Поиск - новости науки и техники

Проверка на верность. Уникальную семейную пару не разлучила даже смерть.

…25 июня 1940 года покончил с собой организатор и первый директор Оптического института, создатель отечественной оптической школы, академик АН СССР Дмитрий Рождественский. Выстрел был произведен из мелкокалиберной винтовки, подаренной ему комсомольцами-осоавиахимовцами.
В семьях близких ему людей до сих пор бытует легенда о том, что еще в молодости Дмитрий Сергеевич и его жена Ольга Антоновна поклялись: если один из них умирает раньше, другой кончает жизнь самоубийством. А ее не стало в 1939-м…
Пытаясь разобраться в причинах гибели ученого, мы обратились к литературе, воспоминаниям, архивным документам. Изучили неопубликованные предсмертные письма Дмитрия Сергеевича профессорам Ленинградского университета Сергею Фришу и Карлу Баумгарту. Их нам любезно предоставили дочь С.Фриша Марианна Сергеевна и племянница К.Баумгарта Татьяна Сергеевна Коломийцева.
Ольга Добиаш-Рождественская (1874-1939) – историк, медиевист, источниковед, основоположник латинской палеографии, была во многих отношениях первопроходцем. Первая в России женщина, окончившая парижскую Школу архивистов (1911 год), защитившая магистерскую диссертацию (1915 год), ставшая профессором вуза – Высших (Бестужевских) женских курсов (1916 год), а затем и Ленинградского университета, получившая звание доктора всеобщей истории (1918 год). Автор более 120 научных работ, в том числе на немецком и французском языках. За достижения в области палеографии была избрана в 1929 году членом-корреспондентом АН СССР. Даже такой, неполный и формальный, перечень заслуг не может не впечатлять.
Рождественский был на два года младше нее. Они познакомились в 1902 году благодаря брату Ольги Антоновны Александру, который дружил с Дмитрием Сергеевичем. Накануне свадьбы, состоявшейся 15 февраля 1908 года, она писала родителям: “Я выхожу замуж… по самой горячей, хорошей любви с самой полной уверенностью счастья… Он не яркий, тихий, но удивительно чистый, милый, глубоко порядочный и добрый человек. У меня к нему бесконечное чувство уважения и доверия, я не говорю о других чувствах, без которых я не вышла бы за него. Его отношение ко мне страшно трогательно”.
Эти романтически-возвышенные чувства были взаимными на протяжении всей их жизни, наполненной творчеством. Разница научных интересов не мешала им постоянно интересоваться работой друг друга. Ольга Антоновна, несмотря на занятость, не просто переписывала статьи Дмитрия Сергеевича, а готовила их к печати, вникая в содержание. Он, в свою очередь, помог жене в 1934 году выполнить иллюстрации к ее книге “История Корбийской мастерской письма” (Корби – монастырь на севере Франции, где были созданы и хранились уникальные средневековые рукописи).
“Их кабинеты были смежными, и обычно дверь между ними была открыта, – вспоминала друг семьи Е.Чехова. – Занимаясь каждый у себя, они время от времени перекидывались несколькими фразами. Она любила чувствовать где-то близко присутствие Дмитрия Сергеевича”.
И в трудные периоды жизни, которых было немало, каждый думал о другом, искал в нем поддержку. В 1929 году, уже после избрания в академию, Ольгу Антоновну обвинили в антисоветской пропаганде, поскольку… на ее квартире одно время проходили занятия научного кружка. Из текста заявления в ОГПУ с просьбой снять с нее навет, не доводить дело до суда видно, что ее в первую очередь волновала судьба мужа: “Являясь женою советского деятеля, работника на ответственном месте, директора Оптического института, месте, связанном с доверием и тайной, я, непосвященная, конечно, в эти тайны, сознаю все значение этого доверия и испытываю особенную тяжесть при мысли, что возбужденным против меня обвинением могла бы быть наброшена тень на его личность…”.
Ольга Антоновна никогда не отличалась крепким здоровьем. После смерти горячо любимого брата обостряется хроническое заболевание крови, которым она страдала многие годы. Незадолго до ее кончины, может быть, предчувствуя скорое расставание, Рождественские попытались составить семейную хронику. Поместилась она на нескольких страницах ученической тетради. В ней по годам изложены наиболее значительные события совместной жизни – успехи и невзгоды, горести и радости. На обложке тетради крупным почерком Дмитрия Сергеевича написано “Книга жизни” и мелким аккуратным Ольги Антоновны прибавлено: “и смерти”.
С уходом из жизни жены обрушился мир семейного счастья, но оставалась еще работа, которая для Дмитрия Сергеевича также имела громадное значение.
Время становления и бурного развития Государственного оптического института, основанного Д.Рождественским в 1918 году и получившего благодаря ему всемирное признание, было для него наиболее плодотворным. Видные физики разных стран поддерживали с ним тесные контакты. Рядом с ним работали такие крупные ученые, как П.Эренфест и В.Фредерикс, быстро набирали силу его одаренные ученики В.Фок, С.Фриш, А.Теренин, А.Лебедев, Е.Гросс, В.Прокофьев и другие. Он получал всемерную поддержку властей: авторитет ученого – пионера отечественной оптической науки и организатора производства – был непререкаем.
В дальнейшем ситуация стала меняться. По мере развития оптико-механической промышленности возникало все больше чисто технических, заводских задач. Зачастую высококвалифицированные сотрудники института отрывались для их решения, что шло в ущерб приоритетным, с точки зрения Рождественского, фундаментальным исследованиям.
Обладая живым и открытым характером, Дмитрий Сергеевич вступал в дискуссии с начальством, что последнему далеко не всегда нравилось. Укоренявшаяся административно-командная система выдвигала в руководители людей, неспособных охватить весь объем научно-производственных проблем отрасли, но и несклонных доверять по-настоящему компетентным специалистам, ставящим во главу угла дело. Нараставшие противоречия, вызванные введением жесткого планирования в научную работу, заставили Рождественского в марте 1932 года уйти с поста директора института. Этот шаг он мотивировал желанием освободиться от административных обязанностей и полнее посвятить себя науке.
Его отставка была принята, но конфликт Д.Рождественского с новым руководством института разрастался. С должности начальника отдела он был переведен на пост начальника сектора спектроскопии, затем – начальника лаборатории. В характеристике, данной Дмитрию Сергеевичу, читаем: “В общественной жизни не участвует, живет обособленно, к новым мероприятиям и методам в области научной работы относится критически, рассматривая их как вредно влияющие на развитие науки”. Подписан этот вопиюще необъективный документ совершенно неизвестными в науке людьми…
В 1938 году директор института Д.Чехматаев отклонил предложенный Рождественским план работ по спектрам редкоземельных элементов на том основании, что они “редко встречаются”! Вскоре выяснится, что для решения “атомной” проблемы нужны глубокие знания физико-химических свойств редкоземельных элементов. Позже спектроскопия редкоземельных элементов сыграет решающую роль в развитии физики твердотельных лазеров.
А между тем Чехматаев подписал приказ об увольнении Д.Рождественского: с 1.01.1939 года академик стал внештатным консультантом ГОИ. Добавим, что за годы подвижнической работы в Оптическом институте его основатель не был награжден ни одной правительственной наградой.
Дмитрий Сергеевич, сохранявший внешнее спокойствие и деловитость, чрезвычайно тяжело переживал уход из института. Он перенес свою работу в стены Ленинградского университета. Ученик и сподвижник Рождественского С.Фриш вспоминал, что ни разу в это время не слышал от него ни жалоб на случившееся, ни осуждения тех, кто был повинен в его изгнании. Он выглядел энергично и бодро и повторял: “Ну, лет пять-шесть я еще поработаю!”.
Вместе с учениками Н.Пенкиным и Г.Кватером он проводил все дни в лаборатории, подготавливая эксперименты по исследованию аномальной дисперсии в тугоплавких элементах. Казалось, работа приглушила боль от непоправимой утраты – смерти жены. Но, по словам другого его сподвижника Т.Кравца, дома Рождественский пребывал в крайне угнетенном состоянии, страдал бессонницей. Вероятно, мысль об уходе из жизни обретала все более конкретные очертания.
Перед смертью Дмитрий Сергеевич передал архив Ольги Антоновны в Государственную публичную библиотеку, в течение целого года готовил сложную экспериментальную установку, на которой смогли бы работать его ученики, закончил статью по теории микроскопа, встретился с ближайшими родственниками и друзьями.
Он был озабочен тем, как не оставить “беспризорной” возглавляемую им спектроскопическую лабораторию Академии наук, и в то же время хлопотал о трудоустройстве и предоставлении жилплощади престарелой домработнице… Он оставил Н.Пенкину подробные инструкции о том, как подготовить к печати последнюю работу, какую надгробную плиту поставить на могилу.
Предсмертные письма Дмитрия Сергеевича С.Фришу и К.Баумгарту наглядно свидетельствуют о том, что в те роковые дни и часы его помыслы и заботы были устремлены в будущее, когда “наши талантливые специалисты по редким землям продвинутся вперед”. И уходил он из жизни с чувством выполненного долга, “с радостью и весельем”.
Ольга Антоновна и Дмитрий Сергеевич похоронены рядом на Волковом кладбище Петербурга, неразлучные даже “за гранью смертельного круга”.

Геннадий ГЕРАСИМОВ,
вице-президент Оптического
общества им. Д.С.Рождественского;        
Наталья ГЕРАСИМОВА,
музейный работник
Фото из сборника “Воспоминания
об академике Д.С.Рождественском.
К 100-летию со дня рождения”

Нет комментариев