Поиск - новости науки и техники

Логику – в практику. РАН выстраивает новую систему экспертизы.

Недавно в Российской академии наук прошло совещание академиков-секретарей отделений по областям науки, на котором, в том числе, обсуждался вопрос об организации экспертной деятельности РАН. Как известно, теперь на академию возложено экспертное обеспечение работы государственных органов и организаций.
Какие программы и проекты подлежат академической экспертизе, Правительство РФ определило в Постановлении №718 от 30.07.2014 г. Эти проекты можно объединить в три группы. К первой относятся государственные и межгосударственные (с участием Российской Федерации) целевые программы, а также иные программы, стратегии и концепции, которые предусматривают проведение научных исследований и разработок (НИР). Те из них, которые утверждаются федеральными органами исполнительной власти (ФОИВ), направляются на экспертизу исключительно по решению руководителя ФОИВ. То есть обязательное условие направления проектов в РАН – проведение в их рамках НИР, а в случаях с документами правительственного и министерского уровня – еще и добрая воля глав соответствующих органов.
Второй вид проектов, за которые отвечает академия, – федеральные целевые программы, предусматривающие проведение прикладных исследований и экспериментальных разработок. И наконец, третий – программы развития федеральных организаций высшего образования и науки, которые ведут фундаментальные или поисковые исследования.
На совещании в РАН доклад о том, как предполагается работать со всеми этими документами, делал ученый секретарь РАН академик Игорь Соколов. По нашей просьбе он рассказал о своих предложениях и читателям “Поиска”.

– Став ответственным за организацию экспертизы в академии, я решил разобраться в том, как экспертный процесс отражен в законодательстве, – начал с истории вопроса Игорь Анатольевич. – Оказалось, что такой вид деятельности, как научно-техническая экспертиза (именно о ней идет речь в Законе о реорганизации РАН), по сути не обеспечен нормативно. Он упомянут всего в двух документах федерального уровня.
Директор Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Хабриева и директор Института государства и права РАН Лисицын-Светланов подтвердили мой вывод: внесением в российское законодательство этого понятия нам придется озаботиться самим. Научно-техническая экспертиза должна вестись по таким же четким правилам, как и другие широко распространенные виды экспертиз (судебная, экономическая, антикоррупционная). Однако сегодня нам в целом уже ясно, что должна делать академия, поэтому мы можем и должны начинать работу, не дожидаясь появления новых нормативных актов.
Игорь Соколов предложил следующую схему проведения экспертизы, логику которой коллеги одобрили. Заявка заказчика попадает к “диспетчеру”, в роли которого могут выступать члены Президиума РАН или Главный экспертный совет академии. “Диспетчер” пишет техническое задание, в котором оговариваются сроки проведения и объемы работ, необходимые средства, формы отчетности, а также определяет руководителя работ. По мнению И.Соколова, если речь идет о многоплановой и сложной экспертизе, руководителем должно выступать соответствующее отделение РАН, в других же случаях эту функцию может выполнить и физическое лицо.
Руководитель заключает договоры с исполнителями – учеными или институтами. В этих документах экспертам задаются конкретные вопросы, на которые они должны дать мотивированные ответы. По завершении работы руководитель обобщает содержащиеся в отчетах данные, пишет проект экспертного заключения и представляет его на утверждение в Президиум РАН.
– Для реализации данного плана в РАН должны быть созданы соответствующие структуры, – отметил И.Соколов. – Видимо, это будут Главный экспертный совет при президиуме и научные советы в отделениях. Разумеется, необходимо разработать положение о проведении экспертизы и формы документации – заявлений на экспертизу, заданий, отчетов, экспертных заключений. Эти вопросы мы в ближайшее время решим.
Самая сложная проблема – оплата экспертизы, проводимой РАН по заказам государственных органов. В бюджете академии должен фигурировать соответствующий пункт, для этого необходимо ежегодно формировать госзадание на проведение экспертизы. Чтобы сильно не ошибиться в цифрах, будем согласовывать свои планы с правительством. Так, нас уже предупредили о программах, запланированных на 2015 год.
По мнению главного ученого секретаря РАН, непросто, особенно на первых порах, будут обстоять дела с нормированием труда экспертов. “Единых расценок на эту деятельность нет, да и быть не может, – отметил он. – Как показывает мой опыт участия в судебных экспертизах, разброс цифр огромен. Придется исходить из необходимых для выполнения работ человеко-дней и средних зарплат, ну и, конечно, выделенных средств”.
Требуют специального регулирования и другие аспекты взаимодействия РАН с исполнителями экспертных исследований. Заключать договоры с физическими лицами несложно, а вот финансовые отношения с организациями подпадают под действие Закона о госзакупках, который требует проведения конкурсов. В научной сфере такой подход не всегда эффективен. Поэтому академия обговаривает с ФАНО возможности переводить средства академическим институтам через агентство, которое готово формировать для НИИ соответствующие госзадания и предоставлять академии для работы экспертных советов институтские площади. Разработан проект регламента, в котором прописан порядок использования потенциала подведомственных ФАНО научных организаций в проведении экспертизы. Увы, стороны пока не решили самый важный вопрос: не нашли механизм перечисления выделенных на экспертизу средств из бюджета РАН в ФАНО.
Академии будет непросто осуществлять экспертные функции: ведь ее аппарат сильно сокращен. Однако И.Соколов уверен, что РАН справится с поставленными задачами.
– Не думаю, что нас захлестнет вал заявок: список подпадающих под экспертизу академии документов ограничен, – заявил он. – Да и вообще экспертная деятельность для РАН не в новинку: нам постоянно присылают различные материалы и вопросы, чтобы наши специалисты высказали по ним свое мнение. Случается, что РАН выступает с анализом актуальных для общества проблем и в инициативном порядке. Но научно-техническая экспертиза – это, безусловно, выход на новый уровень. Она регулируется нормативными актами федерального уровня и, значит, должна вестись по юридически безупречно оформленным документам и правилам.
Понятно, что предложенные нами схемы не идеальны. Начав решать конкретные задачи, РАН столкнется с множеством вопросов, на которые нет готовых ответов. Например, что делать, если экспертиза покажет полную несостоятельность того или иного проекта? Судья обязан учитывать результаты судебной экспертизы. А каков статус заключений академии? Эти и другие детали нам придется уточнять уже в процессе работы.

Надежда ВОЛЧКОВА
Фото с сайта www.ras.ru

Нет комментариев