».
– Ледники – удивительные и сложные объекты исследований, – отмечает ведущий научный сотрудник лаборатории гляциологии ВГИ Росгидромета, кандидат географических наук Михаил Докукин. – К примеру, длина ледника Безенги – более 16 километров, и это впечатляет, но вряд ли кто догадается, где можно увидеть самый длинный ледник в России. На действующем вулкане Камчатки. Это ледник Эрмана, его длина – более 21 километра. И он растет! Сам убедился в этом во время экспедиции с коллегами из МГУ. Представьте себе, огнедышащая гора, извержения и… ледник. Кстати, Эльбрус и Казбек – тоже вулканы – не потухшие, а спящие.
Внезапным и порой катастрофическим изменениям ледников предшествует длительный этап их развития. Перед сходом появляются тревожные сигналы – предвестники. Важно вовремя их заметить, отследить и принять своевременные меры. Следовательно, нужен регулярный мониторинг особо опасных ледников. Такую систему ученые ВГИ Росгидромета сегодня разрабатывают. Катастрофические изменения часто наступают мгновенно. Набирался, набирался мощности ледник, а потом как будто щелкнул спусковой крючок – и гигантские массы льда, камней, почвы устремились вниз, сметая все на своем пути. Катализатором может быть что угодно: ливневые дожди, землетрясение, обвал, внутренние процессы. «Бывает, что в теле ледника накапливается огромное количество воды, – говорит М.Докукин. – Если выхода нет, в какой-то момент она может выстрелить, как пробка из бутылки. На одном из исследуемых нами ледников такое было четыре раза: в 1999-м, 2000-м, 2011-м и 2017 годах». Многолетние наблюдения позволили ученым выявить механизм подобных явлений. Теперь, зная, какие факторы десятилетия назад заложили современные процессы и механизмы их развития, ученые способны предсказать, когда «громыхнет». Конечно, не день и час, а ориентировочные периоды. Но и это очень важно для повышения безопасности людей, построек, снижения возможного ущерба. И – самое важное – к прогнозам и выводам исследователей все чаще стали прислушиваться.

Станислав Фиолетов

Нет комментариев