Поиск - новости науки и техники

Владимир ИВАНОВ, доктор экономических наук, заместитель главного ученого секретаря Президиума РАН: Падение престижа науки обусловлено… законом

За последние 20 лет система подготовки и аттестации научных кадров претерпела существенные трансформации. Основным звеном научного потенциала нашей страны являются научные работники высшей квалификации. Степени “кандидат наук” и “доктор наук” присуждаются по результатам публичной защиты соответствующих диссертаций. Одновременно существуют звания, присваиваемые научно-педагогическим работникам при условии соблюдения определенных требований, – “доцент”, “профессор по кафедре”, “профессор по специальности”. В СССР существовало также ученое звание “старший научный сотрудник”.
В последние годы ситуация изменилась. Прежде всего, понизили статус Высшей аттестационной комиссии. Если в СССР ВАК была самостоятельной правительственной структурой, то в настоящее время ВАК – один из департаментов Минобрнауки России, в работе которого значительно сокращена роль научного сообщества. Так, до мая 2012 года председатель ВАК назначался из числа действующих ученых, а аппарат Рособрнадзора обеспечивал деятельность экспертных советов. С переходом в структуру Минобрнауки РФ председателем ВАК стал начальник соответствующего департамента министерства, а основную роль в руководстве ВАК стали играть представители госслужбы и руководители высшей школы. Тем самым участие ученых в работе ВАК стало во многом носить формальный характер.
Существенно изменились и требования к диссертационным работам. В современной трактовке, в отличие от советского периода, в определении диссертации исчезло требование научной новизны (см. таблицу). Нет и однозначного указания на то, что исследования, результаты которых выносятся на защиту, должны быть выполнены автором самостоятельно. Требование самостоятельности относится только к написанию диссертации. Фактически диссертация как научно-квалификационная работа представляет собой документ, в основе которого лежит определенная последовательность информационных блоков.
То есть диссертация – это, прежде всего, документ со строго очерченными параметрами, что, вообще говоря, не совсем отражает логику научного процесса, который не может быть реализован по стандартным процедурам. Налицо упрощение критериев и требований как к содержанию диссертации, так и к соискателям. По сути, нынешние требования ВАК к кандидатским диссертациям мало чем отличаются от требований к реферату или к стандартным курсовым работам (по крайней мере, в том виде, как это реализовывалось в ведущих вузах СССР). Кроме того, на диссертационные советы возложены несвойственные им функции по определению значимости данной работы для решения проблем развития страны. Диссертационным советам по силам определять исключительно научную новизну. Вопрос определения ценности для страны научной разработки – задача других структур.
Существующий подход не так бе­зобиден, как может показаться. Очевидно, что он провоцирует общее снижение качества диссертаций и фактически оказывается главной причиной негативных явлений, с которыми столкнулось научное сообщество.
Деформации системы подготовки кадров высшей квалификации в 1990-х годах привели к лавинообразному росту числа защищенных диссертаций. Так, например, в 1995 году вузами было выпущено 8555 аспирантов, а в 2011-м – 28 847. Из них защитились в 1995 году – 2013 и в 2011-м – 8869. За те же годы в научных организациях было выпущено 2814 и 4028 аспирантов, а защищено диссертаций – 596 и 693 соответственно. По мнению специалистов НИУ ВШЭ, интенсивный рост защит диссертаций в вузах, прежде всего по общественным наукам, свидетельствует о повышении роли вузов в развитии новых научных направлений. Однако представляется, что этот рост обусловлен в первую очередь снижением требований к качеству подготовки диссертаций. Кроме того, увеличение количества добротных диссертаций, по логике, должно приводить и к пропорциональному увеличению числа публикаций вузовских ученых в высокоцитируемых международных журналах. Но этого не произошло.
Есть и другой критерий. Если в 2010 году всего 517 вузов (в 2007-м – 500) вели исследования и разработки, то аспирантура в 2010 году существовала в 748 учебных заведениях (в 2007-м – в 641). Этот парадоксальный факт легко объясним, если вспомнить, что в настоящее время аспирантура рассматривается не как первый шаг научной карьеры, а как продолжение высшего образования. Перед аспирантом не ставится задача подготовки диссертации.
Трудно согласиться с утверждением специалистов ВШЭ, что “масштабы аттестации научных кадров высшей квалификации в значительной мере определяются теми мерами по ужесточению требований к качеству диссертационных работ, которые принимаются в последние годы” (Российский инновационный индекс / Под ред. Л.М.Гохберга. М.: НИУ ВШЭ, 2011). Практика демонстрирует обратное: требования к диссертациям и их качеству существенно снизились. В результате проведенных реформ статус научной степени, ее престиж были сильно подорваны. Это убавило и уважения к научной работе в обществе в целом. Следовательно, необходима безотлагательная существенная модернизация системы подготовки и аттестации научных кадров высшей квалификации, без которых не обеспечить инновационного развития России.
Сейчас в обществе обсуждаются два подхода к этому процессу:
– переход на квалификационную систему, где будет только одна научная степень – доктор философии (PhD), присваиваемая соответствующим учебным заведением или научной организацией,
– совершенствование существующей системы, подразумевающей наличие степеней кандидат и доктор наук по специальности.
Очевидно, что и та и другая система имеют как преимущества, так и недостатки. Но обе системы представляют собой институты, которые сложились в результате достаточно длительного исторического процесса. А, как известно из теории реформ (см., например, работы академика В.Полтеровича), автоматический перенос институтов из одной системы в другую не дает положительного эффекта. Кроме того, в настоящее время нет объективных доказательств, что советская система подготовки и аттестации научных кадров высшей квалификации хуже зарубежной. В противном случае СССР вряд ли смог бы стать ведущей мировой технологической державой. Потому представляется, что формирование современной системы подготовки и аттестации научных кадров высшей квалификации, базирующейся на уже имеющемся положительном опыте, позволит компенсировать существующие недостатки. Хотя бы частично.
Но сначала проанализируем положения Федерального закона “Об образовании в Российской Федерации”, принятого в конце 2012 года, в части, касающейся подготовки научных кадров высшей квалификации.
Прежде всего, отметим, что ст. 3 закона устанавливает основные принципы государственной политики и правового регулирования отношений в сфере образования. При этом среди принципов отсутствует интеграция науки и образования. Вместе с тем логика образовательного процесса такова, что знания сначала добываются, что является сферой научной деятельности, а потом передаются, что, собственно, и становится предметом образовательной деятельности. Тем самым обеспечивается непрерывность научно-образовательного процесса. Законом же об образовании в редакции 2012 года фактически установлено, что в России образование развивается независимо от науки, то есть политика разделения науки и образования, продекларированная и фактически реализуемая Минобрнауки России, закрепляется законодательно.
Законом “Об образовании в Российской Федерации” аспирантура отнесена к ступени высшего образования. Тем самым качественно изменилась ее суть, поскольку до принятия этого закона аспирантура рассматривалась не как завершающая ступень высшего образования, а как начальный этап научной карьеры. То есть сегодня основным элементом обучения в аспирантуре становится не самостоятельная научная работа, а обучение по образовательным программам (модулям). Иначе говоря, отличие от стандартной системы обучения заключается в сокращении числа курсов лекций и отсутствии семинарских занятий. Высвободившееся при этом время должно быть использовано для проведения научно-исследовательской работы. Перед аспирантом не ставится задача защиты диссертации.
Еще одной особенностью принятого закона в части подготовки кадров высшей квалификации является ликвидация института соискательства. Этот институт позволял действующему научному сотруднику подготовить диссертацию без отрыва от основной работы, что было весьма распространено в НИИ, поскольку работа младшего научного сотрудника, по сути, практически не отличалась от работы аспиранта.
Согласно ст. 12 п. 3, подготовка научно-педагогических кадров отнесена к заключительной ступени высшего образования и осуществляется по специальным образовательным программам, разрабатываемым в соответствии со стандартами. Следует обратить внимание, что понятие “научные кадры” отсутствует в данном законе. Тем самым подготовка научных кадров не является предметом регулирования законодательства об образовании. Особо подчеркнем, что понятие “научно-педагогические кадры” не является синонимом понятия “научные кадры”, поскольку образование и наука – это две разные сферы деятельности (по сути, методам, организации и т.д.). Более того, понятие “научно-педагогические кадры” тоже требует уточнения. Его нельзя автоматически переносить на всех вузовских преподавателей, так как, по различным экспертным оценкам, сейчас не более 30% профессорско-преподавательского состава ведут научную деятельность.
Закон предоставляет право ведущим вузам, а также федеральным образовательным государственным организациям высшего образования, перечень которых утверждается указом Президента Российской Федерации, разрабатывать и утверждать стандарты по всем уровням высшего образования. Самостоятельно разрабатываются и утверждаются организацией, ведущей образовательную деятельность, и образовательные программы, если иное не предусматривается законом.
Иначе говоря, научные организации хотя и имеют гипотетическое право проводить обучение по программам подготовки научно-педагогических кадров, но лишены права разработки соответствующих стандартов. Это представляется нелогичным, поскольку очевидно, что во многих случаях научные организации по своему научному и образовательному потенциалу не уступают образовательным. Кроме того, надо учесть, что академические и отраслевые научные организации являются научной базой для ряда ведущих университетов (национальных исследовательских университетов – МФТИ, Новосибирский госуниверситет, Дальневосточный федеральный университет, НОЦ АФТУ и др.). Тем самым складывается парадоксальная ситуация, когда организация, имеющая заведомо более низкий научный потенциал, разрабатывает стандарты для организаций, работающих на более высоком уровне.
Научные институты отнесены к организациям, осуществляющим обучение, и им дано право вести образовательную деятельность по программам подготовки научно-педагогических кадров (ст. 31 п. 2). С этой целью в организации должно быть создано специализированное образовательное подразделение. Это требование приводит к тому, что для подготовки и реализации программ обучения в аспирантуре необходимо создать подразделение, обеспечивающее этот процесс. Иначе говоря, в научных организациях должны быть созданы полномасштабные учебные подразделения, обеспечивающие подготовку в соответствии с требованиями, устанавливаемыми для организаций, для которых образовательная деятельность является основной. В этом случае складывается ситуация, при которой научные организации (например, естественно-научного профиля) должны содержать у себя штат преподавателей по иностранному языку и общественным дисциплинам, которые должны изучаться в аспирантуре. При этом очевидно, что численность аспирантов в научных институтах невелика и содержание такого штата преподавателей вряд ли оправдано как с профессиональной точки зрения, поскольку преподавателям не может быть обеспечена полная загрузка, так и с экономической, поскольку источники финансирования и объемы не указаны. Кроме того, научные организации вряд ли могут предоставить достаточный и качественный объем педагогической практики, необходимый для подготовки научно-педагогических кадров.
И, наконец, поскольку аспирантура является ступенью высшего образования, то для ведения учебного процесса необходимо соблюдение санитарных норм, установленных для учебных заведений, что в пределах НИИ не может быть обеспечено в полном объеме, поскольку изначально их здания не проектировались для образовательных целей.
Итак, можно сделать следующие выводы:
– Федеральным законом “Об образовании в Российской Федерации” не предусмотрена интеграция науки и образования;
– в законе отсутствует понятие “научные кадры”;
– в соответствии с законом аспирантура рассматривается как завершающий этап высшего образования, а не как начало научной карьеры;
– отнесение аспирантуры к образовательному процессу накладывает дополнительные ограничения на подготовку кадров высшей квалификации в научных организациях.
Закон поставил ничем не оправданные мощные бюрократические барьеры перед научными организациями в плане подготовки кадров высшей квалификации. Таким образом, законом “Об образовании в Российской Федерации” не рассматриваются вопросы кадрового обеспечения научной деятельности. Это представляется вполне логичным, поскольку в науку приходят уже подготовленные специалисты, которые получают дополнительные навыки в процессе профессиональной деятельности, что не является предметом регулирования указанного федерального закона.
Вместе с тем очевидно, что система подготовки и аттестации научных кадров высшей квалификации, исторически сложившаяся в России, подтвердила свою эффективность и отказ от нее нанесет непоправимый урон отечественному научному потенциалу.
Представляется, что с учетом уже действующего законодательства государственная политика в части подготовки кадров высшей квалификации должна исходить из следующих положений.
1. В Российской Федерации действует двухуровневая квалификационная система научных кадров: кандидат наук (по специальности), доктор наук (по специальности).
2. Подготовка научных кадров высшей квалификации осуществляется в государственных академиях наук, НИЦ “Курчатовский институт”, ГНЦ, Федеральных ядерных научных центрах, в ведущих университетах, а также в других организациях по согласованию с Минобрнауки России.
3. Стандарты и программы подготовки научных кадров высшей квалификации разрабатываются самостоятельно указанными организациями.
4. Указанным организациям предоставляется право самостоятельно присуждать ученые степени и выдавать государственные дипломы докторов и кандидатов наук. При присвоении ученой степени указывается название организации, ее присвоившей. Например, доктор (кандидат) исторических наук МГУ, доктор (кандидат) физико-математических наук РАН и т.д. В случае присвоения ученой степени Минобрнауки России (ВАК) наименование организации не указывается.
5. Система аттестации научно-педагогических кадров включает звания “доцент” и “профессор (по кафедре)”, присваиваемые Минобрнауки России (ВАК).
6. Система аттестации научных кадров включает звания “старший научный сотрудник” и “профессор (по специальности)”, присваиваемые государственными академиями наук.
7. В академическом секторе науки ученые степени и звания присуждаются специально создаваемым Межакадемическим научно-аттестационным комитетом.
8. В систему аттестации кадров высшей квалификации вводятся также квалификационные степени доктора (кандидата) для сфер деятельности, не относящихся к науке, например, доктор (кандидат) менеджмента, государственной службы, экономики и т.д. Порядок их присуждения устанавливается Правительством Российской Федерации.
Одновременно с этим необходимо пересмотреть требования к научным диссертациям и процедурам их защиты с целью приведения их в соответствие с сутью и логикой научного процесса, а также с научной этикой.
С учетом того, что подготовка и аттестация научных кадров высшей квалификации не подпадают под действие закона “Об образовании в Российской Федерации”, представляется целесообразным соответствующие положения ввести в закон “О науке и государственной научно-технической политике”.

Фото Николая Степаненкова

Нет комментариев