Поиск - новости науки и техники

Мяч на нашей стороне. России нужно сделать шаги навстречу

Это только так кажется, что Южная Америка от России находится безумно далеко. На самом деле рукой подать. Заходишь в магазин – и на тебе: бананы из Эквадора, кофе из Колумбии, сахар из Бразилии (до 600 тысяч тонн в год, каждая третья-четвертая ложка – бразильская). Вино из Чили, яблоки из Аргентины, свинина из Перу, Аргентины и тоже из Бразилии, а красавицы-розы из Эквадора и Колумбии.

Огромный континент простирается от северных границ Мексики до Магелланова пролива. Около 600 миллионов человек живет в 33 странах. Самая большая из них – Бразилия – известна не только джунглями и Амазонкой, но и мощной промышленностью, ее экономика входит в пятерку самых развитых экономик  мира. Среди стран континента она крупнейший наш партнер: товарооборот в прошлом году достиг 5,6 миллиарда долларов. Не сказать, что очень много, но на уровне торговли России с некоторыми бывшими союзными республиками. Неплохое положение и у Аргентины благодаря хорошим урожаям зерновых и высокопродуктивному животноводству. Стремительно развивается Мексика.
Со всеми латиноамериканскими странами Россия поддерживает нормальные дипломатические отношения, отметим также сходство взглядов по наиболее важным международным проблемам: обеспечению мира и безо-пасности, борьбе с наркотиками… Отношение к россиянам – самое дружественное, подтверждение тому – безвизовый режим, действующий между государствами континента и Россией. Наши руководители не раз посещали Южную Америку и принимали у себя глав этих  стран.
А первое знакомство состоялось еще в XVIII веке. Народы далекого континента стремились к независимости, их посланцы приезжали в Европу в надежде обрести союзников и получить помощь. Они встречались с Потемкиным, Суворовым, были представлены императрице Екатерине II. В первой четверти XIX века Россия признала Бразилию, затем Аргентину и Мексику. Уже в наше время импульс к дальнейшему развитию связей с латиноамериканскими странами дала победа кубинской революции. На волне нашего интереса к Кубе и этому континенту в 1961 году был образован Институт Латинской Америки РАН.

Мы беседуем с ведущим научным сотрудником института доктором исторических наук Александром Сизоненко.

– Наш институт поддерживает тесные контакты с коллегами из  многих стран Латинской Америки, – рассказывает Александр Иванович. – Вместе мы изучаем возможности расширения внешнеполитических контактов, углубления процессов интеграции, развития экономических и культурных связей. Налажен обмен делегациями и отдельными учеными. Традиция эта давняя: и до 1917 года, и после там побывало немало наших исследователей. Например, А.Воейков, климатолог с мировым именем. В советское время самой заметной фигурой был, бесспорно, Николай Иванович Вавилов, наш знаменитый ботаник и генетик. Он посетил 11 стран, выступал с лекциями (ученый свободно владел английским и немецким), осмотрел множество экспериментальных научных станций. В 1990-е годы в Аргентине я встречался с его учениками, был в лаборатории, носящей имя Николаса Вавилова на агрономическом факультете Университета Буэнос-Айреса. По его следам побывал на экспериментальной станции в Уругвае, познакомился с детьми ученых, которые принимали Вавилова. Они показали мне фотографии: на одной из них Николай Иванович стоит в окружении уругвайских коллег на ступеньках станции. Удивительно, но дом сохранился, и я стоял на тех же ступеньках и видел практически то же, что и Вавилов в 1932 году. Действительно, “бывают чудные сближенья”. Конечно, и раньше было известно о поездке Вавилова в Латинскую Америку, но, где именно он был, с кем встречался, удалось выяснить сравнительно недавно.
– Перенесемся в современность. Что поставляет наша страна на этот континент?
– Увы, список невелик (за исключением Венесуэлы) – в основном минеральные удобрения да металлопрокат. Хотя во времена СССР, в 1970-1980-е годы, ассортимент экспортных товаров был гораздо шире, включал, например, фотоаппараты и грузовые автомобили. Турбины для гигантских гидроэлектростанций в Аргентине работают до сих пор. Разнообразные товары поступали в Чили в годы правления Альенде, мы даже строили там пятиэтажки. Сегодня, конечно, многое изменилось: не всегда хватает средств, инициативы, тем более что резко выросла конкуренция на мировом рынке. А резервы для экономического сотрудничества, безусловно, есть, и не только в торговле. Мы могли бы оказать помощь странам континента в разработке месторождений углеводородов и строительстве трубопроводов. С Венесуэлой такие соглашения уже есть, но их можно заключить и с другими государствами. Ко взаимной выгоде “развернуть” торговлю, чтобы она шла не только через Атлантику, как сейчас, но и через Тихий океан. Через Атлантику идут и ответные поставки из латиноамериканских стран. Каждый месяц суда доставляют в Петербург эквадорские бананы, которые затем везут в Сибирь и на Дальний Восток. Конечно, всякий раз нужно считать: когда выгоднее отправлять грузы по железной дороге через Сибирь, а когда нет? Не дешевле ли закупать товары для Дальнего Востока в Южной Америке и доставлять их по Тихому океану, чем везти через всю страну?
– Есть ли что-то ценное в экономике Латинской Америки, что нам стоило бы перенять?
– Развитие сельского хозяйства и животноводства, организация фермерских хозяйств. В некоторых странах – Аргентине, Чили – оно на высоком уровне. Да и в промышленности есть чему поучиться. Скажем Бразилия, третий в мире производитель среднефюзеляжных самолетов (дальность полета без посадки до 800 километров) типа наших “Суперджетов”. Одно время мы даже хотели покупать эти машины. На плантациях в Колумбии и Эквадоре выращивают цветы – этого требует необъятный российский рынок.
Неплохо было бы присмотреться к опыту организации спорта, прежде всего футбола. Между прочим, мне довелось познакомиться с Пеле, когда в 1965 году в Москву приезжала сборная Бразилии (в ранге чемпиона мира), а я был переводчиком. Потом помогал Пеле знакомиться с Москвой. Тогда этому симпатичному человеку было лет 27, держался он просто, но цену себе знал. Прошло несколько месяцев, и наша сборная полетела в Бразилию с ответным визитом. Я побывал в Рио-де-Жанейро на знаменитом стадионе “Маракана”, увидел, как болеют бразильцы, – оглох от рева стотысячной толпы и грохота взрывающихся петард. Сначала бразильцы вели 2:0, но наши отыгрались – в итоге ничья. А после матча в нашу раздевалку пришел Пеле: “Алехандро, надо бы нам сыграть еще раз: мы чемпионы мира, играли у себя дома, а выиграть не смогли”. Но наша сборная отказалась: мол, нет времени – нас ждут в Чили. А вслед за Пеле в комнату неожиданно вошел… Роберт Кеннеди (он тоже был на матче). Высокий, приятный человек, державшийся несколько настороженно. Его сопровождал посол СССР, кстати, до этого первый директор нашего института С.Михайлов. Кеннеди говорил по-испански, и я переводил.
– Что дальше? Можно ли “подтолкнуть” наши отношения со странами Латинской Америки? Есть ли перспективы?
– Есть, конечно, ведь Латинская Америка – это огромный рынок, и обе стороны заинтересованы в расширении торгово-экономических связей. Уверен, что им поможет выпущенная нашим институтом впервые за 30 лет энциклопедия “Латинская Америка”. Ведущие ученые в этой области представили полную картину положения стран континента: состояние экономики, связи с Россией и др. Энциклопедия вызвала интерес у специалистов – ее тираж практически разошелся. На сегодняшний день соглашения о научном сотрудничестве подписаны с крупнейшими странами Южной Америки. В одной только Мексике работает около 500 наших специалистов. Никаких препятствий для осуществления совместных проектов нет, все дело в финансовых возможностях наших предпринимателей и научных организаций. Безусловно, сказывается дальность континента. Путь до него неблизкий, да и стоит билет, скажем, до Буэнос-Айреса и обратно примерно 50 тысяч рублей. Не уверен, что наши академические институты “потянут” такие расходы. Пока что латиноамериканцы летают к нам чаще, чем мы к ним. Их интересует наш опыт в развитии нефтяной и газовой промышленности, энергетике, в частности атомной, в науке и образовании. (Наши специалисты помогали строить атомный центр в Аргентине.) Тесные контакты существуют и в области искусств, их, например, поддерживает Большой театр. (Между прочим, на торжества в честь открытия в 1908 году оперного театра “Колон” в Буэнос-Айресе приезжал Ф.Шаляпин.)
Объективные трудности, на мой взгляд, можно преодолеть – были бы желание и инициатива. Попытки такие предпринимались и раньше. В конце 1980-х годов Мексика предлагала инвестировать средства в развитие инфраструктуры Дальнего Востока и покупать для своих электростанций сибирский уголь. Эти предложения обсуждались на экономических форумах во Владивостоке, все были “за”, но из-за инертности тогдашнего советского торгового представительства в Мехико проект так и не был осуществлен.

Подготовил Юрий Дризе
Фото Николая Степаненкова

Нет комментариев