Солнцестояние. Почему тормозится создание национальной Службы космической погоды? - Поиск - новости науки и техники
Поиск - новости науки и техники

Солнцестояние. Почему тормозится создание национальной Службы космической погоды?

31.01.20

«Скоро к телескопу, действующему на Кисловодской горной астрономической станции Главной (Пулковской) астрономической обсерватории РАН добавятся аналогичные инструменты в Пулковской, Крымской и Коуровской обсерваториях. Два аппарата начнут службу в обсерваториях Иркутского государственного университета, Института солнечно-земной физики СО РАН, Дальневосточного отделения РАН в Уссурийске, а также на Кубе. Тем самым будет возрождена отечественная Служба Солнца, которая в советское время насчитывала 20 наземных станций и была лучшей в мире. Через два года система заработает в полном формате».

Это было сказано в 2014 году корреспонденту ТАСС заместителем директора Главной (Пулковской) астрономической обсерватории (ГАО РАН) Юрием Наговицыным. А в начале 2016 года директор Института космических исследований РАН Лев Зеленый объявил о решении объединить в единую систему Крымскую, Кавказскую и Пулковскую обсерватории – для создания на их базе единой Национальной службы наблюдения за Солнцем.

Наступил 2020 год. Службы Солнца как не было, так и нет. Регулярные наблюдения за светилом по-прежнему ведет только Кисловодская горная астрономическая станция Главной (Пулковской) астрономической обсерватории РАН. Ее заведующий доктор физико-математических наук Андрей ТЛАТОВ поделился наболевшим.

Важность единой, подчеркиваю, единой Службы Солнца поясню на одном лишь примере. В США и России созданы системы геопозиционирования – GPS и ГЛОНАСС. В Америке эта система действует с 80-х годов прошлого века, у нас – с начала 2000-х. GPS включает примерно в два раза больше спутников, чем ГЛОНАСС, хотя количество запусков ГЛОНАСС в два раза больше, чем GPS. Следовательно, ГЛОНАСС стоит в несколько раз дороже. Почему? Спутники выходят из строя, и причина прежде всего в радиации. Ее уровень на орбитах входит в понятие «космическая погода» (КП). Таким образом, игнорирование КП проделало дыру в кармане каждого отечественного налогоплательщика. Минимизация расходов, а также устойчивость работы космических группировок – необходимые компоненты успешного функционирования и развития многих отраслей экономики и обороны. Все это невозможно без точного прогнозирования космической погоды.

В 2000-х годах в США было сделано открытие, связавшее результаты изменения магнитных полей на Солнце с изменениями потоков солнечного ветра на орбите Земли. Встала задача разработки научной основы прогнозирования косми­ческой погоды, и в 2011 году в NOAA (аналог российского Росгидромета) создается специальное подразделение (Space Weather Prediction Center, NOAA/SWPC). Исследования в этой сфере стали частью большой программы, объединившей разные научные организации. Вся система наблюдений за Солнцем и космической погодой претерпела глубокие преобразования. Параллельно с гражданским сформировано и военное крыло Службы космической погоды. Обсерватории, не вписавшиеся в эту систему, потеряли финансирование. Такое, например, произошло с Национальной солнечной обсерваторией ­(NSO/Sacramento Peak).

На сегодняшний день службы космической погоды есть во многих странах. При этом только США, КНР и России обладают телескопами-магнитографами: без получаемых на них данных полноценный прогноз невозможен. К сожалению, если в США и КНР службы КП интенсивно развиваются, на них выделяются большие средства, то в России ситуация выглядит удручающе.

Впрочем, систему, подобную американской, попытались внед­рить и у нас. В 2008 году Росгидромет запустил проект образования солнечной наблюдательной сети, с тремя подпрограммами, одна из которых предусматривала создание солнечного телескопа-магнитографа нового поколения (СТОП-2).

Он был разработан и изготовлен в трех экземплярах Институтом солнечно-земной физики Сибирского отделения РАН (ИСЗФ СО РАН) в кооперации с другими организациями. Два аппарата установили в Байкальской и Уссурийской астрофизических обсерваториях, третий – на Кисловодской станции. К сожалению, телескопы не были доведены до ума, а в 2014 году программа закрылась – бюджетное финансирование прекратилось.
Ученые Кисловодской станции по своей инициативе вышли на разработчиков, вложили собственные средства – и телескоп-магнитограф заработал, пошли регулярные наблюдения. Результаты, а потом и прогнозы космической погоды начали выкладывать в Сеть. Кстати, сравнение этих прогнозов с американскими аналогами убедительно показывает: отечественные не только не хуже, а по некоторым параметрам даже точнее (http://solarstation.ru/sun-service/forecast).

Мне могут напомнить: но ведь в Саянской солнечной обсерватории Института солнечно-земной физики СО РАН тоже есть магнитограф СТОП? Да, но это – первая модель телескопа, установленная в 80-е годы прошлого века. Теоретически он работает. Но для получения магнитограммы ему нужно два часа непрерывного ясного неба. Кроме того, у него очень низкое пространственное разрешение. Для построения прогнозов необходимо получить карту всего Солнца – это он не может, а потому для прогнозов неприменим. Что касается магнитографов СТОП-2, установленных по программе Росгидромета в 2010 году на Байкале и в Уссурийске, они в режиме постоянных наблюдений не работают – прежде всего из-за того, что нет средств на их эксплуатацию, а кроме того, вышли из строя CCD- камеры.

Понимая, что прогноз КП необходим, в 2016 году Правительство РФ выпустило распоряжение (подписанное вице-премьером Дмит­рием Рогозиным), на основании которого ФАНО подготовило свой документ. В 2017 году сформирован межведомственный совет, который, по идее, должен координировать работу в этой сфере.
На практике же наблюдается вот что: каждый институт, в котором теплится хоть какая-то «солнечная» тематика, пытается создавать собственный центр прогнозов, ни с кем не желая сотрудничать. Но наблюдений-то не ведется – не на чем. Знакомство с некоторыми прогнозами привело меня к неутешительному выводу: мои коллеги элементарно «перепевают» американские данные. Ученые США же выкладывают только результаты, то есть сами прогнозы, а основные оперативные исходные данные наблюдений, прежде всего магнитограммы, у них закрыты. Как можно на этом багаже моделировать, делать оригинальные прогнозы?

Вторая причина, прямо скажу, критической ситуации кроется в целевых показателях, по которым оцениваются научные результаты. Учитывается только количество публикаций. В этих условиях гораздо проще публиковать статьи, беря информацию из Интернета, чем получать собственные новые экспериментальные данные. Положение – парадоксальное: прикладные исследования академическими институтами не поддерживаются, ведь на них много публикаций не сделаешь, а механизма их поддержки системой не предусмотрено. В нашем конкретном случае это привело к тому, что эксплуатационные расходы, ремонт и модернизация телескопов превращаются в хобби наблюдателей.
Еще одно. В нашей стране не существует такого важного компонента для прогнозирования космической погоды, как математические модели магнитной газодинамики. С их помощью рассчитывается распространение плазмы от Солнца к Земле. В других странах развиваются общие платформы для моделирования и прогнозирования КП. В США, например, это Центр интегрирования моделей космической погоды (CISM). Для иностранных ученых, как правило, такие платформы недоступны. В 80-е и даже еще в 90-е годы прошлого столетия наша страна была лидером в этой области. Мы не только потеряли приоритет, но и отстаем все больше. За державу обидно.

Записал Станислав Фиолетов

Нет комментариев

Загрузка...
Новости СМИ2