Поиск - новости науки и техники

«Пройдёмте в сад? Я покажу вас розам!»

Эту фразу английского драматурга Шеридана вполне можно было написать на входе в Никитский ботанический сад. В его новом розарии появится 15 тысяч кустов самых разных сортов. История некоторых из них насчитывает более двух веков. Почему здесь с теплотой вспоминают жену Наполеона, и как Никитском ботаническом саду уживаются наука, история и современные технологии, рассказал его директор, член-корреспондент РАН, доктор сельскохозяйственных наук Юрий Плугатарь.

– Интервью с Вами журналисты нередко начинают с возвращения к истокам: 1812 год, сентябрь, пожар в Москве, Бородинская битва… И в эти отчаянные для России дни в Никитском ботаническом саду в Крыму высаживают первые деревья и первые розы… Как Вы объясните этот парадокс?

– Всё-таки история мира – это во многом биографии великих людей. И наш Император Александр I, вероятно, думал о том, что смело смотреть в будущее может лишь государство, развивающее науку. На самом деле всё в жизни переплетается самым удивительным образом: война и мир, ненависть и любовь…

– Всё-таки история мира – это во многом биографии великих людей. И наш Император Александр I, вероятно, думал о том, что смело смотреть в будущее может лишь государство, развивающее науку. На самом деле всё в жизни переплетается самым удивительным образом: война и мир, ненависть и любовь…

Но даже он вряд ли мог предположить в те сентябрьские дни, что уже через полтора года будет вести светские беседы в замке Мальмезон в Париже не с кем-нибудь, а с самой Жозефиной Богарне, первой женой Наполеона Бонапарта.

– Какой неожиданный и интересный поворот! Почему именно там?

– Именно в Мальмезоне расположен один из самых старых садов, существующий по сей день. К 1814 году, когда там побывал наш Император, в саду произрастало 250 сортов роз. Впрочем, последние исследования специалистов доказывают, что коллекция Мальмезона насчитывала более 600 различных сортов! А основала всё это великолепие именно Жозефина Богарне. Впрочем, Жозефиной прозвал её Бонапарт, родители звали дочь Розой, и, как видим, домашнее имя этой поразительной женщины оказалось очень символичным.

– Эти факты впечатляют!

– Конечно! Жозефина страстно увлекалась ботаникой, а её розы вдохновили выдающегося бельгийского художника Пьера-Жозефа Редуте на создание целой серии их «портретов».

Эти 186 рисунков, вошедших в его знаменитый труд «Розы», и сегодня воспринимаются как подлинный шедевр ботанической иллюстрации…

Именно в Мальмезоне завершились отношения Наполеона и Жозефины, он отдал ей дворец после развода, причиной которого стала её неспособность иметь детей. Кто-то впал бы в отчаяние, но только не Жозефина, которая сотворила здесь настоящий рай. Легенды зачастую молчат о том, что Богарне отнюдь не была обычной восторженной любительницей цветов. Она не просто коллекционировала их, её увлечение основывалось на глубоких знаниях, и Жозефина мечтала создать подобие сельскохозяйственной академии, где разводились бы редкие культуры на радость французам.

И пока Наполеон вёл свои гвардейские колонны по полям сражений, армии садовников Жозефины несли людям красоту, а она всячески поощряла их нелёгкую работу и даже назначила им специальное содержание. Именно в Мальмезоне впервые начали создавать новые сорта роз, так что недаром Жозефину называют ещё и крёстной матерью многих современных сортов. Тем более, что она ввела в моду коллекционирование роз, и аристократки не только во Франции стали следовать её примеру, цветок розы невольно стал символом яркой личности Жозефины Богарне и её несравненной красоты…

Наполеон всегда помнил об этом умиротворённом уголке, где он мог отдохнуть и расслабиться. Удивительно, но ведь именно сюда, к бывшей жене, он приехал после разгрома Ватерлоо и провёл здесь четыре дня, прежде чем отправиться на остров Святой Елены. И уже там, перед самой своей смертью, Наполеон прошептал: «Армия. Франция. Жозефина…».

Думаю, и Императору Александру I было крайне любопытно побывать в её имении, ведь слухи о роскошном розарии Мальмезона будили воображение, все мечтали взглянуть на этот волшебный уголок.

– Как же оказался Царь-победитель, разбивший Наполеона, в гостях у его бывшей супруги?

– Он встретился с ней в Мальмезоне весной 1814 года. Одна из их совместных прогулок в саду закончилась для Жозефины воспалением лёгких и смертью. Её розы осиротели… Однако память о розарии жива в именах цветов, названных в её честь – «Лапажери» и «Воспоминания о Мальмезоне». Конечно, мы тоже не могли обойти вниманием эту королеву роз. На одном из наших интродукционных участков у нас растёт роза «Жозефина де Богарне», которая, несомненно, станет украшением нового розария Никитского ботанического сада.

Роза Жозефина

Выведена она представителем одного из самых прославленных имён в селекции роз – Жан-Батистом Андре Гийо во Франции, в 1865 году. Вот таким необычным образом в Никитском саду, появившемся благодаря Александру I, отныне прочно займёт своё место его долгожданная прекрасная гостья – Жозефина, пусть и в облике розы.

– «Через науку – в жизнь!» – этот лозунг для Сада по-прежнему актуален?

Никитский сад –хранитель коллекционного генофонда, биотехнологические исследования проводятся здесь уже более 30 лет. Но в новых условиях наши учёные могут не только размножать самые ценные, наилучшие виды из коллекций сада, но и оздоравливать их, получая растительный материал на безвирусной основе. Полученные таким образом саженцы гарантированно качественны и устойчивы к климатическим условиям Крыма и юга России. Также наша биотехнологическая лаборатория призвана ни много ни мало – защищать страну, в том числе, от различных вирусов. Есть и другая работа, которую уже больше двух столетий ведут научные сотрудники, агроэкологи, климатологи, почвоведы, селекционеры… Так что недаром Никитский сад иногда называют ещё и колыбелью российской науки о растениях.

– Знаю, что вы пошли ещё дальше: была запущеналаборатория генно-инженерных исследований. Какая стратегическая цель отведена ей?

– Прежде всего, расшифровка растительного генома, улучшение сортов садовых культур с использованием современных генных технологий. Мы хотим найти внутриклеточные механизмы, отвечающие за те или иные процессы в жизни растений. Необходимо понять, как они работают, чтобы научиться управлять ими. Это одна из приоритетных задач всей биологической науки сегодня, и в нашем случае именно селекция станет тем процессом, который управляет миром. Хотим мы этого или нет, но тенденция именно такова, и наша задача – создать крымский генетический центр, оснащённый по последнему слову биологической науки. Мы просто обязаны стать в этом направлении лидером мирового масштаба и обеспечить наших коллег уникальными сортами растений, включая, конечно, и розы. Наши учёные словно обрели второе дыхание, почувствовали силу для настоящих научных прорывов, ставят перед собой самые амбициозные цели. У розоводов, к примеру, одна из них – создать сорта вечнозелёных плетистых роз, да ещё с практически постоянным цветением. А сорта для открытого грунта, цветущие более двухсот дней в году, уже созданы, существуют! Они к тому же ещё и холодостойкие, в условиях субтропиков обходятся без дополнительного укрытия.

Селекционный участок

– Сразу захотелось в своём небольшом саду посадить такие. А если бы они ещё и ароматными были…

– Именно! Это, конечно, само по себе сказочно, но ещё и целебно! Учёными доказано: чтобы снять сердечные приступы и спазмы, не обязательно закладывать под язык таблетку – достаточно вдыхать определённые ароматы роз. Вот почему розоводы Никитского сада в течение последнего времени активно работали над таким подбором состава розария, чтобы, проведя в нём даже полчаса, посетитель мог избавиться от некоторых своих недугов. Данное направление ещё предстоит изучать, и очень активно: оно актуально и перспективно для крымских санаториев и пансионатов.

– На Ваш взгляд, такое направление, как фиторекреация человека, по-прежнему востребовано?

– Безусловно, хотя этот отдел, на мой взгляд, у нас ещё недостаточно раскручен. А ведь достигнутые результаты по-настоящему восхищают: эфирные масла благотворно влияют на организм, вобрав в себя целебные силы Природы. Не случайно Крым всегда был и есть именно климатический курорт. И барышни века девятнадцатого приезжали сюда не загорать (было не модно) и не купаться (не принято), а просто подышать. А сегодня наши специалисты настолько владеют тонкостями технологии создания различных эфирных масел, что можно, даже не приезжая в Крым, пользоваться ими у себя в Сибири или на Камчатке – и излечиваться. Авиценна считал, что «розовое масло повышает возможности разума и увеличивает скорость мышления». Жил он, как известно, в X-XI вв. н.э., но его заключения актуальны и для стремительного XXI века, и наши исследования это подтверждают.

Интервью взяла Елена Голованова

1 комментарий