Поиск - новости науки и техники

Нюансы науки обучения. Экспорт российских образовательных услуг – борьба не столько за деньги, сколько за влияние.

В преддверии зимы в Российском университете дружбы народов (РУДН) традиционно собираются люди, отвечающие в отечественной высшей школе за международную деятельность. Уже много лет они съезжаются сюда на совещание-семинар, чтобы обстоятельно поговорить о том, что им мешает успешно решать их профессиональные задачи. Например, к 2020 году, согласно Стратегии социально-экономического развития РФ, экспорт образовательных услуг, то есть доходы от обучения иностранцев, надо увеличить не менее чем на 10%. Легко это осуществить? Что необходимо сделать, чтобы достичь намеченных рубежей? Три дня ректоры и проректоры российских вузов искали ответы на эти вопросы, перебирая “за” и “против”, пытались взглянуть на ситуацию глазами партнеров и донести до них свои тревоги.

Тональность разговору, казалось бы, задал первый докладчик – Вениамин Каганов, заместитель министра образования и науки РФ. Пришедший в Минобрнауки летом текущего года и потому для аудитории человек еще малознакомый, он привлек внимание тем, что изложил и свой личный взгляд на глобальные тенденции развития высшей школы. Запомнилось то, что Вениамин Шаевич несколько раз подчеркнул: во всем мире общество ругает реформы образования и одновременно требует их. Интересующимся деталями доклада рекомендую заглянуть на сайт РУДН и посмотреть его презентацию (http://conf.rudn.ru/vice-rector-2013/mater.html).
Вениамин Каганов считает, что в ближайшие годы кадровый корпус профессионального образования обновится за счет ведущих специалистов бизнеса. Они изменят технологии обучения в соответствии с современными техническими и социогуманитарными достижениями. А на месте уходящих традиционных учреждений начального и среднего профессионального образования возникнет новая система центров профессионального развития, основанная на государственно-частном партнерстве. Высшее образование ждет четкое деление на три ступени – бакалавриат, специалитет и магистратура. К уровню подготовки кадров высшей квалификации отнесут программы ассистентуры-стажировки, ординатуры, а также обучения научно-педагогических кадров. Докторантура же исчезнет из числа образовательных программ, ибо будет регулироваться не законом “Об образовании”, а ФЗ “О науке и государственной научно-технической политике”.
Особое внимание министерство намерено уделять развитию экспорта образовательных услуг, с 1 сентября 2014 года государственная квота на прием зарубежных студентов за счет бюджета РФ увеличится на 50%, то есть до 15 000 человек. А всего в России сейчас учатся 88 тысяч иностранцев. Эта цифра примерно вдвое меньше “советской”: в СССР ежегодно училось порядка 160 тысяч молодых людей из зарубежных стран. Другой разговор, что сейчас мы весьма заинтересованы в том, чтобы за учебу у нас они платили. Пока за 2010/2011 учебный год доходы от этой деятельности принесли в российский бюджет 30 млрд рублей (или 1 млрд долларов). Это всего 1% мирового рынка образовательных услуг. Сравните с конкурентами: у США это пятая экспортная отрасль, у Австралии – четвертая, традиционно превышающая доходы от продажи за рубеж шерсти и молока. Правда, доля иностранных студентов у нас составляет 3,5-4% от числа иностранных студентов в мире, и это говорит о том, что к нам едут учиться далеко не самые состоятельные.
Данные эти привела в своем выступлении Гульнара Краснова, проректор по международной деятельности РУДН. И тем самым перевела дискуссию с горних высот, видных Минобрнауки, на землю больших и малых городов. Зал сразу как-то оживился, будто Гульнара Амангельдиновна своими словами коснулась болевых точек аудитории. Она же напомнила о ежегодном уменьшении доли иностранных граждан, учащихся по контракту. Аналитики высшей школы утверждают, что эта тенденция возникла после того, как гражданам ЕврАзЭС была предоставлена возможность поступать в наши вузы на правах российских граждан. Дело правильное с точки зрения геополитики, но вряд ли способствующее достижению заветного роста экспорта образования.
Дальше – больше. С предельной откровенностью Краснова заговорила о неравном отношении к бюджетнику и контрактнику. К первому, учащемуся за деньги нашей или своей страны, все внимание. Ему во всем приоритет – подготовка приглашений, оформление документов. Хотя бюджетники отличаются поздними заездами в вуз, слабой успеваемостью, пропусками занятий, несколько небрежным отношением к вузу. Могут даже легко попросить повторить год за счет бюджета Российской Федерации. Те же, кто учится полностью на компенсационной основе за деньги родителей, то ли под большим контролем семьи находятся, то ли ощущают ответственность, но академические результаты и поведение у контрактников лучше. Вот и возникают в обществе сомнения насчет правильности трат денег российского налогоплательщика на обучение граждан других стран.
Как быть? Прежде всего, считает Краснова, принять Концепцию экспорта российских образовательных услуг. Разработанная еще в 2008 году, она и сегодня не принята, хотя актуальна, ибо показывает основные принципы и пути этой деятельности нашей страны. Отдельный разговор – формы поддержки экспорта образовательных услуг. Сегодня официально работает один портал “Российское образование для иностранных граждан”, дающий информацию на 15 языках. Руководитель проекта профессор Алексей Скуратов чуть позже рассказал о том, как портал, располагающий 8 тысячами с лишним документов, организован. Но на всю страну одного такого недостаточно. Сотрудники РУДН благодаря поддержке правительства столицы запустили в этом году еще один вариант подобного информационного ресурса – “Studying in Moscow”. Почему бы не поддержать инициативу другим городам? Расширение англоязычной поддержки образовательной сети территорий может принести неплохие плоды.
Привлечь иностранного студента помогли бы и летние школы, которые два года подряд РУДН опять же при поддержке правительства Москвы проводит. Опыт могли бы перенять региональные вузы, если бы территориальные власти их поддержали.
Другой разговор, что и порталы, и школы как минимум надо вести на английском языке. В законе “Об образовании” теперь есть два пункта, разрешающих регламентировать этот процесс по отдельным образовательным программам уставом и локальными актами учебного заведения. Рассчитывать, что приедут и за год выучат русский, не стоит. В России и так сроки обучения дольше, чем у других. Это отрицательно сказывается на привлекательности наших программ потому, что все стремятся как можно быстрее выйти на рынок труда. Конечно, в рамках учебных программ русский язык преподают, за пару лет обучения в России студент не только осваивает учебную программу, но и знакомится с менталитетом россиян, историей, культурой нашей страны и, надеемся, за это время становится другом России. Этому может помочь интернационализация всех направлений жизнедеятельности университета: не только международная аккредитация программ, международные тестирования и сертификация курсов, но и принятие на уровне вузов стандартов международного качества предоставления услуг в организации общежитий, питания, медицинского обслуживания…
Краснова могла бы подробно осветить эту тему, ибо в независимом национальном рейтинге российских вузов в 2012/2013 году РУДН занял 1-е место по интернационализации, но перешла к важной статистике. Сегодня в большинстве стран 70%  магистрантов обучаются на английском, причем наращивание происходит даже там, где государство вкладывает большие средства в распространение национальных языков (Германия, Франция). По мнению экспертов, если российские вузы к 2020 году не будут иметь достаточно программ на английском языке, то страна потеряет даже тот куцый процент, что сейчас имеет на мировом рынке образовательных услуг.
Другое дело, что для достижения желаемого результата нужен маркетинг рынка образования стран, откуда к нам приезжают учиться. Достаточен ли уровень школьной подготовки тех, кто намерен познавать математику, физику, химию – самые привлекательные дисциплины в наших вузах? В РУДН такие исследования ведут, но куда разу­мнее заниматься ими с поддержкой Министерства образования и науки, на постоянной системной основе.
Так как в этот раз заместитель министра не исчез сразу после своего доклада, будем надеяться, что это пожелание компетентной аудитории возымеет свое действие. Так же, кстати, как открытый диалог с начальником отдела Управления по организации разрешительно-визовой работы Федеральной миграционной службы РФ Николаем Бычковым. Заранее выставленные в зале микрофоны не пустовали. С 1 января 2014 года много ужесточений в миграционном законодательстве, от вуза требуют в считаные дни информации о приезжающих из разных стран. Грозят наказывать за просрочки с оформлением документов. Как быть? Со своей стороны проректоры ивановских, рязанских, калужских, тувинских и других нестоличных вузов требовали ответов, почему сроки оформления приглашения для контрактников растягивались в этом году до 40 дней? Кто в ответе за то, что в документах ФМС несметное количество ошибок, не то что в именах-фамилиях, но даже в поле абитуриентов? Ведь это приводит к срыву сроков набора, заезда. Как быть, когда студент внезапно попадает на три дня в больницу, скажем, на операцию аппендицита и тут же лишается визы, даже не зная об этом?
А как быть с вновь прибывающими? Третий день семинара РУДН полностью посвятил своему опыту по социальной адаптации иностранных граждан в мегаполисе, действиям вуза при выявлении патологии здоровья, не совместимой с пребыванием в университете. В кампусе, где проживает народ из 150 стран мира, знают, как в таких случаях поступать. Другое дело – новички, только ринувшиеся в безбрежное море забот об обучении иностранцев. У РУДН договор с поликлиникой, карантин для прибывающих, регулярные медосмотры, мониторинг здоровья студентов. А что будет делать вуз, если у студента, приехавшего по бюджету из страны, где нет нашего посольства, обнаружат тяжелую инфекцию? Кто и за чей счет должен депортировать его на родину? Имея ректора – представителя экспертного совета по вопросам образования Комитета Госдумы по образованию, РУДН активно продвигал дополнения в миграционное законодательство. И заметим, они были приняты. А у рядового вуза в глубинке откуда знание проблем? Одни вопросы и нестыковки.
Зная сложности бытия коллег, команда, готовившая совещание-семинар, за полгода до обещанной встречи вывешивала материалы для обсуждения, собирала и концентрировала вопросы, искала компетентных докладчиков, запрашивала тезисы. Используя информационные технологии, они организовали электронную регистрацию на сайте вуза с автоматическим подтверждением заявки. В электронной анкете участника нашлось поле и для вопроса, определения болевой темы семинара. Из этих предложений формировали тематику, программу, состав выступающих, смело приглашая работников Минобрнауки и Россотрудничества, специалистов по признанию зарубежных свидетельств об образовании и компаний, специализирующихся на информационных системах управления. Судя по тому, что аудитория числом час от часу не таяла, попали в точку: обсуждались самые насущные проблемы международной деятельности вузов и делалось это профессионально.

Елизавета ПОНАРИНА
Фото Михаила РОВКОВА

Нет комментариев