Поиск - новости науки и техники

Пробитое небо. Тунгусский феномен пытались использовать в гонке вооружений.

В начале года в “Поиске” (№1-2) была опубликована статья под названием “По приметам – комета”. В ней описаны новые, очень интересные, исследования Владимира Алексеева и Владимира Копейкина, которые склоняются к выводу, что тунгусская катастрофа – это взрыв кометы – гигантского грязного снежка с ледяным ядром.
Надо сказать, что “кометная” гипотеза о природе тунгусского тела появилась давно. Газета “Известия” от 2 августа 1983 года утверждала: “Почти достоверно установлено: это был ком газоводяного льда”. И в “Поиске” (№6, 2007 г.) была напечатана статья: “Бревно прилетело! Тунгусский метеорит оказался кометой”. Но вопросов по поводу природы этого удивительного феномена по-прежнему больше, чем ответов.

За космической пылью
В 1960 году в Томске была организована комплексная самодеятельная экспедиция (КСЭ), объединившая людей разных профессий из разных городов, руководимых мотивом высокой пробы: за собственные деньги и за счет личных отпусков разгадывать космическую загадку – с полной отдачей сил, бескорыстно и вдохновенно.
До 1990-х годов в КСЭ трудились несколько сотен энтузиастов. Бессменным лидером КСЭ был академик Академии медицинских наук СССР Николай Владимирович Васильев.
В песне, которая родилась в экспедиции – “Малозаметная ты, пыль кометная”, есть такие слова:
“Мои друзья подались
в стройотряды
Копить червонцы
на автомобиль,
Мне ж суждено до ранних снегопадов
Искать в тайге космическую пыль”.
Участникам КСЭ приходилось топать пешком от фактории Ванавара до эпицентра взрыва (65 км) по бездорожью и болотам с тяжелыми рюкзаками, подвергаясь беспрестанным атакам комаров и гнуса. Приходилось сплавляться на примитивных плотах по бурным порожистым рекам, залезать на макушки сосен для замеров приростов, падать на землю, порой ломая ноги и руки. Хотя КСЭ не был официальной структурой, помощь и поддержку ему оказывали академики С.Королев, М.Келдыш, М.Лаврентьев, Г.Мар-чук, Р.Сагдеев и другие.
К моменту образования КСЭ о тунгусском взрыве было известно следующее: 30 июня 1908 года в 7 часов утра над Центральной Сибирью пролетел крупный космический объект, который взорвался в районе фактории Ванавара на реке Подкаменная Тунгуска. Взрыв произошел на высоте 6 км. Был разрушен лесной массив площадью около 2150 кв. км.
Характер вывала леса напоминает крылья бабочки, причем верхушки упавших деревьев направлены не по курсу полета тела (так было бы в случае вывала деревьев воздушной волной от тела), а в противоположную сторону, что дало повод писателю-фантасту Александру Казанцеву предположить, что лес валился от струй выхлопа реактивных двигателей космического корабля инопланетян.
В 1983 году в Красноярске на встрече “тунгусников” были подведены итоги более чем двадцатилетней работы КСЭ:
1. Ни одного миллиграмма вещества “метеорита” до сих пор не найдено.
2. Все попытки ответить на вопрос: “Что взорвалось?”, пока что неудачны.
3. Ни за одну концепцию сегодня нельзя ручаться.
4. Образование кратеров и воронок на сегодня твердо отрицается.
Обнаружены поломки
К 1973 году новый лес, выросший на месте катастрофы, стал обильно давать шишки и семена, что позволяло оценить генетические последствия взрыва, изучая поломки хромосом в клетках и размах генетической изменчивости приростов. Еще члены экспедиций Л.Кулика, которые снаряжались в 1920-1930-е годы, отмечали, что у молодых сосен чаще встречаются три хвоинки в пучке (норма для сосны – две хвоинки), а также увеличение количества “ведьминых мётел” – веток сосны с очень короткими приростами, которые выглядят как густые мётлы (они возникают при повреждении метаболических путей синтеза гормона роста – ауксина).
К 1973 году профессор Е.Колесников из МГУ доказал, что взрыв тела не был ни ядерным, ни водородным. Поэтому было важно установить – существуют или нет генетические последствия взрыва. В то время я работал заведующим лабораторией генетических основ селекции растений в Институте цитологии и генетики Сибирского отделения АН. Ко мне обратились несколько ученых с просьбой доказать или опровергнуть факты генетического воздействия взрыва на семена сосен. Нам удалось создать многошаговый алгоритм разделения генетической и экологической изменчивости осевых годичных приростов стволов сосен и сделать программы для вычислительной машины БЭСМ-6.
Молодые участники КСЭ изу­чали все деревья на участках леса площадью 50х50 метров каждый – по траектории тела, в эпицентре взрыва, в стороне от него (до 100 км) и в местах пожаров 1908 года. Это было нужно для того, чтобы дифференцировать последствия разных событий. Ученые замеряли осевые приросты сосен на 52 пробных площадях (более чем 1500 деревьев). Пробы были закодированы, и мы не знали, какие из эпицентра, а какие из далеких от взрыва точек. Произведенные на ЭВМ расчеты показали сильное увеличение генетической изменчивости приростов на пробах по траектории полета и в эпицентре взрыва.
На солнце и в тени
Возникла гипотеза, что генетические последствия взрыва могли быть вызваны тем, что тело, летевшее точно по лучу утреннего солнца, пробило дыру в озоновом экране атмосферы (бόльшую, чем диаметр тела). В эту дыру хлынули жесткое ионизирующее излучение, элементарные частицы и солнечное ультрафиолетовое излучение (УФИ – мутагенный фактор), что и привело к резкому увеличению генетической изменчивости приростов.
Поскольку летевший объект отбрасывал на землю (пусть короткое время) постоянную тень, а взрыв породил огромное облако частиц, также заслонявших участок земли от УФИ, мы попросили специалистов КСЭ найти строгие границы этой тени в природе и взять пробы с деревьев на закрытых ею участках. Было изучено 20 закодированных проб – с территории, оказавшейся в тени, и с площадей, что подверглись облучению. Выяснилось, что на пробах из тени нет возрастания генетической изменчивости!
Военная тайна
После наших публикаций я получил письма от главных редакторов американских журналов Genetics и Applied Ecology о том, что они готовы без очереди публиковать в своих журналах любые наши статьи о тунгусской катастрофе. Я не придал этому особого значения, хотя такой интерес меня немного удивил.
Через полгода мне позвонил Н.Васильев из США (он был там в командировке), очень обеспокоенно спросил, все ли у меня в порядке, и сказал, что завтра из Штатов полетит не в Томск, а в Новосибирск, чтобы рассказать мне что-то очень важное. Оказалось (ему сообщил эту новость его американский коллега-медик), что Пентагон разрабатывает проекты “озоновых” войн. Американцы планировали пробивать над вражеским городом дыру в озоновом экране, после чего все живое погибало бы, а техника и здания сохранялись.
В литературе уже были данные по искусственному мутагенезу сосны – генетическая изменчивость проростков и приростов у сосны возрастала настолько же, как в нашем случае, при дозе 40 000 рентген. Но какой величины дыру надо пробить в озоновом слое, чтобы на Землю хлынуло эквивалентное УФИ, было неизвестно. Поскольку КСЭ установила диаметр тела (примерно 2 км), то из нашей публикации Пентагону стало ясно, что дыра в 2-3 км достаточна для удара по Земле жестким излучением.
Так как наши статьи перед публикацией проходили официальную экспертную комиссию в институте и на акте экспертизы стояли подписи директора института (академика), четырех корифеев науки (профессоров) и гербовая печать, разрешающие публикацию в открытой печати, то соответствующие органы академгородка ограничились лишь тем, что строго предупредили меня, чтобы в дальнейшем я нигде и ничего не публиковал о тунгусском взрыве.
Запрет утратил силу, когда академик Роальд Сагдеев убедил Михаила Горбачева в том, что озоновые войны не так страшны, поскольку ракету легко можно обнаружить за полчаса до подлета и оповестить людей, чтобы те укрылись в зданиях, под навесами, даже под зонтиками. Пентагон при Горбачеве прекратил такие разработки, теперь это лишь история.
Письмо Брежневу
Владимир Алексеев и Владимир Копейкин поставили под сомнение пункт 4 протокола “тунгусников” 1983 года. Они считают, что найденные ими на дне предполагаемых воронок массивные куски льда говорят в пользу ледяной кометы. Однако после взрыва вечная мерзлота растаяла и опустилась на 4-6 метров. При этом вода заполняла все пустоты в земле, и, конечно, в них должен был образовываться лед. Таким образом, три первых пункта протокола “тунгусников” остаются в силе, а четвертый не отвергнут достоверно и требует дальнейших исcледований.
Огромный интерес представляет тот факт, что с 1908 года и до наших дней вечная мерзлота так и не поднялась снова до 1-1,5 м, как было до взрыва. Поэтому на этом месте сейчас растет лес не 4-5-го бонитетов, как было до него, а 1-2-го бонитетов, то есть продуктивность почвы резко возросла. Это очень хорошо видно на снимках из космоса.
Опираясь на эти наблюдения, я, Н.Васильев и Д.Дёмин написали письмо Л.Брежневу с предложением создать около 10-20 млн гектаров новых сельскохозяйственных земель, проведя вдоль южной границы вечной мерзлоты серию подземных ядерных взрывов, в результате которых вечная мерзлота ушла бы вниз и не охлаждала корни растений.  В письме содержались доказательные расчеты. Наши предложения Кремль переслал в Якутск, в НИИ вечной мерзлоты. Никакого ответа мы так и не получили.
Взрывная сила
Добавлю, что исследования КСЭ по искусственной вывалке деревьев тросом с динамометром позволили рассчитать энергию взрыва тела. Она оказалась примерно равной энергии 1500 “хиросимских” атомных бомб. Расчеты специалистов КСЭ показали, что ледяная комета вряд ли может выделить такую энергию.
Кроме того, американские физики опубликовали данные о том, что карта распределения аномального содержания золы в торфе в эпицентре взрыва совпадает со схемой распределения давления в грунте при контактном взрыве. Но в районе Подкаменной Тунгуски нет следов контактного наземного взрыва. Некотороые физики предположили, что это был высотный контактный взрыв, который мог произойти только в полом теле с жесткой оболочкой. Тут уже поле для самых разных фантазий.
Очень хорошо, что по настоянию КСЭ и при мощной поддержке руководства СО РАН место взрыва тунгусского тела объявлено заповедником. Это позволит очень тонко и глубоко изучить все биологические последствия явления и приблизиться к пониманию его природы.

Виктор ДРАГАВЦЕВ,
академик РАСХН, член Лондонского королевского
Линнеевского общества,
профессор генетики

Нет комментариев