Поиск - новости науки и техники

Застряли на развилке. Как и зачем должна меняться система управления наукой

26.07.19

«Современное состояние научно-технического комплекса страны создает существенные риски для обеспечения национальной безопасности» – таков один из главных выводов, содержащихся в Докладе о реализации государственной научно-технической политики в Российской Федерации в 2018 году, который был утвержден на апрельской сессии Общего собрания Российской академии наук и не так давно опубликован на сайте РАН. В документе рассматривается действующая система решений и мероприятий, нацеленных на развитие науки и техники, выявляются наиболее острые проблемы и даются рекомендации по их решению. 

О том, как ученые оценивают качество управления исследованиями и разработками и что предлагают сделать для его улучшения, «Поиску» рассказал заместитель президента Академии наук, руководитель Информационно-аналитического центра «Наука» РАН член-корреспондент РАН Владимир ИВАНОВ.

– Владимир Викторович, в чем цель доклада?
– Известно, что лидирующие места в современном мире занимают государства, имеющие наиболее развитый научно-технологический комплекс. Его создание и функционирование определяются государственной научно-технической политикой, которая должна формироваться с учетом общемировых тенденций развития и государственных стратегических приоритетов. Сейчас в мире происходит гуманитарно-технологическая революция – трансформации, обусловленные технологическим прогрессом. Суть этого процесса – обеспечение повышения качества жизни за счет внедрения новейших технологий.
В России решение этой задачи входит в число стратегических приоритетов. Чтобы достичь заявленных целей, необходимо понимать, в каком состоянии сегодня находится научно-технологический комплекс страны и какие меры необходимо принимать на государственном уровне, чтобы не остаться, что называется, на обочине прогресса. Главная цель доклада РАН – дать реальное представление о результатах реализации действующей научно-технической политики и сформулировать предложения по повышению ее эффективности.
– Академия наук готовит такого рода материалы ежегодно?
– В РАН на протяжении почти двадцати лет ведутся аналитические исследования по проблемам научно-технической политики, и полученные результаты доводятся до руководства страны.
Кроме того, в 2011-м и 2013 годах по этой теме были выпущены две монографии: «Инновационная политика. Россия и мир. 2002-2010» и «Научная и инновационная политика. Россия и мир. 2011-2012» под редакцией Н.И.Ивановой и В.В.Иванова.
После 2013 года функции Академии наук существенно сузились. В соответствии с законом о РАН (253-ФЗ) ее задачей стало ежегодно представлять президенту и в правительство доклады только о состоянии фундаментальной науки. Руководство страны фактически лишилось объективной и достоверной информации о состоянии науки в целом. Поэтому в 2018 году по инициативе президента страны в 253-ФЗ были внесены изменения: теперь Академия наук должна давать общую оценку реализации государственной научно-технической политики. Данный доклад стал первым, подготовленным во исполнение новой функции РАН.
– Куда разослан доклад?
– Для начала хочу отметить, что он разрабатывался на основе информации, представленной административными, научными, образовательными структурами, а также госкорпорациями. До рассмотрения на апрельском Общем собрании РАН проект доклада был направлен всем членам академии. Как известно, среди них есть депутаты Государственной Думы, руководители министерств и ведомств, представители бизнеса. Основные положения доклада были изложены президентом РАН Александром Михайловичем Сергеевым в выступлении на Общем собрании. После доработки по итогам обсуждений доклад был направлен в администрацию Президента РФ, правительство и размещен на сайте РАН для всеобщего ознакомления.
– На какие моменты в докладе стоит обратить особое внимание?
– Ключевые положения связаны с законодательством о науке, управлением научно-технологическим комплексом, Стратегией научно-технологического развития РФ до 2035 года (Стратегия НТР), а также с итогами трансформации РАН. За рамками доклада остались многие моменты, однако даже из представленных материалов ясно видно, что через 15 лет после начала активных преобразований научно-образовательной сферы наука не стала базовым институтом развития страны. Мы, по сути, застряли на развилке. Именно поэтому глава государства постоянно указывает на необходимость технологического прорыва и ликвидации отставания от развитых стран.
– Система управления научно-технологическим комплексом не ориентирована на вхождение нашей страны в число мировых лидеров, говорится в докладе. Как можно переломить эту ситуацию?
– Основная проблема заключается в том, что сейчас наука «распылена» между многочисленными министерствами, ведомствами, госкорпорациями. Это не позволяет обеспечить системное управление исследованиями и разработками. Очевидно, что в рамках одного министерства такая задача решения не имеет.
В то же время применительно к оборонным делам она решена: есть вице-премьер, который отвечает за развитие оборонных науки и технологий, есть Военно-промышленная комиссия Российской Федерации, обеспечивающая координацию исследований и разработок.
Можно вспомнить СССР, где не было Министерства науки. И гражданские, и оборонные исследования координировал Госкомитет по науке и технике, который возглавлял первый заместитель председателя Совета министров, как правило, крупный ученый и организатор науки. Это позволило стране занять лидирующие позиции в мире. Может быть, имеет смысл обратить внимание на лучшие отечественные практики, чем пытаться копировать зарубежный опыт?
– В докладе академии констатируется, что выполнение плана реализации Стратегии НТР идет с большими отставаниями. До сих пор не приняты важнейшие документы, призванные устранить барьеры между наукой, производством и бизнесом, упростить жизнь исследовательских коллективов. Заявляла ли РАН об этом ранее? Есть ли реакция?
– Необходимая информация до руководителей разного уровня, конечно, доводилась. И сдвиги есть: в этом году, наконец, хотя и со значительным отставанием от плана, была принята государственная программа «Научно-технологическое развитие РФ». Ее качество сейчас, по-видимому, обсуждать преждевременно, посмотрим на результаты.
– В докладе приводится ссылка на слова вице-премьера Татьяны Голиковой на Общем собрании РАН о снижении, по данным правительства, количества исследований по ряду приоритетных направлений. Смысл этой фразы многим остался не понятен. Что такое количество исследований?
– Речь шла об отражении в статистических данных показателей научной активности. Приведенные Татьяной Алексеевной данные представляются вполне логичными и обоснованными: при существующем уровне организационного и ресурсного обеспечения неизбежно сужение спектра фундаментальных исследований.
– Минобрнауки недавно выставило на обсуждение очередной проект закона о науке. Нельзя ли решить обозначенные в докладе проблемы в рамках работы над базовым профильным законом?
– Замечу, что концепция предложенного закона не рассматривалась в научном сообществе, не утверждалась правительством, как это принято при разработке подобных проектов. Этот законопроект, как и закон о РАН в 2013 году, готовился в тиши министерских кабинетов без участия научного сообщества. Очевидно, что без специалистов, которым предстоит по этому закону жить, разработать полноценный документ будет весьма проблематично.
Закон о науке должен определять механизмы реализации научно-технической политики. Но для начала должны быть четко сформулированы общие принципы. Сейчас у нас одновременно действует несколько документов, регламентирующих научную деятельность и не связанных между собой хотя бы единой системой показателей: Стратегия НТР, Национальная технологическая инициатива, национальные проекты, отраслевые программы. Это приводит к нерациональному расходованию ограниченных государственных ресурсов. Научно-технической политике нужно придать системность.
В первую очередь необходимо принять документ стратегического планирования, определяющий основы государственной политики в области науки и технологий, и после этого можно браться за закон о науке, который будет определять правила игры на этом поле.
В 2002 году подобный стратегический документ, разработанный совместно Советом безопасности, Госсоветом и РАН, был утвержден Президентом России. Это позволило предотвратить развитие многих негативных тенденций в науке.
– В число рекомендуемых академией мер входит существенное увеличение финансирования науки. На это чиновники всегда отвечают одинаково: «Денег нет».
– Ссылки на невозможность в должной мере обеспечивать финансами исследовательскую сферу не имеют под собой достаточных оснований. Из истории нашей страны мы знаем, что на приоритетные направления ресурсы всегда находились. Нынешний уровень финансирования исследований свидетельствует о том, что наука пока еще не стала реальным государственным приоритетом.
Сколько, например, идет разговоров про майский (2012 года) «зарплатный» указ. Однако, как недавно выяснилось, даже подросшие за последние годы зарплаты ученых в Москве сопоставимы с доходами грузчиков аэропорта Шереметьево.
Очень серьезного внимания заслуживает и вопрос об эффективности использования «научных» денег. Его, в частности, поднимал президент страны на заседании Совета по науке и образованию в ноябре прошлого года.
За примерами далеко ходить не надо. Недавно СМИ вновь вспомнили нашумевшую в свое время историю с «Картой российской науки». В информационную систему, которая в итоге оказалась неработоспособной, была вложена не одна сотня миллионов рублей. В том же ряду стоит прогноз научно-технологического развития, разработанный в 2017 году одним из столичных вузов, но до сих пор не утвержденный правительством.
Этот перечень можно продолжить. Фактически из науки выведены деньги, которые могли быть направлены на реальные исследования и разработки.
Нельзя не упомянуть и о безумной бюрократизации научной деятельности. Это ведь тоже бессмысленная трата научных ресурсов.
– В докладе есть раздел, посвященный Академии наук. Констатируется, что реформа РАН не дала ожидаемых результатов. Почему сделан такой вывод? Что можно предпринять на данном этапе?
– Главная проблема заключается в том, что не была найдена адекватная замена академии в контуре управления наукой. Кроме того, не достигнута и основная декларируемая цель: науку – ученым, хозяйство – администраторам. На практике чиновники получили все рычаги управления научными исследованиями и организациями. Справедливости ради надо отметить, что после принятия поправок в закон о РАН в 2018 году ситуация улучшилась, но не кардинально.
Первое, что надо сделать, – изменить статус РАН, которая должна стать вневедомственной структурой, обеспечивающей системное развитие сферы исследований и разработок. Без этого обеспечить реализацию проектов полного инновационного цикла – от фундаментальной науки до практического использования результатов – невозможно в принципе.
Речь, видимо, должна идти о новом формате РАН как структуры, отвечающей за развитие российской науки, в первую очередь фундаментальной. Это принципиальный момент: без системной организации фундаментальных исследований решать можно только частные задачи технологического развития. Но это не обеспечит полноправного присутствия России в числе стран – научных лидеров.
– Какова сегодня роль Академии наук в формировании научно-технической политики?
– Согласно 253-ФЗ, РАН должна готовить аналитические материалы, проводить экспертизу научных результатов, разрабатывать и представлять в правительство Программу фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период (ПФНИ). Если говорить об этой программе, ее проект подготовлен и одобрен Общим собранием РАН в апреле текущего года. Одна из основных задач ПФНИ – восстановление единого пространства фундаментальных исследований в стране. Это позволит повысить прозрачность и эффективность использования бюджетных средств, сосредоточиться на определяемых научным сообществом перспективных направлениях исследований, снизить бюрократическую нагрузку на ученых.
– Есть ли надежда, что власть и общество прислушаются к выводам и предложениям РАН, сформулированным в докладе?
– Очевидно, что политические решения принимаются не только на основе рекомендаций ученых. В настоящее время государством задан новый вектор развития страны, направленный на инновационное развитие, переход от экономики ради экономики к экономике ради человека. Однако на исполнительском уровне работа до сих пор ведется в ресурсной парадигме. Понятно, что пока инновационные идеи не дойдут до администраторов, предложения научного сообщества вряд ли будут в полной мере восприняты и реализованы.
Конечно, мы постараемся сделать все возможное, чтобы позиция академии была услышана. Для нас очевидно, что существующая модель организации науки себя исчерпала. Необходимо выявить проблемы и объединить усилия власти и научного сообщества для определения путей их решения, что, собственно, было одной из основных задач доклада.
Напомню, это первый академический опыт подготовки документа такого масштаба. Уже началась работа над следующим докладом. Приглашаем заинтересованные организации и специалистов к сотрудничеству.

Беседу вела Надежда ВОЛЧКОВА

Фото Николая Степаненкова

Нет комментариев